Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сатана и Хезболла


Участницы Pussy Riot Надежда Толоконникова, Мария Алехина и Екатерина Самуцевич

Участницы Pussy Riot Надежда Толоконникова, Мария Алехина и Екатерина Самуцевич

Накануне предварительных слушаний по делу Pussy Riot героями российской блогосферы стали адвокаты охранника Храма Христа Спасителя Владимира Потанькина Михаил Кузнецов и Сергей Штин. Охранник Потанькин признан в рамках уголовного дела потерпевшим. Ущерб, причиненный ему песней Pussy Riot "Богородица, Путина прогони" выражается, по словам адвокатов, в том, что "у него проблемы со сном" и "затронуты глубокие чувства". Кузнецов и Штин заявили в интервью газете "Московские новости", что за действиями Pussy Riot стоят "враги нашего государства и православия", конкретно – Сатана. Прокомментировать философско-правовую сторону дела взялся в Фейсбуке Эдуард Надточий:

Если адвокат юридически связывает деяния причинителей ущерба с сатаной, то предъявлять иск, по идее, он должен самому сатане, как существу бесконечно более могущественному, чем те, через кого он реализует свою волю. Поэтому деятельность инквизиции и строилась не вокруг персонального вменения деяний, но вокруг процедур отрыва души от сатаны - при помощи разнообразных техник производства раскаяния, предельная из которых - очистка души огнем от одержания телом. В попытках создать основания для уголовного суда над рядовыми административными правонарушителями, каковыми являются Пусси, власть последовательно реализует именно эту логику инквизиционного спасительного суда. Почему именно сейчас, в момент острого кризиса легиматиционных оснований властной доминации, возник юридический запрос на инквизиционные технологии вменения? Мне кажется, все попытки создать светскую политическую религию, обеспечивающую харизматическую доминацию, провалились, и запрос на харизматическую доминацию как условие суверенности деспота вполне закономерно мутирует в запрос на иеракратическую доминацию.

Параллельно сеть изучала обвинительное заключение по делу, которое выложила в ЖЖ адвокат Екатерины Самуцевич Виолетта Волкова. Среди прочего, к делу приложены показания эксперта-лингвиста, доктора филологических наук, главного научного сотрудника Института мировой литературы им. А.М. Горького с инициалами Т.В.Ю. В ней, в частности, говорится:

При исследовании текста песни было выявлено прямое использование бранной лексемы "сука", а именно: "… Лучше бы в Бога, сука, верил". В экспертизе исчерпывающим образом было установлено, что лексема "сука" была именно ярлыком, а не использовалась в качестве «связки» слов.

Поэт, критик и переводчик Григорий Дашевский отмечает в связи с этим в Фейсбуке:

Это, видимо, имплицитная полемика со школой эксперта Баранова, который когда-то написал, что слово "п***а", произнесенное Киркоровым в разговоре с журналисткой, было не ярлыком, а междометием.

О вопросах лингвистической экспертизы в наше богатое на суды время рассуждает на портале Slon.ru старший научный сотрудник Института русского языка РАН Ирина Левонтина:

Нужны ли вообще лингвистические экспертизы в таких делах о словах? Многие правозащитники и юристы считают, что за слова не надо судить. Преследование за слова воспринимается как посягательство на свободу слова. Так, в частности, считает Генри Резник. Он страшно недоволен тем, что лингвистическая экспертиза вошла в моду, и называет это «наркотизацией лингвистикой». Но это вопрос спорный. Дело в том, что без экспертизы больше субъективизма. Мне кажется, сейчас все настолько неустойчиво и субъективно, что любое средство, способное хоть на градус повысить долю объективности, полезно. Для общества важно не терять из вида экспертную деятельность, чтобы она не превращалась в разнузданное безобразие.

***
В англоязычной блогосфере обсуждают два недавних нападения – убийство высокопоставленных сирийских военных и взрыв автобуса с израильскими туристами в Болгарии. За взрывом в Дамаске, несомненно, стоят повстанцы, и с военной точки зрения – а мировое сообщество все больше склоняется к тому, чтобы квалифицировать происходящее в Сирии именно как гражданскую войну – уничтожение руководителей штаба противника следует считать успешной операцией. Однако до сих пор в принципе не ясно, каким миром может закончиться эта война, считает блогер портала Foreign Policy Митчелл Протеро:

После целого года армейских бомбардировок и атак со стороны вооруженных бандитов повстанцам удалось нанести ответный удар. Они не только обезглавили верховное военное командование, но и послали сигнал всем своим противникам: мы достанем любого в любой точке страны. Даже если уверенность в скором падении Асада не вполне оправдана, очевидно, что он сейчас находится в довольно шатком положении.
Однако война в Сирии очень похожа на кровавый религиозный конфликт, который будет сотрясать весь Ближний Восток еще много лет. Официальная сирийская пропаганда утверждает, что восставшие – безумные джихадисты, которых поддерживают Израиль и Саудовская Аравия, однако это не более чем пропаганда. Но то, что повстанцы не из "Аль-Каиды" и не пьют кровь христиан или алавитов, вовсе не делает их безобидными пандами. И дело не только в религии. Как мы уже видели на примере Ливии, люди, готовые защищать свои дома до последней капли крови, не останавливаются на полпути. Чтобы выжить, им приходится идти на убийства, и из этого круга не так просто вырваться. Им нужна власть – пусть только и для того, чтобы снова не почувствовать себя беспомощными.

Кто стоит за терактом в Бургасе, унесшим жизни семи израильских туристов, - вопрос пока открытый. По мнению блогера портала The Daily Beast Мэтью Левита, взрыв в Болгарии – дело рук Хезболлы, которая пытается отомстить за убийство своего лидера Имада Мугнии в 2008 году:

Убийство Имада Мугнии привело к тому, что Хезболла начала восстанавливать свою зарубежную сеть, которая была законсервирована после событий 11 сентября на фоне активной борьбы с международным терроризмом. С тех пор на Западе стали значительно больше заботиться о безопасности, и теперь Хезболла предпочитает действовать в регионах, где это вопросы до последнего времени стояли не так остро. Кроме этого, имеет значение поддержка со стороны местных ячеек, своих или поддерживаемых Ираном. Именно поэтому для терактов выбираются такие города, как Баку, Бангкок и теперь вот Бургас. В Болгарии Хезболла, скорее всего, опиралась на сеть ливанских наркоторговцев и другие криминальные организации, которые уже давно оказывают ей финансовую помощь. В 2008 году болгарское правительство провело расследование и выяснило, что прибыль от наркотрафика идет на поддержку Хезболлы и других военных группировок.

Этот и другие материалы читайте на странице информационной программы "Время Свободы".
XS
SM
MD
LG