Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Социальные технологии и гражданские приложения. Как сетевые краудсорсинг и краудфандинг помогают людям решить их насущные проблемы в реальной жизни


Кристина Горелик: Гражданские приложения – что это такое? Какую пользу гражданские приложения приносят людям и приносят ли? Я представляю гостей нашей студии: руководитель по работе с общественными организациями проекта "Теплица социальных технологий" и руководитель проектов Агентства социальной информации Елена Темичева, создатель и руководитель интернет-ресурса Непофигизм Владимир Беляев, разработчик гражданского приложения WikiLovesMonuments Сергей Лещина и координатор проектов интернет-сообщества Тугеза Оксана Приходько.
Елена, я, наверное, с вас начну, потому что все, кто у нас в студии, насколько я понимаю, это приложения совершенно разных типов, и они большей частью существуют в интернете, в сети, но каким-то чудесным образом начинают взаимодействовать с реальной жизнью и переходят из он-лайна в оф-лайн.

Елена Темичева: Все верно. Замечательная история, я позволю себе напомнить и сказать, откуда они взялись в нашей жизни. История такая по времени очень актуальная, и всего прошло несколько лет с того момента, как у нас в России стали активно появляться и разрабатываться эти предложения. Отдельные большие ресурсы создавались и раньше, но такое более-менее движение это приобрело в последние годы.


Кристина Горелик: Многих людей до сих пор пугают эти слова, краудсорсинг, например.

Елена Темичева: Да, краудфандинг, о которых мы скажем, будем ругать какое-то время, действительно новая для нас тема. Мы за точку отсчета массового распространения этого явления всегда называем 2010 год. Помните ужасное совершенно лето, когда горело все, и Москва, и огромное количество городов России страдали, традиционно страдали люди, где много лесов, и они всегда горят. Тогда в 2010 году появилась карта помощи при пожарах. Это фактически интерактивная карта в интернете, куда могли люди заходить и оставлять информацию актуальную, во-первых, что у них случилось, что горит, где горит, одновременно другие люди могли туда зайти, оставить информацию, чем они могут помочь, в какой именно точке они могут помочь. И эта карта была настолько эффективной при оказании помощи при пожарах и настолько эффективной при координации добровольцев, что ею в конце конов и МЧС начало пользоваться и вошло в контакт с этими добровольческими отрядами. Это была самая массовая акция гражданских активистов в сети у нас в России. Первая самая массовая акция. Это гражданское приложение. Вообще, что такое приложение.

Кристина Горелик: Леса горят, я могу сказать, что и в этом году горели. Просто Москву не заволокло, поэтому и меньше шума было, хотя, я думаю, карта помогала.

Елена Темичева: Конечно, продолжает помогать. Сейчас на такой же платформе разработана карта помощи пострадавшим в Крымске и еще много есть таких приложений. Вообще, что такое приложения? Они могут быть интернет-приложениями, они могут быть мобильными приложениями. Все мы с вами понимаем, что такое приложение у нас в телефоне, например, когда нам нужно, чтобы нас разбудили или нужно погоду узнавать актуальную. Мы ставим себе сервис на телефон, и он у нас работает, нам доставляет информацию. То есть это некие информационные технологии, которые позволяют решить определенную проблему. Они бывают интернет, мобильными, интернет-сайт или сервис мы чаще всего говорим. Когда мы говорим гражданские приложения – это приложения, которые позволяют решить общественнл-важную проблему с использованием определенно информационной технологии. И то же мы говорим, что это определенный сайт или сервис. В широком смысле все социальные сети тоже можно назвать интернет-приложением. Если совсем широко рассматривать этот термин. Они позволяют нам общаться, они позволяют создавать акции, они позволяют доносить какие-то идеи и информацию, создавать группы по интересам. Это тоже можно считать гражданским приложением, но это расширительное понятие, не какое-то конкретную проблему мы решаем.


Кристина Горелик: Все-таки, когда человек говорит «гражданское приложение», под этим подразумевается конкретный продукт.

Елена Темичева: Некая площадка, на которой что-то решается, какие-то проблемы. Какие можно решить проблемы, например?

Кристина Горелик: Оксана, какие проблемы вы решаете и какую пользу приносите?

Оксана Приходько: Интернет-сообщество «Тугеза» беспроигрышный вариант социальной помощи, благотворительность. На «Тугезе» проходят самые разные акции. И принцип такой, когда собираются самые разные люди в интернете, есть какой-то человек, который предлагает какую-то акцию. То есть единого координатора, главного человека нет. Появляется человек, который предлагает акцию, бабушке, которой нужна помощь, нужно помочь конкретной бабушке, которая живет в конкретном месте, абсолютно реальная ситуация. Что для этого нужно: нужно то-то и то-то для того, чтобы помочь. И какая помощь нужна. Масса людей включается в обсуждение, появляется пост в группе на Фейсбуке - это основная группа, сейчас больше трех тысяч человек.

Кристина Горелик: А когда появилось приложение «Тугеза»?

Оксана Приходько: Группа «Тугеза» появилась в 2010 году после пожаров, собрались несколько человек и объединились с целью помочь.

Кристина Горелик: Самым разным людям, от бабушек до детей сирот.

Оксана Приходько: Детские дома, интернаты, дома престарелых, мы покупали корову многодетной семье, покупаем книги, отправляем в колонии.

