Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Литва отметила 25-летие первого массового антисоветского протеста


Ирина Лагунина: В Литве отметили 25-летие первого массового антисоветского выступления - это был митинг, состоявшийся в Вильнюсе 23 августа 1987 года и собравший 3 тысячи человек.
Люди тогда выступили с открытым осуждением пакта Молотова-Риббентропа 1939 года , секретные протоколы которого стали для стран Балтии роковыми - в результатет сговора Гитлера и Сталина Литва, Латвия и Эстония на полвека утратили независимость и в ходе репрессий потеряли значительную часть своего населения.
Рассказывает наш вильнюсский корреспондент Ирина Петерс

Ирина Петерс: Вспоминая тот день - когда на митинг у памятника Адаму Мицкевичу в Вильнюсе собрались 3 тысячи человек – нынешний президент Литвы Даля Грибаускайте отметила: «Тогдашняя смелость людей вдохновляет нас на стремление к свободе. Давайте ценить и уважать эту свободу, активно участвуя в жизни страны». А премьер Литвы Андрюс Кубилюс подчеркнул: «Тот исторический митинг был явным знаком перемен во всем Советском Союзе, знаком того, что эти перемены неизбежны , и свободное слово никто не может остановить».
Эта акция протеста и последующие митинги, а потом «Балтийский путь» 1989 года, превратили 23 августа в день манифестаций за свободу. Теперь в этот день в Европе вспоминают о жертвах тоталитаризма.
Один из организаторов первого митинга, лидер литовской Лиги свободы ,диссидент со стажем Антанас Терляцкас вспоминает: «Я ничего тогда не боялся, как уважающий себя литовец, должен был бороться. Вызывали в прокуратуру. Ко мне домой приходил полковник КГБ, предупреждал, чтобы я не ходил на этот митинг. Отвечал: если не пойду, то не буду человеком, потому что нарушу свое слово. Сказал ему: пойду! И добавил: Скоро вы вообще не будете реагировать на такие демонстрации».
И в самом деле, когда на следующий год движение Саюдис в столичном парке Вингис организовывало многотысячные митинги, никакие меры КГБ не принимались, это было уже бесполезно.

Антанас Терляцкас: В советские времена за смелость угрожали тюрьмой, сажали. Посадили меня и моих друзей за пакт Молотова-Риббентропа. Подписали заявление, передали на Запад. Получил три года лагеря и пять лет ссылки на Колыме, 600 километров севернее Магадана. Там провел я 7 лет. Хорошо, что нашлись люди, которые не были трусами, боролись за правое дело.

Ирина Петерс: Сейчас был митинг в память о том, молодежь собралась?

Антанас Терляцкас: Нет, более пожилые люди. Была и молодежь, мой внук выступал, сказал, что хорошо, что сейчас мы живем в свободной Литве.

Ирина Петерс: Другой организатор того митинга в Вильнюсе – Витаутас Богушис. Сейчас он - член парламента Литвы. А в 87-м, несмотря на молодость, уже был явным антисоветчиком.

Витаутас Богушис: Мне было 28 лет. В 77 году за антисоветскую деятельность меня выбросили из школы. Учился в художественной школе по профессии реставратор. В 1987 году, когда мы организовали митинг, работал в молодежном театре, очень знаменитый тогда был. Уже митинги были в Риге и были в Таллине. Как-то нам стыдно, надо организовать митинг по пакту Риббентропа-Молотова?

Ирина Петерс: Как вела себя милиция, КГБ?

Витаутас Богушис: Не употребляли никаких репрессий, очень пассивно себя вели. Репрессии были потом – после митинга. 15 сентября КГБ и сам председатель, я его спросил: почему вы разрешили этот митинг? Вы же могли запретить. Ответил: мы хотели увидеть, сколько вас экстремистов, националистов соберется. И увидели – было около трех тысяч. После митинга начались репрессии, очень много людей выбросили с работы. Люди, которые были в аспирантуре, были учеными, их выгнали с работы, многие пострадали после того.

Ирина Петерс: Вы конкретно как почувствовали на себе?

Витаутас Богушис: В молодежном театре сделали собрание профсоюзное, около ста человек, и хотели меня осудить. Но театр есть театр, не получилось, актеры и даже технический персонал меня поддержали. Первый секретарь ЦК говорил: ну вот, молодежный театр не осудил националиста Богушиса.

