Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Петр Силаев: Химки - Испания - Химки?


Нападение на администрацию города Химки в 2010 году

Нападение на администрацию города Химки в 2010 году

Полиция испанского города Гранады подтвердила факт ареста, по запросу российской прокуратуры, Петра Силаева, находившегося в международном розыске по делу о нападении на администрацию города Химки в 2010 году.

Представитель управления Национальной полиции Испании по Гранаде и области заявил Радио Свобода, что Силаев был задержан вечером 21 августа в одной из гостиниц города на основании ордера, направленного в Испанию через Интерпол, в котором он обвиняется в незаконном хранении оружия и взрывчатых веществ.

На вопрос, имеется ли у испанских правоохранительных органов информация о том, что Силаев якобы получил политическое убежище в Финляндии, полицейский ответил, что при задержании у него имелся лишь российский паспорт – какими-то иными документами Силаев не располагал. В настоящее время задержанный отправлен в Мадрид – в распоряжение Национальной судебной палаты Испании, которая должна решить вопрос о его экстрадиции в Россию в соответствии с требованием российской прокуратуры. С вопросом, как принимается решение о депортации, Радио Свобода обратилось к известному испанскому адвокату Хосе Санчесу Аларкосу:

– Во-первых, любому задержанному в Испании по ордеру своей страны предлагается добровольно вернуться на родину. В случае отказа вопрос о принудительной высылке, то есть о депортации, решается Национальной судебной палатой. Задержанному, естественно, обеспечивается право на защиту. Он может нанять адвоката самостоятельно или воспользоваться бесплатными услугами кого-то из защитников, приглашенных для него испанским судом. При рассмотрении вопроса об экстрадиции расследуется, насколько обоснованными являются обвинения в адрес задержанного. А если защита утверждает, что он подвергается политическим гонениям у себя на родине, то Национальная судебная палата расследует и это обстоятельство. Если защите удается доказать правомерность подобного тезиса, то задержанный высылке не подлежит. Так было, например, десять лет назад, когда в Испании рассматривался вопрос об экстрадиции в Россию магната Владимира Гусинского. Но подобное бывает не часто, – разъяснил Хосе Санчес Аларкос.

Добавим, что процедура экстрадиции занимает обычно много времени – от 6 месяцев до полутора лет. После решения Национальной судебной палаты вопрос, в соответствии с законом, обсуждается на заседании Совета министров страны, который и выносит окончательное решение.

Проживающая в Финляндии российская правозащитница и гражданская активистка Оксана Челышева – она представляет движение "Солидарность" в его международных контактах – утверждает, что Петр Силаев получил документы о предоставлении ему финскими властями политического убежища. В Хельсинки пришли к выводу, что российские власти преследуют Силаева по политическим мотивам, говорит Челышева.

Петр Силаев в России известен не только как один из активистов леворадикального движения, но и как автор книги, ставшей довольно заметным событием литературного сезона 2010 года. Его повесть "Исход", написанную под псевдонимом DJ Stalingrad, опубликовал журнал "Знамя". Книга была замечена критикой и даже попала в число претендентов на литературную премию "Нос". Общественно-политические события последнего времени, в том числе и история с Силаевым, и приговор участницам группы Pussy Riot содержание этого произведения, пожалуй, только актуализировали. В жюри премии "Нос" в 2010 году работала обозреватель РС Елена Фанайлова, она рассказывает:

– Это текст, довольно простодушно написанный, описывает будни русского красного скинхеда, антифа, человека стихийных анархистских убеждений, пьяницы, драчуна и его компании. Отчасти здесь можно вспомнить Захара Прилепина, но только с первой его книгой "Санька", где описывается становление героя-нацбола в тяжелом социальном окружении, с родителями-алкоголиками. И экзистенциальный посыл автора – "все плохо". Я полагаю, что Петр Силаев, или диджей Сталинград, как он сам себя называет, описывает в своей повести события перед тем, как он отправился в эмиграцию. Хотя непонятно, герой повести – сам автор или некоторый протагонист, или лирический герой.

Такое ощущение, что автор представляет собой новое поколение, к которому, кстати говоря, относятся и девушки из Pussy Riot, не знающие страха. Это люди, которые не боятся боли, милиции, не боятся быть ограниченными в правах. В женском варианте они залезают на крыши автозаков, а в мужском варианте нападают на администрацию по делу Химкинского леса, считая, что насильственные методы вполне оправданы. Я не побоюсь сравнить девушек из Pussy Riot с фигурой Элизабет Саландер, придуманной Стигом Ларссоном, как неким новым феминистским типом протестантки. А вот для мужчины такого рода масс-культ не произвел героя. И, может быть, "Исход" Петра Силаева – это неуклюжая попытка приблизиться к мужскому герою такого типа.

– Это литература или просто документ эпохи?

– Безусловно, документ эпохи. До литературы там нужно было бы подрасти. Я не хочу быть снобом, который отказывает такой литературе в праве на существование. Наоборот, полагаю, что такой литературы должно быть больше. Те, кто анализировал эту книгу еще в 2010-м году в журнале "Знамя" (а рукопись была прислана по интернету), в основном осуждали автора и его лирического героя за отсутствия рефлексии, за степень насилия, предъявленную в этой книге, за самооправдание, за нелепые религиозные метания, – в книге есть и такое. Но я полагаю, что как документ – это чрезвычайно полезная информация. Мне вообще кажется, что чем больше информации, тем больше толерантности в обществе.

– Как бы только правоохранительные органы не ознакомились с этой книгой и не сделали свои, характерные для них, выводы. 2010 год вы упомянули как год появления рукописи, выхода книги. С той поры (вы же следите за российским литературным рынком), есть продолжение этой тенденции в русской литературе?

– Честно говоря, не могу сказать, что появилась какая-то подобная книга. В последние полгода все увлеклись протестным движением. Можно обмениваться в социальных сетях информацией, изливать свою политическую желчь. Я думаю, что социальные сети некоторым образом заменили потребность писать литературу такого рода. Хотя, возможно, через какое-то время мы получим новую повесть или роман о том, как "я участвовал в протестном движении".

Этот и другие важные материалы итогового выпуска программы "Время Свободы" читайте на странице "Подводим итоги с Андреем Шарым"
XS
SM
MD
LG