Елена Темичева: «Тугеза» как раз пример того страшного слова, о котором Кристина сказала, - краудфандинг.

Кристина Горелик: Кто нам может объяснить, что это такое, Владимир?

Владимир Беляев: Самым простым объяснением будет сказать, что краудфандинг – это то, к чему мы привыкли, когда у вас кончаются деньги, а зарплаты у вас еще нет, вы просите в долг, но с небольшой поправкой: здесь объединяется много людей, каждый сбрасывается той денежной суммой, которую может себе позволить потратить на какое-то полезное дело.


Кристина Горелик: На зарплату кому-то в смысле, чтобы тот дотерпел до получки.

Владимир Беляев: Речь о благотворительности в самом добром понимании этого слова. Проект «Тугеза»не является формально благотворительной организацией, потому что здесь нет постоянного членства, постоянных участников.

Кристина Горелик: Регистрации.

Владимир Беляев: И этого тоже, к счастью или к сожалению, нет. Есть некое абстрактное сообщество вполне конкретных людей, которые объединяются ради разовой помощи кому-то или не разовой помощи, каждый сбрасывается той суммой, которую может себе позволить, эти суммы объединяются, аккумулируются и идут на целевую помощь. Здесь нет посредников в виде благотворительного фонда, распределения бюджета, все помогают напрямую тому, кто в этой помощи нуждается. Вот такая простая идея это и есть краудфандинг.

Оксана Приходько: Не только деньги там участвуют, людей объединяет именно желание помочь, сделать какое-то хорошее дело. Среди этих трех тысяч человек совершенно разные люди. Чтобы делать добрые дела, необязательно быть добрым человеком.

Кристина Горелик: Сообщество злых людей, которые делают добрые дела?

Оксана Приходько: Люди совершенно разные по социальному статусу, по материальному положению, по уровню образования, но тем не менее, объединяет одно желание - это делать хорошие дела. Необязательно, как сказал Владимир, участвовать материально, финансово, то есть скидываться деньгами. Машинами участвуют, в продвижении информации, допустим, если я не могу какую-то сумму, но если я могу сделать, пусть какую-то малую толику – вещи, отдать какие-то бэушные вещи, подвезти, помочь, собрать людей, продвинуть информацию, то есть кто чем может откликается, по зову души, наверное.

Кристина Горелик: Сергей, вы не о людях печетесь, а о памятниках, но через памятники потом печетесь о людях, вернее, о сохранении памяти.

Сергей Лещина: О памятниках, о сохранении исторического наследия, в данном случае скорее как инструмент привлечения внимания к памятникам.

Кристина Горелик: Первое слово Wiki меня интересует – это приложение на той же самой платформе? Объясните, как работает, скорее всего по-другому работает, чем «Тугеза»?

Сергей Лещина: Я думаю, совсем по-другому.


Кристина Горелик: Рассказывайте тогда, потому что гражданское приложение, но совсем другой тип.

Сергей Лещина: Мы идем от Википедии, потому что у нас сообщество есть на Википедии, есть такой инструмент как Викисклад – это большое хранилище свободных фотографий. Это фотографии, которые вы можете использовать как угодно.


Кристина Горелик: Автор дает разрешение?

Сергей Лещина: Автор дает разрешение, и вы делаете, что хотите. Там есть фотографии. WikiLovesMonuments сделан так, чтобы на Викисклад загрузить как можно больше фотографий памятников. Он вообще международный проект, но каждая страна проводит по-своему.

Кристина Горелик: Какие страны, например, участвуют в этом проекте еще?

Сергей Лещина: Начиналось все с Голландии, они провели маленький конкурс, потом он был европейский, теперь международный вообще. Голландия, Франция, Германия, Россия, соответственно.

Кристина Горелик: Я думала, что с Россия все началось. Ведь у нас же за памятниками не следят. Я подозреваю, что в Голландии другая ситуация или нет, или в Голландии такие же проблемы?

Сергей Лещина: Я думаю, там лучше, поэтому они и начали, а так как у нас плохо, мы присоединились. Из близких к нам стран Белоруссия участвует. Сайт российский, это новый проект, на самом деле он с 1 сентября начал работать, уже загрузили около тысячи фотографий. Мы памятники понимаем более расширенно – это и архитектурные памятники, культурные, это не скульптура - дом исторический, что-то еще такое. Конкретно я занимаюсь этим в Вологде именно памятниками. Все очень грустно, поэтому мы к нему присоединились. Нам интересно, чтобы памятникам было уделено внимание. А вторая задача – это получить массив фотографий, которые можно будет использовать в будущем.


Кристина Горелик: Как использовать, для чего, для каких целей?

Сергей Лещина: Кто-то захочет сделать по культуре книгу, кто-то захочет написать статью в Википедию, нужна будет фотография, реклама какого-то локального проекта исторического.

Елена Темичева: Сергей скромничает, можно я еще добавлю, потому что идея этого прекрасного приложения разрабатывалась на мероприятии, где мы совместно были - это как раз мероприятие, двухдневный марафон творческий по разработке идей гражданских приложений. И вот такой в Питере мы проводили, помнишь, Сергей, расскажи об этом, это же очень интересная история про то, что у нас вообще плохо с реестром памятников, и что в принципе люди, которые в это вовлечены, заинтересованы в том, чтобы появлялись такого рода фотографии. Более того, впоследствии можно и со статусом этих памятников разобраться, в каком они находятся состоянии, то есть человек не просто фотографии закачивает.


Кристина Горелик: У нас плохо с реестром памятников?

Сергей Лещина: У нас относительно хорошо, но довольно старый, медленно обновляется. У нас есть сайт «Культурное наследие» – это лучшее, что есть, и он все равно не идеален. В этом смысле краудсорсинг, когда каждый в своем городе что-то делает у себя на месте, а в итоге получается общая база – это значительно более актуальная информация получается, чем когда кто-то сидит в Москве и пытается вести общую базу России.


Кристина Горелик: То есть идея этого приложения, насколько я поняла, что по всей России именно те, кто участвует в российском проекте, любой человек, например, я живу не в Москве, а где-нибудь в Сибири, около меня есть то здание, которое мне очень нравится, я хотела бы показать, я горжусь им, своим регионом или наоборот разваливается, мне очень больно, когда я мимо него прохожу. Я его фотографирую в хорошем качестве, желательно.

Сергей Лещина: Тем лучше. В последнее годы качество возрастает.


Кристина Горелик: Вам отсылаю, говорю: вот беда с памятником. И что мы делаем?

Сергей Лещина: Проблема с памятниками решается на местах, то есть есть локальные организации, Общество охраны памятников, в отдельных регионах они очень хорошо занимаются памятниками, но они не могут не знать информацию о каком-то отдельном памятнике. Важно, чтобы до них информация дошла. В этом смысле, если вы фотографируете, присылаете нам, они могут это увидеть и что-то сделать.


Кристина Горелик: Сергей, кресты спиливают на памятниках. Как раз сейчас в знак протеста против приговора Pussy Riot некая организация, неизвестно, она или нет, «Народная воля» заявила о том, что она будет спиливать кресты на памятниках жертвам политических репрессий или на кладбищах. Думали об этой ситуации?

Сергей Лещина: Конкретно крестами мы не занимаемся.

Кристина Горелик: Это как памятники, как сохранение, что с этой ситуацией делать?

Сергей Лещина: Проблема, что на самом деле не так много ресурсов. Иногда лучше сконцентрироваться на отдельной задаче и сделать более-менее хорошо. Если делать глобальный проект сразу, есть большая вероятность не набрать сообщество, которое будет этим заниматься. Поэтому сразу делать и кресты, и что-то - это может получиться проблемно.

Кристина Горелик: Владимир, вы, по-моему, занимаетесь конкретной помощью?

Владимир Беляев: У нас конкретная адресная юридическая помощь. Сергей очень хорошо обрисовал то, что проект, в котором он координатор, участник - это по сути дела сбор информации. Но возможности целевым образом оказать помощь, связаться с кем-то есть не всегда. У моего проекта суть иная: к нам люди приходят, когда им нужна именно конкретная помощь юридическая, бесплатная строго абсолютно. Это, пожалуй, единственное строго правило – помощь должна быть бесплатная юридическая. Вообще начиналось все очень просто. Я работал в суде, это было три года назад, у меня было много свободного времени. Очень много людей приходили с банальными простыми юридическими вопросами.

Кристина Горелик: Вы в суде работали?

Владимир Беляев: Было дело. Суть такова: работал в суде приходили люди, когда я в рабочее время работал по своей основной специальности.

Кристина Горелик: А что у вас за специальность?

Владимир Беляев: Сначала я был секретарь судебного заседания, потом помощник судьи. Всегда возникают какие-то вопросы. Бабушка приходит, пенсионный фонд пытается взыскать пенсию, лишним образом начисленную, приходит бабушка, спрашивает: а как правильно дать исковое заявление, допустим. Такие вопросы накапливаются постоянно, а я как работник суда консультации давать права не имею ни на возмездной основе, ни на безвозмездной в рабочее время тем более. Нехорошо, когда люди разворачиваются и расстроенные уходят из-за того, что поставили не там печать или не поставили подпись. Так начался проект «Непофигизм», когда я стал на своем сайте публиковать какие-то простые статьи из разряда, как лучше всего сделать то-то и то-то. Постепенно это переросло в нечто большее, получилась своеобразная юридическая консультация. Люди читали статью, задавали вопросы, я на них отвечал. И сам не понял, когда, где-то через год все превратилось в краудсоринговую юридическую консультацию.

Кристина Горелик: Вы набрали юристов?

Владимир Беляев: Нет, мы не набирали юристов, как-то само все получилось. Был блог, интернет-журнал, я там публиковал статьи, люди комментировали, задавали вопросы, постепенно находились люди, которые обладали квалификацией большей, чем, я они меня поправляли, происходил диалог.

Кристина Горелик: Или конфликт.

Владимир Беляев: Конфликтов не было, единичные случаи.

Кристина Горелик: Но если вы считал, что так, а он, что так.

Владимир Беляев: Нет, это не конфликт. Глупо не признать превосходство кого-то в тех вопросах, если кто-то явно более компетентен. Так постепенно наращивалось сообщество. Люди постепенно, которые в него приходили, разделились на две категории: те, кто помощь преимущественно потребляет, люди, нуждаются в помощи, им ее оказали, они возвращаются, задают еще раз. И люди, которые помощь оказывают - юристы или просто люди, которые в этом разбираются, но не имеют юридического образования, которые имеют какие-то навыки, знания, у них есть время на то, чтобы взять в конце рабочего времени зайти на сайт, помочь людям, отписаться двумя комментариями, объяснить, что и как и пойти дальше.

Кристина Горелик: То есть все как волонтеры работают в принципе?

Владимир Беляев: Но здесь есть большая разница. Волонтеры, они более организованы, а у нас организации нет никакой, даже в зачаточном виде. Есть сайт, есть площадка, на этой площадке люди либо помощь оказывают, либо просят о помощи.


Кристина Горелик: Кто к вам обращается, в основном молодые люди? Самые последние дела, которые удалось решить?

Владимир Беляев: Проблема в том, что нельзя определить дела, которые мы решили. Заходит человек, спрашивает, как вернуть товар, сломался, допустим, ноутбук. Мы даем консультацию, он консультацию получает, не возвращается, мы не знаем, вернул ли он товар.


Кристина Горелик: Не возвращается, не говорит: спасибо вам, ребята?

Владимир Беляев: Многие возвращаются, у большинства отпадает необходимость продолжить диалог. В крайнем случае, если в следующий раз вернется, опять получит консультацию.


Кристина Горелик: Интересные вещи, я слышала, благотворители, которые дают помощь, они подспудно, подсознательно хотят, чтобы им спасибо сказали, а тут история другая. Тут ты понимаешь, что ты не знаешь, ты помог человеку или нет, и все равно не пропадает желание помогать.

Владимир Беляев: Часто обратная связь не является необходимым и обязательным элементом помощи. В конце концов, ради чего.


Кристина Горелик: Какое-то чувство удовлетворения, что ты помог человеку.

Владимир Беляев: Ради чего люди помогают другим, если глобально? Если глобально и не брать в расчет проект «Непофигизм», а максимально охватить проблему, то люди помогают либо за деньги, либо за спасибо, либо просто так. Высшая форма бескорыстия – это помочь просто так, когда любая благодарность уже будет воспринята как нечто сверхнормальное. Больше удовольствия, что кому-то можно помочь. На самом деле это может показаться очень странным, но эта тактика себя на удивление оправдывает. Проект начинался с того, что практически единственным консультантом был я, а спустя три года, мы начали работу в 2009 году и в 2012 году можно посмотреть, у нас почти три тысячи зарегистрированных посетителей, 60 тысяч ежемесячных посетителей, просто люди приходят со стороны, у нас есть команда, и я консультирую на сайте очень редко, потому что на сайте есть очень классные специалисты по абсолютно разным областям права, они гораздо лучше меня, и они помогают людям. Не всегда им говорят «спасибо», они возвращаются и помогают.

Елена Темичева: Тогда, когда Владимир говорил о благотворительности за просто так, я считаю, что нет просто так - есть для себя. Вот все, что вы ни делаете – делаете для себя. И то, что вы кому-то оказываете помощь - это вам этот человек дал шанс оказать помощь, вы себя этим поднимаете. Ровно то же самое происходит с вами, когда вы участвуете в подобного рода инициативах. Люди, с которыми мы общаемся, которые входят в подобного рода сообщества - это люди, которые уважают себя.


Кристина Горелик: Оксана, вы все-таки помогаете просто так или «спасибо» важно вам и нужно для того, чтобы, например, отчитаться о результатах, если у вас есть благотворители, они иногда просят.

Оксана Приходько: Отчет – это строгое правило. Открытость, честность и отчеты, конечно. Акция начинается, акция имеет продолжение, закончилась акция, собрали деньги, сделали какое-то дело и обязательно делается отчет, сканеры чеков, куда были потрачены деньги.


Кристина Горелик: Что привезли бабушке, какие книжки отвезли в колонию.

Оксана Приходько: Обязательно. Любая акция завершается отчетом.

Кристина Горелик: Итак, в первой части передачи мы приблизительно поняли, какие типы гражданских предложений существуют. Как они взаимодействуют с реальной жизни?

Елена Темичева: Я с вашего позволения продолжу рассказ о других типах гражданских приложений, так, я надеюсь, будет все более понятно.


Кристина Горелик: Давайте мы напомним, что есть бесплатные юридические консультации. Владимир, очень востребованная услуга, потому что услуги адвокатов, юристов стоят все-таки дорого, не каждый себе может позволить.

Елена Темичева: Есть еще сообщество переводчиков бесплатных переводчиков.


Кристина Горелик: Есть люди, которые хотят сохранить историю для будущих поколений, есть благотворители.

Елена Темичева: Скорее всего это не типы – это темы, в которых присутствуют приложения и решают какие-то проблемы. А если говорить о типах, то, о чем рассказывал Сергей, чем является проект «Гепофигизм», краудсорсинговое предложение, что это такое – это вообще способ решать задачи и создавать вещи, объединяясь он-лайн с теми людьми, которых ты можешь не знать вживую, но которые объединяются и помогают что-то сделать и решить.

Кристина Горелик: Лена, а что это за люди?

Елена Темичева: По моему опыту, мы сейчас общаемся с авторами приложений и с людьми, которые действуют, конечно, в большей части - это люди молодые или среднего возраста, но сами сообщества, которые они создают, они разные, у них рамки более широкие и, более того, они начинают прирастать.

Кристина Горелик: Как бабушка узнает?

Елена Темичева: Начинают прирастать и людьми в возрасте, и людьми, которые находятся в отдаленных регионах, потому что они действительно разные. Смотрите, есть такой тип приложений, мы их называем «жалобные книги» – это когда человек может куда-то пожаловаться по поводу какой-то проблемы, но не просто так пожаловаться, а реально решить в оф-лайне, в жизни реальной, не в компьютере. К примеру, есть целый спектр приложений в области ЖКХ. Один из известных проектов, которые тоже, я думаю, на слуху, по крайней мере, у слушателей Радио Свобода – это «Росяма», когда едет человек, видит яму, фотографирует, а потом сайт ему помогает не только зарегистрировать это место, где неудобно проехать, но и составить заявку, которая потом можно направить в соответствующую инстанцию.


Кристина Горелик: Борьба с парковкой, она все-таки больше для крупных городов.

Елена Темичева: Например, пожаловаться можно в разных приложениях. В Перми есть замечательное приложение про то, что неудобного есть в вашем районе и вообще, что не так. Неважно, чего.

Кристина Горелик: Взаимодействуют в итоге или просто жалуются?

Елена Темичева: В том-то и дело, что взаимодействуют. Самый простой механизм – это приложение «Дом, двор, дороги». Мы его очень любим.


Кристина Горелик: Это питерское приложение?

Елена Темичева: Изначально идея была в Москве, потом само приложение создалось в Питере, а теперь создается в Москве. Автор идеи живет в Москве Дмитрий Левинец. Потом появились координаторы в Питере, они были с идеей предложения, создания мобильного решения.

Кристина Горелик: Что это за предложение?

Елена Темичева: Прекрасная штука «Двор, дом, дороги». Если есть проблемы в вашем подъезде, в вашем дворе, у вас, например, давно и бесповоротно сломан в подъезде, или у вас есть яма, или у вас безобразная детская площадка, течет крыша, у вас нет нормального подъезда к вашему дому, вы это точно так же фотографируете, помещаете на сайт, а если выйдет мобильная версия приложения, она скоро выйдет, это можно сделать через свой мобильный сразу. И вам автоматически предлагают создать заявку в определенные инстанции. Более того, этот ресурс сам рассылает заявку в те инстанции, которые уже, форму предлагают заполнить, ты заполняешь, и она уходит в те инстанции, которые за это ответственны. Далее координаторы ресурса отслеживают, как это все дело прошло. Если в отведенное законом время мы не получаем никакой реакции, они могут дальше сформировать заявление в суд и дальше так и пойдет. Если мы посмотрим на статистику Росямы, там можно посмотреть, сколько удалось исправить. Это реально действующий механизм, и он начинает набирать оборот в разных регионах.


Кристина Горелик: А координаторы на какие деньги, на что живут?

Елена Темичева: Ни на какие. Самое интересное - это действительно сеть волонтеров, которые это делают. Можно вспомнить еще какие ресурсы из жалоб - ресурс «Демократор», по сути «жалобная книга», но который при этом собирает подписи под разными петициями, которые потом набирают определенное количество подписей, можно подавать в определенную инстанцию. То есть это тоже механизм определенного воздействия на решение проблемы. Но это один из типов. Какие еще есть? Например, есть прекрасные спектр приложений, связанный с чрезвычайными ситуациями. Мы говорили о карте помощи при пожарах, вскоре после того, как была создана карта помощи при пожарах, была создана карта замера радиоактивного фона, когда на Фукусиме случилась трагедия - это было актуально для Дальнего Востока, это тоже все с помощью краудсорсинга делалось, и в данном случае люди ходили с этими приборами, замеряли, размещали информацию, можно было смотреть кривую радиоактивного фона. Так удалось успокоить регион, потому что все поняли: нет, не поднимается этот уровень радиации.
После пожаров 2010 года было создано замечательное приложение, называется Рындаорг. «Рында» – это такой сплав социальной сети волонтеров, как раз собирает различные ресурсы. Человек приходит, отмечает на карте, где проблема, в чем она заключается и говорит, что мне для решения нужна человеческая помощь в пять человек, мне нужна теплая одежда, он может сформулировать. И соответственно, люди, которые приходят на этот ресурс, они помогают ему решить, кто-то деньги перечисляет, кто-то материалы везет и помощь оказывает, кто-то какие-то консультации проводит. Если говорить о большом разделе уже не краудсорсинговых, когда люди объединяются для решения проблемы, а краудфандинговых - это те, которые деньги, вот самое большое отличие, мы собираем деньги, но не только деньги, можно другие ресурсы собирать и решать с помощью проблему. Во всем мире существуют приложения интересные, которые собирают деньги под определенные проекты, и у них есть замечательные правила. Смотрите наш российский аналог – это приложение «С миру по нитке». Это приложение больше всего копирует механизм международный известный, когда человек приходит и говорит, что мне на такую-то идею социальную нужно столько-то денег, он определяет количество этих денег. И дальше есть правило, что он должен в установленные им сроки - две недели или месяц - собрать эту сумму. Если эти деньги собирает, передаются ему на проект, если проект не находит отклика, но не собирает, то есть меньше, они возвращаются обратно людям, которые их перечислили. По этому принципу действуют многие проекты, и там речь не только часто о социальных проблемах и благотворительности, так собирают деньги на научные открытия, на технологии новые во всем мире. Очень интересный механизм.


Кристина Горелик: Сергей, вы собираете деньги с пользователей?

Сергей Лещина: Мы не собираем. Конкретно я состою в Викимедиа.ру организации - это как раз мы поддерживаем Википедию и родственные ей проекты, в рамках Викимедиа.ру мы деньги собираем. Как раз на организацию маленьких гражданских проектов, которые можно как-то осуществить.


Кристина Горелик: А что это за маленькие гражданские проекты, на что собирают?

Сергей Лещина: Мы собираем не конкретно под, а мы собираем просто. Мы работаем как фонд, то есть мы собираем деньги, а потом сами организуем проекты.


Кристина Горелик: Люди вам жертвуют, потому что доверяют ресурсу?

Сергей Лещина: Да.


Кристина Горелик: И вы им отчитываетесь или нет? Или они просто доверяют, отдают деньги, знают, что вы их потратите правильно. Каков принцип?

Сергей Лещина: В данном случае мы отчитываемся в общем как фонд. То есть у нас есть отчет не по отдельным проектам, а общая отчетность годовая.


Кристина Горелик: А деньги собираете против закона в интернете?

Сергей Лещина: Нет, на это не собираем. Человек отдельный работает.


Кристина Горелик: Между прочим, в Википедии была акция протеста.

Сергей Лещина: При нашей поддержке в том числе она проходила. После нас все к ней присоединились и какие-то, пусть минимальные, но изменения произошли.


Кристина Горелик: Удалось что-то сделать?

Сергей Лещина: Закон немножко переформулировали, он стал звучать более корректно. Но, к сожалению, он все равно прошел практически в том же виде, но сложно влиять на законы пока.

Кристина Горелик: Получается, юридически вы консультации какие-то даете, а когда большая проблема, то сделать ничего не получается?

Владимир Беляев: Мы решаем проблемы на самом бытовом уровне, мы не замахиваемся на что-то большее, как Демократор на большие петиции. Возникает много маленьких бытовых вопросов, и людям просто некуда с ними обратиться. Банально: молодой человек с девушкой вечером идут в кинотеатр, у молодого человека с собой стакан колы, его не пускают в кинотеатр, хотя он купил билет. Куда вы обратитесь, не полицию же вызывать. А он заплатил на хороший дорогой сеанс в 3Д, а его не пускают. Пропали у него деньги, его не пускают.

Кристина Горелик: Он к вам обратился, и что вы ему посоветовали?

Владимир Беляев: В суд, в Роспотребнадзор. Мы ведем борьбу с очень большим количеством неадекватных продавцов или организаций, которые оказывают услуги. Выигрываем не всегда. Иногда и выигрываем, главное, что мы делаем.


Кристина Горелик: Вы обращаетесь сами в суд или вы советуете?

Владимир Беляев: Мы не просто советуем – мы составляем всю стратегию действий. У нас индивидуальный подход по возможности. Мы составляем документ не как Демократор, когда есть какие-то шаблоны, или как Росяма, а под каждого человека, под каждую ситуацию мы составляем абсолютно уникальный по возможности документ, в котором отражаем все обстоятельства, и таким образом вероятность благоприятного исхода стараемся максимально повысить. Мы очень бытовой проект. А что касается глобальной ситуации с законами, здесь все достаточно сложно. Наверное, поэтому краудсорсинг в России и начал развиваться.

Кристина Горелик: Потому что большие нельзя было решить на таком уровне.

Владимир Беляев: Я говорю не совсем о Непофигизме, а о краудсорсинге. Люди постепенно понимают, что гражданское общество - это прежде всего власть людей над обстоятельствами, а не власть обстоятельств над людьми. Люди понимают, что государственные органы и органы местного самоуправления либо не работают, либо работают из рук вон плохо. По сути дела то, чем занимается Тугеза, этим должно заниматься государство. То, чем занимается проект Сергея – это вообще местные муниципалитеты должны этим заниматься, поддерживать актуализацию реестра памятников, этого нет. То, чем занимается Непофигизм - этим должны заниматься бесплатные юридические государственные консультации, гипотетически существующие, по всей видимости. Этого нет. У нас начинается параллельная Россия, когда чиновники не работают или работают плохо, появляемся мы. Если дальше будет продолжаться в такой же ситуации, дальше будет только еще более интересно. Сейчас пока очередь идет относительно рядовых бытовых проектов на бытовых уровнях – ямы, пробки, парковки, но люди постепенно начинают понимать, что это работает, в отличие от власти. Тогда настанет время чего-то большего, вплоть до параллельных органов власти, полностью игнорирующих реальную структуру, в строгом соответствии с конституцией, само собой.

Кристина Горелик: Оксана, получается, просто какие-то функции вы действительно подменяете, потому что те вещи, которые вы делаете, например, собираете человеку на необходимую операцию, должны делать органы власти, обеспечивать ту же самую операцию ребенку.

Оксана Приходько: Тугеза старается не оказывать помощь каким-то конкретным людям, частным лицам.


Кристина Горелик: Вы только что говорили в первой части, что бабушкам помогаете, книги в колонию возите, а теперь получается, что вы не оказываете конкретную помощь.

Оксана Приходько: Мы помогаем не конкретно одной бабушке, у нас несколько, у нас есть деревня с бабушками. Я утрирую, конечно. На самом деле, как говорила Лена, существуют какие-то приложения и это сейчас настолько широко распространяется информация, если на Тугеза обращаются за какой-то конкретной помощью, для какого-то конкретного человека.

Кристина Горелик: Вы клич кидаете в интернет, что нужно? Вас наверное завалили, ведь стольким людям нужна помощь. Как вы проверяете, не мошенники ли?

Оксана Приходько: Есть специальные люди, которые отслеживают эту информацию, проверяют достоверность. Как мы уже говорили, там больше трех тысяч человек в группе на Фейсбуке, если какая-то возникает информация о помощи больному ребенку, в группе есть члены благотворительных фондов, куда мы можем сказать: обратитесь туда, скорее всего вам там помогут. Пожилому человеку нужна помощь, у нас есть замечательные ресурсы-приложения, которые скорее всего помогут этому человеку. То есть откликаются в любом случае на помощь, но формы этой помощи могут быть разные. Да, у нас есть акции, дела которые вывешиваются на главную страницу сайта, большие, хорошие, общеизвестные дела, акции, которые собирают нужную сумму для того, чтобы решить оборудование в больницу.

Кристина Горелик: То есть вы собираете на оборудование в больницу – это немаленькие деньги.

Оксана Приходько: Самая большая сумма была собрана 464 тысячи рублей. Есть акции, которые реализуются внутри группы. Бросается клич: ребята, нужно сделать то-то и то-то, купить кислородный баллон тяжелобольной девушке, которая ждет трансплантации легких. Пишется пост внутри группы.


Кристина Горелик: И пользователи доверяют вам, вы потом пишете отчеты. Какие самые распространенные за последнее время были просьбы о помощи, кто к вам больше всего обращается?

Оксана Приходько: Дело в том, что на Тугезе есть несколько направлений, акций, постоянно действующих. Это акция помощи нашим бабушкам. Недавно возникла такая красивая идея – это ярмарка талантов Тугеза, когда каждый из нас чем-то талантлив, мы продаем свои таланты, а деньги, которые мы собираем с этих мероприятий, идут на текущую акацию Тугезы. Есть еще постоянно действующие акции.

Кристина Горелик: Это акции в интернете, а вы выходите в реальную жизнь, у вас есть акции, которые вы делаете?

Владимир Беляев: Есть, необязательно флешмобы, бывает все часто очень стихийно. Классический пример, когда я принимал личное участие и моя супруга, собрали караван машин, ехали помогать детскому дому в Долгопрудном. И по пути один из участников нашего проекта обратил внимание, что за углом маленькая авиасексция. Осталась полуживая еще со времен Советского Союза, когда еще поддерживалось на государственном уровне. А теперь они в полуподвальном помещении, в ужасном состоянии, местная администрация полностью игнорировала. О каком-то соблюдении санитарно-эпидемиологических норм тоже, наверное, речь уже не шла. Пришли, увидели, ужаснулись, сказали себе: господи, где-то еще такое сохранилось, где люди тратят время, подтягивают детей, полет, мечту, конструировали авиацию, авиамоделирование и все это разнообразно, интересно и все это упорно живет и борется за жизнь в таких диких условиях. Вернулись домой, в интернете бросили клич, собрали деньги, нашли координатора, нашли руководителя этой секции, узнали, что им нужно. Внезапно появились, подарили им несколько компьютеров, кто, что смог отдать, дрель, насадки, сверла, технически необходимое, на что у них денег не было и быть не могло. Теперь, насколько я знаю, секция вполне живая и неплохо себя чувствует.

Кристина Горелик: Елена, вы не рассказали про проект «Теплица социальных технологий», что вы делаете? Вы выращиваете социальные технологии?

Елена Темичева: Абсолютно верно, именно это мы и делаем. Мы пытаемся способствовать росту.


Кристина Горелик: Их мало или много?

Елена Темичева: Вы знаете, за последние месяцы, потому что наш проект действует с февраля 2012 года, и проект нацелен именно на то, чтобы нести культуру гражданских приложений и способствовать связям между обществом гражданским инициатив, некоммерческим сектором, третьим сектором и как раз сектором информационных технологий. Мы хотим, чтобы как можно больше информационных технологий с успехом и эффективно применялись некоммерческими организациями и гражданскими инициативами. И мы создаем базу гражданских приложений.

Кристина Горелик: Когда вы начинали, кого вы представляли себе?

Елена Темичева: Совершенно верно, когда мы начинали, мы думали, что вообще чуть-чуть этих приложений. Сейчас, когда наша база перевалила уже за, боюсь ошибиться, за 40 приложений.

Кристина Горелик: 40 самостоятельных гражданских приложений существует в России сейчас?

Елена Темичева: А сколько еще идей витает и сколько людей это делают, не называя приложениями, и мы их находим и понимаем, что они делают, для этого в регионах есть наши партнеры.

Кристина Горелик: Как вы проверяете? А вдруг какая-то история.

Елена Темичева: Здесь как раз достаточно хорошая история с тем, что все происходит в интернете. Обязательно любое приложение так или иначе вокруг себя обрастает различными сообществами и, конечно, если это сообщество, и люди об этом говорят и люди этим пользовались, мы можем увидеть конкретный результат действия приложения.

Кристина Горелик: А вдруг приложение было создано для того, чтобы обеспечить пиар какой-нибудь политической партии?

Елена Темичева: Находим конкретных людей, которые это делают, конкретных авторов. Для этого есть наши партнеры в регионах, в том числе у нас в 11 регионах партнеры «Теплицы», они действуют на базе разных общественных организаций. Они в том числе помогают разыскивать гражданские приложения, узнавать о них, знакомиться с ними. Здесь наша как раз задача, чтобы их становилось больше. Именно поэтому «Теплица» не только на сайте такую базу приложений составляет свою, но и проводит много в оф-лайне, в реальной жизни мероприятий для того, чтобы появлялись такие приложения. «Теплица социальных технологий» – сокращенно ТЕСТ.

Кристина Горелик: Если слушатели захотят получить помощь или оказать, можно выбрать приложение, насколько я понимаю, по душе.

Елена Темичева: Можно залезть в базу приложений и таким образом придти. В том числе мы ждем на этом сайте программистов и некоммерческие организации, чтобы друг с другом сдружить. Вот наша основная задача.


Кристина Горелик: А для чего вам все это надо – сдружить, сделать?

Елена Темичева: Нам очень хотелось бы, чтобы наши гражданское общество росло и крепло. Мне очень понравилось определение, которое дал Владимир гражданскому обществу.

Кристина Горелик: Про параллельное правительство?

Владимир Беляев: Параллельная Россия – этот термин не я придумал.

Елена Темичева: Нет, я не про параллельную Россию, а как раз про то, что мы таким образом, гражданское общество - это возможность самостоятельно решать свои проблемы. Возможность объединиться с чиновниками. Но мне кажется, что это не всегда плохо. Моя точка зрения, что не со всеми вещами нужно идти к чиновникам. Когда вы участвуете в подобного рода инициативах, люди, с которыми мы общаемся, которые входят в эти сообщества, это люди, которые уважают себя, они требовательны по отношению к себе, требовательны по отношению к другим, соседям, согражданам. Человек, который делает в Питере приложение «Дом, двор, дороги», начал с того, что привел в порядок собственный подъезд и собственный двор. И в этом смысле, конечно, нам это нужно. Нам нужно, чтобы наши с вами знакомые, друзья, соседи были людьми, которые уважают себя, уважают сообщество, в котором они живут.


Кристина Горелик: С другой стороны, почему это надо решать самостоятельно, если ты платишь налоги этому государству, с него же и надо спрашивать.

Елена Темичева: Те функции, которые закреплены за государством, мы должны спросить с него эти функции.


Кристина Горелик: Эти приложения как раз функции государства.

Елена Темичева: Не все я не согласна, что все. Например, чрезвычайные ситуации во всем мире – это, конечно, действия всех людей сообща. Но, конечно, в том числе гражданские приложения – это механизм для того, чтобы взаимодействовать с органами власти, доносить свою позицию и чаяния. Таких приложений отдельных, которые на это нацелены, очень много.

Владимир Беляев: Мне кажется, что Елена не совсем права, потому что самый первые краудсолтинговые проекты были связаны с тем, что государство не работает, не работают они, будем работать мы так, как получится.


Кристина Горелик: Но это правильно, вы считаете?

Владимир Беляев: Конечно, правильно.

Елена Темичева: Я не возражаю, правильно.

Кристина Горелик: Это правильно, вы считаете, что государство не работает, будем мы? А спросить с государства и сделать так, чтобы государство работало, чтобы чиновники боялись и работали?

Владимир Беляев: А у нас нельзя сделать так, чтобы чиновники боялись народ и при этом работали на народ – это симулякр.

Кристина Горелик: Может быть гражданское приложение такое сделает?

Владимир Беляев: Я боюсь, что гражданское приложение, его участники будут привлечены к уголовной и административной ответственности.

Елена Темичева: Хотя идеи предложений по обсуждению законопроектов и продвижения в сети просто гражданами есть и скоро будут продвигаться.

Кристина Горелик: Новое приложение?

Елена Темичева: Новое приложение на уровне идей.


Кристина Горелик: После недавних, видимо, законодательных инициатив?

Елена Темичева: Нет, это было еще раньше, идеи были раньше, просто все, что до настоящего момента по этому поводу было в сети, было совершенно неработающим. А там как раз пытаются объединить механизмы он-лайновые и оф-лайновые. Что будет - сложно сказать.

Кристина Горелик: А идея в чем заключается сама?

Елена Темичева: Идея в том, чтобы обсуждать законопроекты на интерактивной площадке, но обсуждать их по-умному и включать все юридически возможные механизмы для того, чтобы собирать соответствующее количество людей, юридические экспертизы, мнения и так далее. Чтобы было уже не отвертеться, грубо говоря. Но как это будет двигаться? Во многих регионах существует потребность именно таких приложений. Я думаю, что они тоже будут развиваться.


Кристина Горелик: Вы оптимистично настроены?

Елена Темичева: Вполне. Я общаюсь с совершенно оптимистичными людьми в приложении.

Кристина Горелик: Но при этом реальность абсолютно не оптимистична.

Елена Темичева: Надо на нее влиять.

Владимир Беляев: Пессимист – это хорошо информированный оптимист. Мне бы очень хотелось, чтобы это приложение заработало. Но я очень хорошо себе представляю, насколько заинтересованы объективно чиновники в инициативах того, чьи интересы они должны по идее представлять.

Материалы по теме

XS
SM
MD
LG