Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Врачи требуют свободы. У кого?


Реорганизация службы "скорой помощи" - одно из направлений модернизации российского здравоохранения

Реорганизация службы "скорой помощи" - одно из направлений модернизации российского здравоохранения

За неполную неделю под размещенной в интернете "Декларацией независимости российских врачей" подписались более тысячи медиков, работающие практически во всех российских регионах.

Публикацию Декларации анонсировал в своем "Фейсбуке" врач и писатель Максим Осипов: "С недавних пор я вхожу в общественный совет при вице-премьере по социальным вопросам. Совет сам по себе ничего не решает, он лишь должен обратить внимание правительства на ту или иную проблему. Одна из главных проблем в медицине – это несвобода главного ее действующего лица, врача. Мы с д-ром Охотиным, поговорив со многими коллегами из разных лечебных учреждений, коротко описали положение дел, каким оно нам видится, и теперь предлагаем врачебному сообществу Декларацию – для обсуждения, дополнения и, мы надеемся, для подписания. От одной Декларации, конечно, положение не улучшится, но это, на наш взгляд, первый и необходимый шаг… "

Документ опубликован для обсуждения на сайте vrachirf.ru (общероссийская социальная сеть "Врачи РФ"), зарегистрироваться здесь могут только люди с высшим медицинским образованием. Инициаторы "Декларации" (кардиологи подмосковной Тарусской больницы Максим Осипов и Артемий Охотин) считают, что, поскольку цель "Декларации" – зафиксировать консолидированное мнение именно профессионального сообщества, обсуждать ее должны только работники "врачебного цеха".

Впрочем, шестидневное обсуждение показало, что консолидированного мнения по поводу врачебной независимости в профессиональном сообществе нет. А в некоторых комментариях даже утверждается, что и сообщества-то врачебного в России, собственно, пока не сложилось.

За что бороться


Что тревожит авторов Декларации?

– Отсутствие профессиональной автономии врача, когда решения, которые должны приниматься специалистами, принимаются под нажимом медицинских чиновников или экспертов страховых компаний. Инструментом такого давления стали "получившие административную силу стандарты лечения", которые кардинальным образом отличаются от стандартов мировой медицины, "заставляют врачей лечить больных подолгу и не самыми эффективными средствами".

– Бюрократические препятствия, которые мешают оказать пациентам даже ту помощь, которую государство оплачивает. Наиболее вопиющий пример: "Больные раком умирают, крича от боли, поскольку врачи лишены возможности свободно выписать им наркотические анальгетики".

– Хозяйственная несамостоятельность лечебных учреждений, результатом которой является и закупка простаивающего потом оборудования, и перерасход средств из-за того, что часто врач вынужден лечить неэффективно и долго (чтобы не нарушить внутриведомственные инструкции).

– Дорогостоящие и непродуманные попытки реформировать здравоохранение.

– Плачевное состояние медицинского образования: "В медицинских институтах основной упор делается на заучивание сведений, устаревающих за несколько лет, а не на умение их критически осмысливать, получать новые знания".

Инициаторы Декларации уверены: "Основной порок российской медицины – несвобода ее главных действующих лиц, врачей. Без освобождения их от административного гнета улучшение отечественной медицины невозможно". Они предлагают всем, разделяющим это мнение, подписаться под пятью пунктами:

"1. Медицина сочетает в себе черты науки и искусства. Это творческая профессия, а не сфера обслуживания, поэтому работа врача требует свободы и не может быть описана приказами и инструкциями.

2. Во взаимоотношениях государства и общества мы выступаем на стороне общества и не хотим обманывать его доверие. Задача государства – создать наиболее благоприятные условия для врача и больного, самостоятельно действующих личностей.

3. Необходима презумпция добросовестности врача – в лечебной и хозяйственной деятельности. Решая, как и на что тратить выделяемые средства, врачи должны исходить из интересов больного, а не плательщика.

4. Административное и финансовое давление на профессиональные и этические решения врача недопустимо. Работу его может оценивать только врачебное сообщество, а не плательщики. Страховые компании и государство не должны управлять лечебным процессом.

5. Реформируя здравоохранение, государство должно отказаться от масштабных и непродуманных мероприятий, которые проводятся формально и лишь повышают нагрузку на врачей и лечебные учреждения. Приоритетом реформ должно стать медицинское образование, без него наша медицина обречена".

Подписанты и неподписанты


Как водится, обсуждение в социальной сети тут же ушло в частности. Больше всего споров вызвал вопрос о том, нужны или не нужны стандарты. Разве не они призваны защищать пациента от "творчества" плохо обученных или просто недостаточно опытных врачей? – недоумевали многие участники дискуссии. Впрочем, по вопросу о стандартах договориться оказалось сравнительно легко – достаточно было просто четче сформулировать, против каких именно стандартов возражают инициаторы Декларации, а какие считают необходимыми.

Мало кто возражал против тезиса о плохом медицинском образовании, но далеко в сторону от основной темы увел спор о том, где корень зла: в коррупции, в некачественном преподавании или в неумных студентах.

Не всем понравился тезис о том, что медицинская деятельность – творчество и поэтому не может быть причислена к сфере обслуживания…

Впрочем, частности не сильно влияли на решение участников дискуссии поставить или не поставить свою подпись под Декларацией. А что влияло?

"Кратко но все по сути, все верно. Хотел раскритиковать. Но, вчитавшись, должен сказать что в достаточно краткой форме основные проблемы Российского здравоохранения перечислены. Вопрос только что вы можете сделать при помощи этой декларации? – написал московский кардиохирург Виталий Милехин (и поставил свою подпись).

Максим Осипов отвечает: "Вопрос справедливый. По крайней мере, 1) наш голос будет услышан правительством, 2) мы сами сумеем понять, сколько врачей разделяет наши взгляды. Можно придумать и 3), и 4), но, вообще говоря, написание декларации и ее подписание – это действие не очень практическое, это выражение свободной воли, и значение его может быть понято только в процессе делания".

Подписался под документом и Сергей Фадеев, психиатр из Тульской области, правда, вынеся свой вердикт: "Декларация написана толково... Собирайте подписи и отправляйте этим ребятам в правительство. Им-то по барабану как мы тут лечим и лечимся. Они лечатся у других (западных) врачей и по другим (западным) стандартам…"

Бессмысленной затеей считает Декларацию волгоградский флеболог Сергей Ларин – работающий в собственном медицинском центре. Он пишет:

"Для реализации положений декларации мало просьб и обращений к властям и коллегам. Многие коллеги прекрасно приспособились к существующей системе и живут, ни в чем себе не отказывая! Российское врачебное сообщество такое же пестрое и разномастное, как и наше общество в целом. Единственное что его объединяет – это патологическая зависимость от государства. Именно государство пытается сделать, и, в общем-то, сделало, из врача чиновника низшего ранга. Почему оно это делает? А как иначе использовать колоссальный социальный потенциал этой специальности? Если вы не чиновник, то вас нельзя заставить поехать в район перед выборами, вам должны платить от конкретной проделанной работы, ну и, конечно, как бороться с коррупцией, если врачи будут работать на себя и зарабатывать себе на жизнь без участия государства? Поэтому главным является изменение экономических отношений врача и государства. Врачи не должны работать в больницах и поликлиниках экономически, а должны стать самостоятельными экономическими единицами. Тогда медицинские предприятия будут получать деньги за предоставления условий для лечения больных, а врачи – за собственно работу. И тогда большая часть проблем, о которой пишет автор декларации с такой болью, разрешится постепенно, сама собой. Экономика страны получит новый дополнительный импульс от большого числа предпринимателей в лице врачей, а больные получат то, что они хотят: реальный выбор врача и четкую ответственность конкретного доктора за результаты труда. Это и есть суть реальной реформы нашего здравоохранения, а не выклянчивания денег у государства!.."

Вячеслав Алексеев из Москвы напоминает о том, что врачебная общественность и раньше пыталась изменить ситуацию в здравоохранении: "Всем, кто так горячо вступили в дискуссию, рекомендую внимательно ознакомиться с документами Пироговских съездов врачей РФ. На VII съезде, состявшемся 26-27 ноября 2010 года, вновь принята Медико-социальная хартия РФ, где всё, о чём так много говорят участники дискуссии, хорошо продумано и изложено. Документ от имени врачей РФ был направлен в Минсоцздравразвитие и полностью проигнорирован властью, так же как был проигнорирован и сам факт состоявшегося съезда... Познакомьтесь с Хартией и вы поймёте, что никаких новых документов создавать не надо – всё уже сделано и сделано умными людьми и на очень хорошем уровне…"

А Александр Ипатов из Перми, присоединившись к Декларации, восклицает: "Обращаемся с петицией к тем от кого зло и исходит. Положение дел им (всем ветвям власти) прекрасно известно. Только объединенная широкомасштабная деятельность – скажем, в лице новых профсоюзов (не социал-ренегатов), стачки по всей стране, вначале с экономическими, затем и с политическими требованиями способны обратить на себя внимание, а не "меморандумы" к камарилье".

Один из соавторов документа Артемий Охотин его поправляет: "Александр, это не петиция, а декларация. В каком-то смысле мы обращаемся сами к себе, пытаемся понять, чего мы хотим. Как видно, мы хотим разного – кто-то распределения на 5 лет, а кто-то профессиональной самостоятельности. Вопросы эти останутся, независимо от того, кто будет сидеть в Кремле и какая будет политика."

"Как вы представляете результативность данной Декларации, её эффективность?" – интересуется у инициаторов документа один из участников дискуссии.

"Декларация не претендует на решение проблем государства, этим она, кстати, отличается от декларации Пироговского движения. Она намечает пути решения проблем врачебного сообщества. А государство и общество пусть решает проблемы здравоохранения с учетом того, что врачи независимы и в положение начальства входить не хотят. Тогда и ВВП придется увеличивать, а не командовать рабами", – объясняет Охотин. А Осипов добавляет: "Проще всего было бы ответить тютчевским: "Нам не дано предугадать, Как слово наше отзовется". Но такой ответ вас едва ли устроит. Хотя вправду не дано. Мы не могли предвидеть, публикуя наш текст в пятницу вечером, что к вечеру понедельника под ним будет стоять более пятисот подписей. Или что большое начальство уже сегодня утром будет его читать и комментировать (имеет в виду интервью, которое дал одной из московских газет заместитель московского мэра Леонид Печатников. – РС). Итак, мы ждем, что будут отменены некоторые подзаконные акты, что упростится хранение и назначение наркотических анальгетиков, что в мединститутах наконец введут английский с первого по последний курсы, что к вступительным экзаменам (или теперь ЕГЭ) добавится математика, что будет сильно изменен порядок применения закона о госзакупках в медицине…"

Выходит, всё-таки не только Декларация, но и немножко петиция...

Свобода для несвободных?


Токсиколог из Челябинска Андрей Соколов под "Декларацией независимости" свою подпись поставил. Но оптимизма по поводу способности врачебного сообщества бороться за профессиональную свободу не испытывает (как, впрочем, многие участники дискуссии):

"Беда отечественной медицины в том, что основа её врачи – это не сообщество, а разрозненные группы специалистов, "варящихся" в соку своих бед по своим ординаторским! В нашей стране нет ни одной национальной организации врачей, которая бы могла бы донести до общества их профессиональную точку зрения на состояние медицины, положение врачей и т. д. Нужен профсоюз врачей! Не профсоюз медработников, а именно врачей. Ведь профессиональные интересы – это и условия труда, и оплата его, и законы которые регламентируют работу врача, и стандарты...

"Карманный" профсоюз медработников – это "одобрямс" всего, что предложит власть. Профессиональные ассоциации крайне важны, но общество не отдаст им регламентирующих и контролирующих функций до тех пор, пока они не станут общенациональными, а не будут способом заработать денег от спонсоров.

Создаваемая Рошалем и иными "телевизионными" врачами национальная медицинская палата – хорошая попытка, но полеты Рошаля на бизнес-джете в период предвыборной компании дискредитировали эту идею в глазах многих врачей, т. к. стало ясно, что её идейных вдохновитель настолько близок к власти, что навряд ли пойдет против неё.

А ведь именно люди у власти используют медицину как источник доходов, их не интересует хорошо функционирующая система здравоохранения, их прельщают огромные финансы, которые отпускаются на это. Наша медицина давно стала источником дохода для фармкомпаний, страховых компаний, производителей оборудования и т. д., но точнее для лиц, владеющих различными компаниями-посредниками по поставке всего необходимого медицине.

Теперь о коллегах. Мы боимся, боимся объединиться, выступить, не можем пойти на компромисс для достижения общих целей. Попытки создать профсоюз в отдельно взятой организации (это собственный опыт) наталкиваются на "удивительные" вопросы: "А кто будет путевки распределять?", "А подарки детям будут?" и т.п. Люди с высшим образованием, врачи не понимают смысла и задач профессиональных союзов. Они продолжают апеллировать к власти, к "царю батюшке" и ждать "смиренно", когда же (в 2012, 2014 или 2018-ом) станет лучше..."


…Окажется ли успешной очередная попытка консолидировать столь пестрое профессиональное сообщество? Прислушается ли власть к голосу врачей, требующих уважения к себе и считающих, что без уважения к медику невозможна эффективная медицина?

Выяснится это достаточно скоро. Максим Осипов, отвечая на вопросы участников дискуссии, раскрыл план работы над Декларацией. До октября собираются предложения (правда, Осипов оговорил, что изменения будут вноситься только в констатирующую часть документа, где описывается кризис российского здравоохранения, а пять основных пунктов Декларации правке не подлежат). А "срок передачи окончательного варианта Декларации на рассмотрение Общественного совета при вице-премьере России — ноябрь 2012 года".

Что скажет Общественный совет (кстати, состоящий, по большей части, не из врачей)? Как прореагирует на Декларацию социальный вице-премьер Ольга Голодец?

В принципе, может и никак не прореагировать – и вряд ли это вызовет социальный взрыв. Что такое тысяча врачебных подписей? Даже пять тысяч. И даже десять тысяч. В России – полмиллиона практикующих врачей, вот если б хоть каждый десятый подписался… Впрочем, пациентов еще больше, а их мнением по поводу свободы-несвободы медиков пока вообще никто не поинтересовался.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG