Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Спартаковец Анатолий Исаев – о советском и российском футболе


Анатолий Исаев

Анатолий Исаев

14 июля 80-летний юбилей отмечает легендарный футболист "Спартака" и сборной СССР Анатолий Исаев. В 1956 году на Олимпиаде в Мельбурне Исаев забил первый и последний голы сборной Советского Союза. В финале олимпийского футбольного турнира советская сборная победила команду Югославии. Правда, авторство того гола почти полвека приписывали другому игроку сборной – Анатолию Ильину.

О "золотом" голе Олимпиады в Мельбурне, о "Спартаке" и о том, почему сегодня российский футбол не побеждает на европейской и мировой аренах, Анатолий Константинович Исаев рассказал в эксклюзивном интервью РС.

– Вы помните, как в первый раз вышли на футбольное поле?

– Мы во дворе играли, но это было послевоенное время, и мячей у нас не было. Поэтому гоняли консервную банку по льду зимой. А летом набивали чулки и их гоняли вместо мячей, которые появились позже. У нас возле 545-й московской школы большой двор был. И там мы играли. Там вся улица выступала. Я вначале играл за свой двор, потом за свою улицу, потом за район. Мне, конечно, хотелось вырваться на большую арену. Я не говорю о мастерах, просто на улице хотелось с кем-то сразиться. И в какой-то момент у меня появилась такая возможность. Я уже учился в другой школе на Полянке. Там был один парень, потом он стал врачом сборной, его звали Александр Сигал. Он очень прилично играл, и вот я брал портфель под мышку и шел туда. Мне было интересно, как я выглядел на его фоне. Меня приняли в компанию. Однажды решил пойти на стадион, который был недалеко от дома на Мытной улице и меня записали в команду. На игры я ездил, но меня не ставили, не доверяли. Мне было 13 лет, и я уже мог за юношей играть. И вот однажды мы играли на Лосиноостровской, проигрывали 0:1, выпустили меня – и с моей подачи мы забили и сравняли счет. И после этого я стал играть на месте центрального нападающего.

Потом была молодежная команда. Перед армией к 19 годам я уже играл за первую взрослую команду. Через некоторое время попал в сборную Москвы. На стадионе ВВС в Тушино мы играли против команды мастеров ВВС и потерпели поражение 5:0. Но, если честно, я в основном смотрел как они играют, учился. И вот после игры ко мне подошел тренер команды ВВС Гаиоз Иванович Джиджилава, записал мой адрес и оставил мне свои координаты. Он сказал, что если есть хорошие ребята, приводи, мы создаем сильный клуб. Моим товарищам, с которыми я играл, прислали повестку в армию, а меня оставили до особого распоряжения, и мы с ребятами отправились к нему. Я объяснил Гаиозу Ивановичу ситуацию и он сказал: "Значит завтра ты вместе с ними идешь, забираете документы в военкомате и направляетесь в штаб ВВС". Так я стал играть за команду ВВС.

– А как вы попали в «Спартак»?

– В1952 году мы проиграли Олимпиаду югославам. И Сталин разогнал все военные команды высшей лиги. ЦСКА, как он считал, был основой сборной Союза. Хотя там было всего несколько человек армейцев. Василий Сталин был командующим ВВС, и эта команда еще какое-то время держалась, но через месяц и ее разогнали. Какое-то время мы с Валентином Бубукиным были в команде города Калинина, которая базировалась в Лефортово. Потом Бубукин попал в "Локомотив", а я в "Спартак". Помню, приехал тренер "Спартака" Василий Николаевич Соколов, вызвал меня и сказал: "Сейчас вас повезут в спорткомитет и будут предлагать команды. Тебе будут предлагать "Торпедо" или "Спартак". Я говорю: "Я в "Спартак", конечно!". Я еще до этого ходил в красной майке с белой полосой, на которой была эмблема "Спартака". Мне ее принесла сестра, которая работала в то время в "Промкооперации". А уж когда попал в "Спартак", я просто обалдел. Там были другие люди, атмосфера совсем другая была. В военной команде я был сержантом, а другие игроки офицерами. А здесь была демократия!

Первая игра была в Харькове. Я играл за дубль, мы выиграли 4:1. У нас играл такой состав! Никита Симонян, Николай Дементьев. Дементьев учил не только играть в футбол, но и отношению к футболу. Это сейчас выдают форму, и футболисты только бутсы приносят, а у нас раньше трусы, гетры, футболки – все стирать нужно было самим, и чтобы выглажено все было. Дементьев нас приучал к порядку. Меня в "Спартаке" знали по игре за ВВС. Может быть, не знали, что я представлю вообще. И вот мы едем в поезде, я зашел в вагон-ресторан поесть. Там сидят человек шесть и выпивают. Конечно подумал: "Как это они выпивают? В команде ведь режим!" Я так скромно прохожу, и мне Дементьев говорит: "Ну-ка, молодой, иди сюда, садись". Наливает маленькую рюмку водки: "Давай с нами". Я говорю "Николай Тимофеевич, я не пью вообще". Ответ был неожиданный:"Не пьешь водку, пей пиво, не отставай от коллектива". Вот такой прием был.

– Вы уже упомянули о проигранной югославам Олимпиаде 1952 года. В 1956-м в финале вы вышли опять на Югославию...

– Да. Но команда была другая уже совсем, там были взрослые футболисты, за 30, а здесь молодые игроки. Но до Олимпиады мы проиграли Франции, в Париже, 2:1, и были сомнения, пускать или не пускать нас после этого поражения на мельбурнскую Олимпиаду. Нас вызвал министр Николай Николаевич Романов, и была довольно суровая беседа. В конце он к каждому из нас подошел и спросил: "Ну, как твое мнение, выиграем Олимпиаду или нет?" "Да, выиграем, клянусь, выиграем", – каждый чуть ли не клялся. После этого мы поехали на сборы в Ташкент, акклиматизироваться, поближе к Австралии.

– Как вы добирались до Мельбурна?

– Мы летели долго. Сначала сделали остановку в Бирме, там ночевали и на следующий день уже оттуда в Дарвин. Это север страны, и только потом в Мельбурн через всю Австралию. Прилетели. У нас зима, а там лето, жара 40 градусов! Но мы были в боевой форме.

– У вас был настрой взять реванш?

– Мы как-то не обращали особого внимания на команды, которые против нас играли. Мы были уверены в своих силах. У нас ведь потрясающие игроки были. Но была одна опасность. У нас только закончился сезон, и все очень устали. Мы – спартаковские игроки – выиграли чемпионат Союза, выиграли спартакиаду народов СССР, и вот теперь была еще Олимпиада. Мы некоторую слабинку дали в игре с Индонезией. Полуфинал тоже был тяжелый – мы проигрывали 1:0 болгарам, да и по ходу игры у нас сломался Иванов, я не мог играть…

– В каком настроении вы выходили на матч с Югославией?

– Мы говорили, что нужно оставить след после себя в футболе. И вот как раз у нас был шанс это сделать – нужно выиграть золотые медали.

– Современные технические средства дают возможность подробно посмотреть, как был забит победный гол. И несложно заметить, что мяч после вашего удара уже пересек линию ворот и после этого его коснулся ваш тезка Ильин…

– Татушин прошел по правой стороне, я ему крикнул, чтобы он подал мяч на ближнюю штангу. Он сделал передачу, но мне пришлось в прыжке не лбом бить, а макушкой, чтобы перекинуть мяч через вратаря, переводя его на дальнюю штангу. Я видел что Ильин стоял на ближней штанге и мог замкнуть комбинацию. Почти так в принципе и получилось. Но мяч после моего удара пошел в ворота. Я уже, когда падал, видел, что он пересекает линию ворот.

– Гол записали на Ильина. И он ни слова не сказал?

– Да, он мог благородно поступить и сказать что это Исаев забил, потому что такие голы не берут на себя. Я еще к нему подбежал и сказал: "Молодец, что подстраховал!" Но он подумал, что он забил гол. Но меня, честно говоря, возмутили мои товарищи, с которыми я играл, – они ни звука не сказали, что забил гол я. То есть все это видели, но никто не признавал. Конечно, в тот момент неважно, кто забил, главное – выиграли Олимпиаду, больше ничего. А когда уже приехали сюда, стали награждать одного, второго, а меня прокатили, несмотря на то, что первый гол на Олимпиаде – немцам – и последний забил я. Но меня не оказалось в списках.

– А кто их составлял?

– Тренер. Гавриил Качалин. Ильин играл у него в "Трудовых резервах" и был его воспитанником.

– Не обидно было?

– Ну, обида была, конечно, ведь выходило, что меня как будто и не было на Олимпиаде. Правда шеть лет назад, когда было 50-летие победы в Мельбурне, нас принимал Дмитрий Медведев. К нему подошел Парамонов и сказал: "Дмитрий Анатольевич, вот у нас Исаев забил первый гол и последний на Олимпиаде, все награждены, а он – нет". Он говорит: "Не может этого быть, как это так, я разберусь!" И к 75-летию меня наградили орденом "За заслуги перед Отечеством" четвертой степени.

– В советское время спорт был частью политики. С вами проводили какие-то беседы?

– Конечно. В 1956 году в Венгрии были известные события. А мы часто играли со сборной Венгрии. Там были потрясающие игроки – Пушкаш, Кочаш и другие! И вот, когда случилась эта заваруха, они проводили товарищеские игры за рубежом, и, узнав об этих событиях, не вернулись на Родину. На следующий год в Москве проходил фестиваль молодежи и студентов, мы участвовали в турнире молодежных команд. И вот в финале должны были играть как раз с венграми. Перед финалом к нам в Тарасовку приехали секретарь ЦК Шелепин и председатель КГБ Семичастный – и начали нас воспитывать: "Вы представляете, если вы проиграете венграм!" Они пообещали, если мы победим венгров, чуть ли не государственными орденами нас наградить. Мы выиграли 5:1. Но ни Шелепина, ни Семичастного, никого на матче не было. Они забыли про то, что обещали, – и таких моментов было у нас очень много.

Был еще случай на Олимпиаде в Мельбурне. Мы вышли в финал, нам дали по 100 долларов но не американских, а австралийских, они намного ниже. И говорят: "Если вы выиграете золотые медали, мы вам еще по 100 долларов дадим". Мы выиграли, а про нас забыли.

– Век спортсмена недолгий.

– 10 лет, если хорошо будешь вести себя, следить за собой, тренироваться нормально. Бывают исключения, конечно, у нас Дементьев играл почти до 40 лет. Он был худой, такой подвижный игрок. У меня в 1957 году, все у меня шло по нарастающей, вверх, а потом был финал кубка, меня сломали, и я полгода не ходил вообще, только на костылях. Так я и не попал на чемпионат мира в Швеции. И потом уже хуже стал играть, потому что ноги болели, не давали полностью раскрыться. Я нападающий был, лез во все заварухи, поэтому получал…

– Вы играли вместе со Стрельцовым?

– Он, конечно, был потрясающим человеком! Правда, когда выпивал становился дурнее, мог подраться. А так он был очень милый, мы его звали "слоненок". В той истории, когда Стрельцова посадили, я считаю, был виноват Качалин. Он не стал за Стрельцова бороться, пустил все на самотек. Хрущев узнал про это дело и сказал: "По всей строгости!" Судьи испугались и на всю катушку ему засадили, на 12 лет, потом правда снизили до 4-х… Качалин должен был пресечь все это дело на корню. Взять на Олимпиаду, а потом разбираться. Я не думаю, что Стрельцов кого-то изнасиловал. Он мог ударить, конечно. А так он был милейший человек… После тюрьмы он стал уже поддавать сильно и сердце не выдержало.

– Сейчас футбол изменился, изменились скорости….

– А у нас разве плохо бежали? Просто другой футбол стал. Они мешают сегодня играть друг другу. Ну разве это футбол? У нас если сзади ударил в открытую, то сразу получай красную и иди отдыхай. Я понимаю жесткая игра, но бьют друг друга безбожно.

– А характер игрока – это важная деталь?

– Характер – это главное. Как игрок настраивает себя на игру. Этому нужно учиться. Я когда пришел, не представлял себе, как это – готовиться к игре. Вышел и сыграл. Как получится, так и получится. Потом уже были разборы матчей, начал наматывать на ус, как надо готовиться, как надо относиться к игре, а не просто бегать. Я вот полежу перед игрой, ее прокручу. Вот мяч идет ко мне на грудь. Как я его должен остановить. И вот если я прокручу эту ситуацию, я легко разбираюсь с мячом. Если не прокрутил, я еще не знаю, что я с ним буду делать, уже опоздал. Доли секунды дается на размышление.

– Сейчас у игроков есть возможность играть за рубежом, получать большие деньги.

– Это, может быть, их и балует. Деньги надо зарабатывать победами, а не получать просто так. Может быть, тогда они бы и выигрывали, если бы зарабатывали свои деньги, а не получали. Мы тоже зарабатывали. Понимаете все эти контракты, как бы футболист ни играл – у него одна и та же сумма. На всех это действует по разному. Это моя точка зрения. Выиграл чемпионат – получи, а не выиграл – мимо сада.

– А вам не хотелось поиграть в каком-то другом зарубежном клубе?

– В то время об этом даже подумать было невозможно. Не то, чтобы хотелось или не хотелось. Не думал об этом. Хотя, когда играешь с сильным соперником, все таки думаешь, а вот как бы я с ним сыграл бы. Мы всегда обращали внимание на то как играли "Реал", "Барселона", потому что там всегда собирались хорошие игроки и это было счастье видеть этот футбол.

- А как вы относитесь к тому, что в российских командах играют зарубежные игроки, а сборную тренируют зарубежные тренеры?

– Я вообще против легионеров, и тренеров, и игроков. Вот я прихожу на матч "Спартака", а там Ари, Веллитон… Я их не представляю спартаковцами. Вот закончится "Спартак", и какие ветераны будут Ари, Веллитон? Мне они не нужны. Мне нужен Паршивлюк, Макеев… А тем более – тренер сборной. Как он передаст своим подопечным свои эмоции –через переводчика? О чем он говорит в перерыве матча? Да еще такие деньги получать, миллионы... Неужели у нас не было тренеров? Мы ведь раньше выигрывали 2 олимпиады, чемпионат Европы, трижды были в финале европейского первенства. И нас приезжают учить голландцы, которые ничего не выиграли, кроме Европы с Гуллитом и Ван Бастеном. Они хамы, ни за что получают деньги и гордятся этим.

– Российская сборная не попала на Олимпиаду в Лондоне. Это значит, что футбольной смены в России нет?

– Ни молодежной нет, ни юношей. Вот у нас будет чемпионат мира в 2018 году, и что мы собираемся делать? Откуда появятся игроки? Сейчас вот разрешили в клубах 7 легионеров. То есть остается всего 4 наших игрока! Из кого мы будем собирать сборную? Поэтому нужно срочно обратить внимание на юношей. Нужно в корне поменять систему подготовки.

– А насколько сильна коррупционная составляющая в футбольных школах.

– Я вообще далек от этого. Когда я работал, было совсем другое дело. Хотя сейчас построили хорошие поля, много искусственных полей, действительно ровных, на которых можно обучать мальчишек.

– Я слышала, что бывают случаи, когда от родителей требуют денег.

–- Наверное, такое бывает. Вот в лагерь, чтобы отправить команду, с родителей нужно собрать по 500 рублей, чтобы оплатить пребывание. В мое время, когда я работал тренером в юношеской школе, такого не было.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG