Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Новый главный


Итальянец Фабио Капелло - новый главный тренер сборной России по футболу

Итальянец Фабио Капелло - новый главный тренер сборной России по футболу

Назначение главного тренера сборной России по футболу. "Роснефть" обвалила все спортивные рынки. Олимпийские игры и олимпийская цензура. Эти темы интересуют российских блогеров, пишущих о спорте.

Алишер Аминов, президент фонда развития футбола, кандидат в президенты РФС пишет в блоге на сайте радио "Эхо Москвы", что аргументированно рассуждать о деятельности членов "закрытого футбольного клуба" – таких, как Виталий Мутко, Гус Хиддинк, Сергей Фурсенко, Дик Адвокат – задача не из простых.

Однако, как ни странно, еще более мутной и невнятной представляется такая больная тема, как назначение главного тренера сборной России. В последние годы вокруг иностранных специалистов, оккупировавших одну из наиболее функциональных для отечественного футбола должностей, в директивном порядке создавалась аура непогрешимости, гениальности и даже, некоей святости. В итоге значительная часть болельщиков, наиболее подверженных магии гипноза, на полном серьезе считает теперь голландцев с итальянцами носителями абсолютного знания, идолами-талисманами, без которых России, конечно, не прожить.

Сразу после чемпионата Европы подоспел срок продюсировать очередную серию мелодрамы для наивных россиян. Народу предлагается глубоко поверить в то, что новый тренер наконец-то привьет российской сборной "психологию победителей", после чего она твердым шагом двинется к золотым вершинам мирового футбола. Соответственно, народ должен забыть о своих деньгах, которые были вложены в голландские карманы, философски отнестись к катастрофам 2010-го и 2012-го и расщедриться на новые транши – на сей раз для Фабио Капелло, очередного волшебника из-за бугра.

Понадобится, уверяю вас, совсем немного времени для того, чтобы понять всю смехотворность нового проекта РФС. Потому что главное, с чем всем нам приходится иметь дело, – поражения не на поле, а глобальный провал стратегии развития футбола, которую лоббировали и судорожно пытались реализовать президенты РФС, братья-близнецы Виталий Мутко и Сергей Фурсенко, у каждого из которых прямо на лбу написано жирным шрифтом: ставленник политической власти. Ни создать эффективную систему подготовки резерва, ни даже обязать летучих голландцев соблюдать самые элементарные профессиональные обязательства они не сумели.

Хиддинк с Адвокатом ни разу не отчитывались о своей работе перед исполкомом РФС (между тем доклады штаба национальной сборной по итогам выступлений на крупных турнирах – нормальная мировая практика). Более того, неизвестно, обязаны ли они были это делать, был ли такой пункт записан в их увесистых контрактах. Неведомо также, кем, чем и как регламентировались заявления мэтров о стремлении колесить по стране с целью познания сути российской футбольной души, о семинарах для отсталых коллег, о разработке детальных программ развития института сборных. Сколько их было, поездок по глубинкам? Много ли проведено лекций-семинаров? Пятьдесят? Десять? Два? Где обещанные программы, хоть в каком-то, пусть самом примитивном виде обобщающие состояние дел в российском футболе, намечающие пути его развития, формирующие предложения и предлагающие решения?

В сухом остатке – ничего. Только разговорный жанр.

Гус Иванович, давно подсчитано, в среднем проводил в России 35 дней в году; маленький, удаленький и энергичный генерал Дик – вроде чуть больше. И понять их, безусловно, можно: солдат спит – служба идет, кормят-поят на убой, банковские счета пополняются регулярно, а спроса никакого, потому что Россия – она добрая и глупая, как корова. Главное – вовремя ее доить, вот и вся забота. В этой связи любопытно: будет ли прописан некий обязательный фиксированный минимум пребывания на территории России в контракте у Капелло? И чьи это, интересно, доллары, в очередной раз выставляющие Россию общемировым посмешищем, обещаны дону Фабио, – госкомпаний, банков, олигархов? Ни широкая общественность, ни даже члены РФС об этом сегодня не знают (завтра, полагаю, не узнают тоже, потому что нам, конечно, снова предлагают быть сдержанными, адекватными и не считать деньги в чужих карманах.). Но чьими бы они ни были, эти реально бешеные деньги, они могли пойти на другие, значительно более важные для российского футбола цели и поспособствовать решению самых актуальных проблем. Эту простую логику, логику большинства, ни в коем случае нельзя игнорировать. Тем более что она абсолютно объективна.

В уставе РФС не прописана процедура заключения контракта с главным тренером сборной, но все последние годы в общественном сознании целенаправленно укоренялся тезис о том, что это исключительная компетенция президента РФС и его спонсоров. Пусть так, ладно. Однако даже при такой, более чем спорной, трактовке ничто не мешает сегодня исполняющему обязанности президента Никите Симоняну ознакомить с проектом контракта членов исполкома РФС (или хотя бы его бюро), получить от них письменные заключения – и лишь потом заниматься реализацией. Однако переговоры с Капелло проходят в формате междусобойчиков, причем действующие лица и исполнители всех движений остаются, разумеется, за кулисами. Кто там, за сценой, скажите? Виталий Мутко? Алексей Миллер? Сулейман Керимов?

Зациклившись на фигуре нового главного тренера и размере его контракта, переговорщики старательно молчат о том, что сборная во главе с новым иностранным тренером по-прежнему будет VIP-клиентом пятизвездных отелей, потому что проект строительства национального центра давно пылится под сукном, а мэтров-пенсионеров комфорт столичных отелей, видимо, вполне устраивает. Поднимет ли этот вопрос Фабио Капелло? Вспомнит ли он про свой национальный итальянский центр "Коверчиано"? Заговорит ли вслух о том, что он его реально волнует? Потребует ли загрузить обязательствами "Газпром", РЖД, ВТБ или многочисленных российских миллиардеров, временно увлеченных футболом? Очень сомневаюсь. Да нет, не сомневаюсь даже – уверен, что не поднимет, не заговорит и не потребует. Потому что главное во всей этой истории – не футбол России, а друг Виталий, Алексей, Сулейман… и прямо зависящий от их расположения вес личного контракта. И к гадалке не ходи.

Ну а кто девушку ужинает – тот ее, как известно, и танцует.

* * *

Блогер "Пять-три два" на сайте Sports.Ru считает, что последнее выступление Владимира Владимировича Путина насчет "Роснефти" – оно не только о хоккее, оно вообще о том, во что превращается российский спорт высших достижений.

Выступает глава страны и вовсеуслышание заявляет: да что там, "Роснефть" совсем обалдела со своим ЦСКА? Все рынки обвалила! Нужны какие-то общие правила!

Ну вот где, где еще вы узреете нечто подобное? В какой стране мира?

Может, Владимир Владимирович и не знает, но у нас честно пытаются установить нормы и правила, общие для всех. Они, может, и несовершенные, но не все сразу. Но все напрасно, потому что тот, кому эти правила не очень по душе, не теряет надежды добежать до президентского уха и лично туда кой-чего нашептать.

А Владимир Владимирович после шептаний, начинает казнить и миловать, словно Емельян Пугачев – не по закону, а по своим представлениям о добре и зле.

Вот загибался потихоньку всемирно известный хоккейный бренд ЦСКА. Несмотря на свою всемирную известность, никому он был даром не нужен. И никакие магнаты браться за его возрождение не хотели.

Но тут добежал до высшей особы сам Вячеслав Фетисов. Ну, кому еще добежать-то: мужик битый, чемпион, такого поди останови!

И говорит Путин царственно: жалую ЦСКА компанией "Роснефть". Пусть возрождаются!

А в компании "Роснефть" тоже все правильно понимают, и если начальник приказал, надобно возрождать.

Собственно, "Роснефть" ничего такого особенно и не делала. Ничего такого, чего бы ни делал "Газпром", например, или еще кто, у кого есть деньги и спортивные клубы.

Но тут ло президентского уха добежал еще кто-то шустрый. Не так уж важно, кто это был и из какого города. Дело в другом – сей бегун справедливо узрел кокурента в "Роснефти" и решил дать ей укорот. Ну а кто в у нас в государстве может укорот дать? Только, Емельян Владимирович...Простите, Владимир Емельянович...тьфу...Ну, в общем вы поняли...

И вот теперь возникает вопрос: а что "Роснефти"-то теперь делать? Дворец-то строить или уже не надо? А может, вовсе лучше бросить этот ЦСКА, пока до опалы не доигрались? А вдруг как бросишь, и еще больше прогневаешь? Может, хоть Радулова бедным раздать?

Водевиль в лучших традициях жанра. А самое интересное то, что никто не гарантирован от того, что завтра до царского уха не добежит кто-то третий, со своими пояснениями о том, что такое хорошо и что такое плохо...

Вы, кстати, авторитет КХЛ не видели? Ну, он похоже куда-то закатился...Он маленький такой теперь стал, после этих сеансов ручного управления... Какая уж там конкуренция с НХЛ...

Вы себе можете вообразить Барака Обаму, сначала назначающего какую-то компанию поднимать, скажем "Нью-Йорк Айлендерс", а потом выступающего по национальному телевидению с критикой бюджетной политики команды? Я боюсь, американцам всех запасов колумбийского кокаина не хватит на такие галлюцинации...

А у нас ничего, в порядке вещей. И по другому, собственно, и быть не могло. Потому что как только Путин впервые лично вмешался в вопросы существования профессионального клуба, будь то хоккейного или футбольного, он открыл ящик Пандоры, который теперь не закроешь...

И будут продолжаться эти бега наперегонки к царской особе, и никакого другого уважаемого всеми закона не появится, потому что если один себе что-то выпросил, то почему другому нельзя?

Весь этот бред остановить довольно просто. Стоит сказать главе государства: ребята, профессиональный спорт – не моя епархия, решайте вопросы внутри себя. И тогда хочешь, не хочешь, будешь искать правды в основной работе, а не в доступе к правящему телу.

Но я что-то не припомню, чтобы у нас лидер честно признался, что в чем-то не разбирается. У нас так не принято.

А значит, все в буфет, и потом смотреть очередное действие этого спектакля. Шедевра не обещаю, но скучно точно не будет.

* * *

Анна Сакоян в блоге на сайт "Полит.Ру" пишет о так называемой "олимпийской цензуре".

За период подготовки к летним Олимпийским играм в Лондоне в прессе и блогах образовалось облако тем из самых разных сфер, которые обсуждаются в связи с центральным событием. Точнее, некоторые актуальные темы получили очередное расширение благодаря своей соотнесенности с олимпийской проблематикой. В числе этих тем оказалась цензура, вокруг которой за последнее десятилетие развернулась обширная полемика, затрагивающая политику, бизнес, законодательства о копирайте и вопросы вторжения в частную жизнь граждан.

Уже на подготовительном этапе Олимпиада ознаменовалась конфликтом между ограничениями на высказывания и принципом свободы слова. "Первое правило Олимпийских игр: не упоминать об Олимпийских играх. Если, конечно, вы не официальный спонсор", – говорится в одной из статей, посвященных этой теме. Речь идет о том, что в Лондоне фирмы, не спонсирующие Олимпиаду, не имеют права использовать соответствующую символику (кольца, факелы), а также "олимпийскую" лексику для продвижения своей продукции. В материале, в частности, упоминается одно из лондонских кафе, до недавнего времени носившее название "Olympic", которое внезапно по неизвестным причинам переименовалось в "Lympic". Это касается даже тех предприятий, которые участвуют в организации игр, но не спонсируют их. Это правило, введенное Международным олимпийским комитетом и допущенное британским правительством, будет действовать еще в течение 12 лет после лондонской Олимпиады.

Дело, впрочем, распространяется не только на бизнес. Telegraph приводит историю о том, как режиссер Бирмингемского королевского балета Дэвид Бинтли был незадолго до премьеры вынужден изменить название новой постановки, которая называлась "Faster, Higher, Stronger" ("Быстрее, выше, сильнее"), потому что эта фраза входит в число запатентованных.

С полным списком запатентованных слов можно ознакомиться в специальном документе, размещенном на официальном сайте лондонской Олимпиады. Туда же внесена лексика "группы риска" – то есть та, которая, будучи употребленной в сомнительном контексте, может вызвать подозрения в рыночном паразитировании на Олимпиаде. Это, в частности, такие слова, как: "игры", "две тысячи двенадцать", "золотой", "серебряный", "бронзовый", "медали", "лето". На том же сайте можно посмотреть список спонсоров, которым, в отличие от всех прочих коммерческих предприятий, разрешается безнаказанно использовать слова и символику.

Недовольство, которое эти правила вызвали у общественности, преимущественно направлено на британское правительство. Если к международной неправительственной некоммерческой организации МОК можно относиться как к стихийному бедствию, то поведение властей, никак не регулирующих это бедствие, вызывает у граждан сильное недоумение. Карен Эрл, председатель European Sponsorship Association, объяснила, впрочем, что здесь нет никакой цензуры, а необходимая и разумная стратегия. "Говоря по-простому, спонсоры Олимпийских игр платят очень большие деньги, чтобы быть официальными партнерами мероприятия, на котором сосредоточено внимание всего мира... МОК и его вспомогательные инстанции – в данном случае Locog (лондонский олимпийский комитет) – юридически обязаны защищать этих спонсоров и те права, которые они приобрели. Общественность не всегда понимает такой насаждаемый иногда сверху подход к правам, но без этого ведь, вероятно, не было бы Олимпийских игр – или футбольного кубка, или Формулы-1 – всех тех спортивных событий, которыми мы наслаждаемся еженедельно и ежегодно".

Один из комментаторов этого материала в Independent сказал: "Прекрасный аргумент: давайте подавим свободу слова и свободную торговлю, потому что иначе олимпийские игры не смогут состояться. Да если они могут состояться только при наличии полиции мыслей, которая патрулирует страну и наезжает на бизнесменов, а граждане могут купить билеты, только если они держатели карты Visa, то не надо нам таких игр".

Есть еще один аспект в политике МОК, который привлек внимание некоторых людей, следящих за темой цензуры. Этот случай касается уже не бизнесменов, а спортсменов и социальных сетей. МОК подготовил обстоятельный документ, в котором прописано, что участники Олимпиады могут публиковать в своих блогах и сообществах, а чего не могут. Частью это запреты на распространение конфиденциальной информации, а также частной информации о других участниках игр без их согласия. Но помимо этого, блоггерам-олимпийцам запрещено публиковать материалы журналистского толка – собственные отчеты о событиях, аудио и видеозаписи. Как гласит документ, это сделано для того, чтобы защитить интересы официальных информационных партнеров МОК. Как сообщает всё тот же документ, в период проведения игр социальные медиа будут под пристальным наблюдением на предмет выявления там нарушений.

Если ограничения на использование запатентованной лексики и символики в бизнесе вызвали ощутимый резонанс в мейнстримной прессе, то про отстранение спортсменов от вошедшей уже в обиход практики информирующего вещания через социальные сети пишут преимущественно блоггеры. В этих публикациях акцент делается не столько на том, как это соотносится с принципом свободой слова, сколько на том, каким образом мониторящим инстанциям удастся воспрепятствовать несанкционированному распространению информации через социальные сети, с учетом скорости этого распространения и того, что такого рода репортажи уже успели войти в обиход. Есть вероятность, это выяснится в дальнейшем.
XS
SM
MD
LG