Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Новые футбольные войны


"Простой болельщик "Зенита", он же глава "Газпрома" Алексей Миллер

"Простой болельщик "Зенита", он же глава "Газпрома" Алексей Миллер

Николай Толстых против футбольных олигархов. "Боско" экипирует Россию и Украину. На паралимпийцев надо смотреть без жалости. Эти темы интересуют российских блогеров, пишущих о спорте.

Блогер "Пять-три два" на сайте Sports.Ru вслед за киногероем советует: "Никогда не говори никогда".

Еще недавно казалось, что обращенный в пепел и прах Николай Толстых окончательно повержен в битве футбольных функционеров.

Но вот все снова изменилось, и под ликование толпы и крики: "Да здравствует король!" новый правитель восходит на столь желанный трон.

К этому посту Толстых подбирался долго и настойчиво, в теперь уже совсем незапмятные времена бросая перчатку самому Великому и Ужасному Колоскову. Тогда Толстых был побежден, но не сломлен.

Похоже, этого человека вовсе нельзя сломать. Пройдя через горнило сражений и поражений, он стал-таки главным человеком в отечественном футболе. И это, признаюсь, заслуживает уважения.

Другой вопрос: а что означает победа Толстых для нашего футбола? Тут все далеко не так однозначно.

На пороге классовых войн

За годы своей работы Толстых зарекомендовал себя человеком последовательным, настойчивым и не склонным к компромиссам за счет уступок. В зоне своей ответственности он всегда наводил порядок железной рукой, и пожатие этой десницы многих если не ставило на колени, то учило покорности.

Николай Александрович на этих выборах представлял, если хотите стан "традиционалистов", "бюджетников", можно даже сказать "футбольной бедноты".

Это, в общем-то, неудивительно. С момента создания премьер-лиги от ведущих клубов страны Толстых оказался несколько в стороне, занимаясь делами и проблемами тех, кто рангом пониже.

А там проблемы, цели и задачи несколько иные, нежели у тех, кто регулярно ручкается с боссами "Милана", "Баварии" и "Арсенала".

И классовая борьба, если не классовая ненависть, между богатыми и бедными в российском футболе – это реальность.

Те, кто живет "внизу", хотят, чтобы с ними не просто считались, а строили всю футбольную пирамиду в стране, исходя из их средств и возможностей.

Те, кто "наверху", откровенно говоря, полагают низы балластом, который только мешает прогрессу.

Бремя "традиционализма"

Вот на конфликте этих интересов и состоялись выборы нового главы РФС.

Зрелище, надо сказать, увлекательное. Для страны, где какие бы то ни было выборы заменены подсчетом волосков в бороде главы Центризбиркома, реальное сражение кандидатов – настоящее чудо.

В итоге победил "традиционалист" Толстых, к вящему неудовольствию элиты, которая не особенно-то и пыталась скрывать свое разочарование. И перепалка заслуженнейшего Симоняна с Гинером – тому яркое подтверждение.

Ликующие "традиционалисты" сейчас говорят – ну все, будет порядок! Лимит исправим, новые российские таланты просто косяком пойдут, чемпионат вернем на систему "весна-осень", настроим площадок, поднимем спортшколы, бюджетно профинансируем детско-юношеский футбол, и пойдёт у нас такая житуха, что ни в сказке сказать, ни пером описать.

Нюанс ситуации заключается в том, что разговоры о поднятии детского футбола на высокий уровень ведутся давно, но плодов особенных не приносят.

Футбольный "неликвид"

Мало кто сейчас помнит, что тот же Евгений Гинер, приходя к управлению ЦСКА, говорил о том, что в будущем клуб будет формироваться своими воспитанниками. То, что армейскую школу при Гинере не обижали заботой и вниманием – факт.

Но вот какая штука – несмотря на все усилия, дать в достаточном количестве своих игроков, способных показывать достаточно высокий уровень игры, школа ЦСКА оказалась не в состоянии.

И пока молодые армейцы разбредаются по клубам ФНЛ, 2-го дивизиона, аутсайдерам премьер-лиги, Гинер покупает талантов за рубежом.

Да бог с ним, с ЦСКА. Лучшая из школ страны – спартаковская – регулярно поставляет воспитанников в родной клуб. Будущих звезд активно пиарят, рассказывают об их большом будущем, после чего они начинают мыкаться по арендам. А красно-белый клуб везет очередного мастера из-за рубежа.

Что это, злой умысел? Нежелание поддержать "отечественного производителя"?

Да нет, все проще. Частник, тратящий не бюджетные, а личные средства, заинтересован в конкурентоспособности коллектива здесь и сейчас, а не в виртуальном будущем. И если свой воспитанник неспособен это обеспечить, значит, его место займет способный к тому иностранец.

Цена и качество

"Традиционалисты" видят в этом процессе погибель отечественного футбола, говорят про позднее созревание игроков, призывают пожертвовать амбициями ради будущего.

Беда того же Симоняна, Ловчева и иже с ними в том, что ратуя за, называя вещи своими именами, советский подход к воспитанию собственных футбольных кадров, они забывают, что за жизнь в стране вне футбола.

А там, извините, царят товарно-денежные отношения. И успех измеряется не благими намерениями, а полученной выгодой.

И если отечественный игрок попросту "не тянет", а "тянущий" стоит нереальных, баснословных денег, то у частника возникает резонный вопрос - с какой стати вы навязываете мне неликвид?

С теми, кто на бюджетном финансировании, проще - их всегда можно заставить. Но возникает опять тот вопрос, который я уже неоднократно задавал - как в одном чемпионате могут нормально существовать команды, живущие по прямо противоположным финансовым установкам? Как они могут нормально взаимодействовать, если то, что для одних – хорошо, для других – смерть?

Немирное сосуществание

Слова Гинера, брошенные в запале Симоняну: "Вот когда вы станете вкладывать свои деньги в футбол, тогда я стану вас слушать", говорят о многом.

"Традиционалисты", говорящие об общем развитии отечественного футбола, опираются в основном на бюджетное финансирование, то есть, в сущности, сами не рискуют ничем.

Частники ставят на кон свои (не будем сейчас вступать в спор об их праведности) деньги, и хотят добиваться успеха. Не общего успеха, а своего конкретного успеха. И если на пути этого успеха вдруг встают какие-то "традиционалистские" препоны – тем хуже для них.

В этой связи можно не сомневаться, что президентство Толстых не будет ни простым, ни скучным. Уступать Николай Александрович не привык. Но и те, кто видит отечественный футбол иначе, чем он, люди не робкого десятка, и просто так подчиняться тому, что им не нравиться, они не будут.

Вряд ли питерский "Зенит" планировал психическую атаку на нового президента РФС, но его новые приобретения легионеров общей ценой в 100 миллионов евро прозвучали наглядным ответом на слова Толстых о необходимости вкладывать в отечественных футболистов.

Тот, кто платит деньги, желает заказывать такую музыку, какая мила его сердцу. Новому президенту РФС не слишком нравится звуковое оформление футбола по версии клубов-олигархов.

Вы верите в возможность мирного сосуществования? Я – нет.

Но скучно не будет точно. Запасайтесь попкорном!

* * *

Борис Ходоровский в блоге на сайте "Газета.Ру" исследует поведение на Играх в Лондоне компании, ответственной за экипировку сборной России.

В отчетах с последних Олимпиад компанию, неожиданно выигравшую перед Афинами многолетний тендер на экипировку российской сборной у всемирно известных фирм, было принято подвергать ироничной обструкции. Почему-то Игры представители этой фирмы рассматривали исключительно как рекламную кампанию для изделий китайского производства с мотивами, позаимствованных с российских монет.

Кроме этого глава фирмы Михаил Куснирович делал все возможное, чтобы образ России в мире ассоциировался с реками водки, горами черной икры и разухабистой музыкой, несущейся над вечерними Афинами, Турином, Пекином. Четыре года назад китайцы испуганно шарахались от людей в российской форме, когда над парком в честь Елены Исинбаевой гремел переделанный Валерием Сюткиным в "Королеву высоты" шлягер 60-х.

Очень многих раздражало стремление фирмы, которая должна была только экипировать российских спортсменов, вмешиваться во все сферы олимпийской жизни. Сотрудникам компании выдавались по линии ОКР аккредитации, которых так не хватало тем же врачам, массажистам и личным тренерам спортсменов. Апофеозом, конечно, стало личное участие господина Куснировича в сопровождении фигуристок на допинг-контроль в Турине.

Поражало и крохоборство фирмы с миллионными оборотами, которая пускала куда-то налево форму, предназначенную для аккредитованных на Играх российских журналистов. В Турине один из болельщиков даже удивился: "Почему все репортеры из других стран ходят в куртках своих сборных, а вы – нет?" Узнав причину, на собственные средства экипировал большую группу репортеров.

Уже в Ванкувере "Боско" слегка приструнили. В "Русском доме" выделили всего-навсего один уголок. Хотя и туда умудрялись завозить в разгар соревнований спортсменов и принимали их "по-русски". Точнее, так, как понимает подобное определение глава компании. После Олимпиады, наверное, только ленивый не упрекнул за участие в подобных мероприятиях наших хоккеистов.

В Лондоне к "Русским паркам" Куснировича и его компанию не подпустили. Пришлось им открывать собственный "дом", где тусуются популярные артисты, а также светские львицы и сопровождающие их львы с золотыми кредитными картами. Спортсмены тоже бывают, но, как уверяют руководители ОКР, только после завершения соревнований и встреч с журналистами.

Серебряный призер Олимпиады саблистка Софья Великая отправилась в "Боско-дом" сразу же после церемонии награждения. Как призналась сама спортсменка, на душе у нее было тоскливо из-за упущенного золота, но именно общение в неформальной обстановке помогло понять: серебро на Играх – это здорово. Ведь вся страна испытывает чувство гордости за нашу спортсменку, которая сделала то, о чем многие и мечтать не могут.

Терпеливо ждал сын босса "Боско" и бронзового призера соревнований по стрельбе Василия Мосина. Только после брифинга в главном пресс-центре Игр стрелка из Казани уговорили почтить своим присутствием мероприятие. Прельстили любителя рок-музыки выступлением одной из российских групп. Кстати, Илья Куснирович хоть и щеголял в форме российской сборной, но аккредитация у него была украинская. Команду этой страны тоже "Боско" экипирует.

Вот только традиции фирмы живут. По-прежнему выдергивают на светские тусовки спортсменов, у которых соревнования еще в самом разгаре. После драматичной концовки матча с бразильцами на шоу отправились наши баскетболисты. Остается надеяться, что Виталий Фридзон не подвергнется такой же обструкции, как Александр Овечкин после ванкуверского полуфинала с канадцами.

Часть экипировки для российских журналистов тоже куда-то припрятали. Вот и приходится ходить по олимпийскому Лондону неопознанными. Хотя украинские коллеги все, как один, – в форме своей национальной команды.

* * *

Антон Орехъ в колонке на сайте "Ежедневного журнала" вспоминает легендарное высказывание знаменитого "цицерона", бывшего президента нашего Олимпийского комитета Леонида Тягачева на встрече с юными спортсменами: "Желаю вам стать олимпийцами и паралимпийцами". Тягачев, предположим, еще и не такую чепуху молол. Но в чем здесь "прикол", не поняли тогда и многие умные люди. Просто потому что не знали, о ком идет речь…

В Лондоне идет Паралимпиада. Именно Паралимпиада, а не ПараОлимпиада. Это один из многих нюансов, остающихся совершенно неизвестными широкой публике, которая сидела у экранов, наблюдая за Олимпийскими играми в Лондоне, но мало что знает о других Играх, стартовавших в том же Лондоне на тех же аренах.

Это Игры людей с ограниченными физическими возможностями, попросту, инвалидов. Они проходят аж с 1948 года, но только с 1988 идут в связке с привычными Олимпиадами и символизируют вполне очевидные вещи: что все люди должны иметь равные возможности, в том числе для занятия спортом, что чемпионы Паралимпиад – такие же олимпийцы, что инвалиды – такие же люди, как и все остальные.

Поначалу в Паралимпиадах был очень силен благотворительно-просветительский дух. Это было мероприятие социальное и общественное – просто в форме спортивных состязаний. На Западе сейчас ситуация, в принципе, меняется. Не скажу, что поменялась совсем, но все же изменилась заметно. В том смысле, что эти состязания смотрят именно как спорт. И я думаю, что это и есть главная задача таких Игр. Чтобы люди приходили на стадион, садились к телевизорам – и болели за паралимпийцев именно как за спортсменов. Чтобы не испытывали к ним сострадания, жалости и тому подобного, а, не задумываясь об их физических "изъянах", просто болели за них, прыгая от восторга в минуты побед и хватаясь за голову в минуты неудач.

У нас на "Эхе" в эфире был разговор с публикой и интерактивный опрос на эту тему. И народ предсказуемо в большинстве своем заметил, что к Паралимпиаде относится пока не как к спорту, а скорее как к демонстрации политкорректности. А кто-то говорил буквально теми же словами, какие пришли в голову и мне: чем лучше выступает человек на этих Играх, тем горше на него смотреть. Видишь, какой он молодец, как старается, борется, преодолевает себя, может показать то, что и физически здоровому не под силу – и становится его жалко! Ведь будь он здоровым, как здорово мог бы он жить! А ему, бедняге, не повезло.

Я не о том говорю, чтобы надо перестать сочувствовать инвалидам. Я говорю о том, что надо перестать считать этих людей обреченными в обществе. Вот вам простой пример. Путин открыл новую станцию метро «Новокосино». Там есть почти уникальная система лифтов для инвалидов – чтобы они могли попасть на платформу. Но попасть-то они попадут – и даже куда-нибудь приедут. Но там, куда они приедут, лифтов с платформы на поверхность уже не будет! И так везде и во всем! Поэтому, глядя на наших паралимпийцев, не столько восхищаешься их выступлениями, сколько думаешь о том, что у них каждый день состоит из непрерывного бытового экстрима, эдакого многоборья с препятствиями. Приправленного равнодушием. Ведь чаще всего, что-то строя и организуя, про них просто не думают. Ни хорошо, ни плохо – никак не думают.

Поэтому я жду того момента, когда буду смотреть без жалости на наших паралимпийцев. И преодолею внутреннее смущение. Глядя на эти соревнования, чувствуешь еще и некий эстетический дискомфорт. Одно дело, когда стометровку стремительно и грациозно пробегает Усэйн Болт, а другое дело, когда те же сто метров прокатывается человек на инвалидной коляске. То есть кажется, что это просто некрасиво, незрелищно – а спорт в первую очередь зрелище. И вот когда это внутреннее смущение уйдет, мы и начнем воспринимать спорт паралимпийцев всего лишь как разновидность спорта, а их самих всего лишь как "людей с особенностями".
XS
SM
MD
LG