Ирина Петерс: Насколько трудно было тогда людям решиться на открытую демонстрацию антисоветских взглядов говорит тот факт, что в день проведения митинга прямо во время службы, у алтаря, умер от инфаркта католический священник Станисловас Валюкенас. Он собрался с духом позвать прихожан на этот митинг, но так разволновался, что сердце не выдержало.

Витаутас Богушис: В 10 часов 23-го пришли на мессу, этот пожилой священник единственный, многие боялись, с ними говорили и просили, чтобы огласили аудитории, верующих много собирается, все боялись. Он согласился. Пришел на мессу, заволновался и через две-три минуты упал и умер.

Ирина Петерс: Успел сказать?

Витаутас Богушис: Нет, не успел.

Ирина Петерс: Перед митингом его организаторы подготовили специальный текст обращения, который был тайно передан на радио Ватикана.

Витаутас Богушис: В 1986 году 7 августа впервые огласило радио Ватикана. А потом все радио говорили, кстати, Радио Свобода тоже сообщала и Вольная Европа на польском языке тоже. Было так: "Мы обращаемся к людям доброй воли, чтобы помянуть Сталина и Гитлера жертв".

Ирина Петерс: Вы сейчас были на памятном митинге в этот же день спустя 25 лет?

Витаутас Богушис: Это большая разница, день и ночь. Там люди говорили искренне, говорили люди о свободе, они мечтали о свободной Литве, были песни. Там была смелость, была натуральность, сейчас нет.

Ирина Петерс: Большой подъем в народе и вообще в любом человеке появляется, когда он защищает свое право на свободу, а когда он свободен, уже этот дух уходит. Вы согласны?

Витаутас Богушис: Философский взгляд. Но свободный человек все равно должен бороться за свободу. Литовцы порядочные, я думаю, очень хорошая молодежь.

Ирина Петерс: Вспоминая события 25-летней давности, премьер Литвы Андрюс Кубилюс не преминул напомнить: «Мы за эти годы достигли того, о чем тогда можно было только мечтать, фантазировать. Сейчас Литва – член Евросоюза и НАТО, и можно смело сказать: в Европе нет и больше не будет никаких «пактов».
Возмутитель спокойствия, вечный бунтарь Антанас Терляцкас не согласен с победными оценками нынешней жизни: "Не за такую Литву мы боролись, – с горечью сказал он журналистам - люди у нас нынче трусливы, даже в советское время не нужно было просить разрешения на проведение собраний. А сейчас каждый раз требуется, если что нет так – сразу штраф". На возражение, что, мол, таков порядок в демократической стране, Терляцкас отрезал: "Идите к черту! Право на собрания нам гарантирует Конституция. Трусы!".

Антанас Терляцкас: Почему такой трусливый наш народ? Мы собирали по 30-50 тысяч человек на митингах, а сейчас люди боятся. Боятся, что могут не только они сами пострадать – их дети, родственники. Откуда такая трусость народа, я не понимаю. Не нравится поведение властей. Судебная власть даже хуже ведет себя, чем советская. При советской власти мне наручники надели только один раз, когда с Хабаровска отправляли на самолете в Магадан. А сейчас демонстративно надевают.

Ирина Петерс: Целью митингующих 25 лет назад было открыто заявить о преступной сути секретных протоколов пакта Молотова-Риббентропа. Через несколько лет после этого митинга, при Борисе Ельцине, эту суть официально признали в Москве.
Вспоминает историк Юрий Афанасьев.

Юрий Афанасьев: Мы действительно хотели, добивались того, чтобы страны Балтии стали свободными. Я, например, считаю, что большим событием является Первый съезд народных депутатов и комиссия по пакту Риббентропа-Молотова, которую возглавлял Александр Николаевич Яковлев, а я входил в эту комиссию. И то, что было принято решение осудить этот пакт, я считаю, что это было огромное достижение. Зная хорошо, как эволюционировал этот съезд, до сих пор не верится, что он смог принять такое решение, которое теперь президент России практически девальвировал.

Антанас Терляцкас: Первый съезд Верховного совета, тогда выступали руководители России, а сейчас Путин отрицательно относится к нашим заявлениям по поводу этого пакта. Я лично думаю, Россия никогда не откажется от Литвы.

Ирина Петерс: Есть такое мнение, что маленькие страны являются разменной картой в игре больших. Все-таки вы надеетесь дождаться от России такого признания?

Антанас Терляцкас: Не очень. Мне уже 85-й год, сколько может мужчина жить на этом прекрасном свете. Не дождусь.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG