Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Стыд мне и позор! Я не знал, что такое булки – те, о которых говорилось в одной из предыдущих передач. Один слушатель писал в том духе, что надо перестать валять дурака, а сжать или наоборот, разжать булки – уже не помню: сжать или разжать – и работать, вкалывать, созидать, так сказать. Я тогда признался, что не знаю, что означает это слово в таком разговоре, и просил тех, кто в курсе, разъяснить мне его. Ну, что ж. С большим удовольствием несколько человек объяснили мне, что булки – это Ягодицы или ягодИцы, можно и так, а как ещё можно – это все знают и без меня. Читаю: «Многоуважаемый Анатолий Иванович! Надысь в своей передаче вы спросили, что бы означало выражение "булки сжать". Мине сдаётся, что подразумевались Ягодичные мышцы по-уличному. А о нашей действительности плакать только можно, тем более сейчас», - это письмо написал начитанный человек. «Мине сдаётся» - это выражение одесситов-героев Исаака Бабеля, когда-то мы его рассказы читали друг другу наизусть застольными вечерами. Другой слушатель сослался на воспоминания Майи Плисецкой: "Ваганова любила говорить: На весь урок зажми задницей воображаемый пятиалтынный, чтобы он не вывалился..." Расслабить булки — это просто-напросто позволить пятиалтынному вывалиться».
Шутки - шутками, друзья, в тем временем в России разгуливается реакция. Кто забыл это слово из учебников, пусть вспомнит. После того, как спадает революционная волна, власть закусывает удила – извините, я сказал почти в рифму. Верхи - это смесь страха и ожесточения, в низах – безразличие, в образованных и политизированных слоях разливается уныние, часто тоже ожесточённое. Почта радио «Свобода» отражает это с точностью термометра и барометра, у меня они встроены в одну коробку – сразу видишь и температуру, и давление. Оказывается, многие не ожидали от Кремля такого невежества, какое проявляется в последнее время. Дремучесть Государственной думы, президентской администрации, судейского сословия вызывает у людей оторопь. Не думалось им, что вылезет столько безграмотного, по-уличному задиристого материала, просто не думалось. Не говоря уж о сумасшедших… Их, что называется, спустили с поводка. Они произвели такое сильное впечатление на слушателя «Свободы» Архипа Гулыгу, что он составил им в помощь целый проект под названием «Как нам ещё проучить Америку». Читаю: «Вашему вниманию представляется комплекс дополнительных законодательных, административно-правовых и иных мероприятий, направленных на защиту российских граждан от американских законодателей и администрации США. Первое. Восстановить действие Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 2 апреля 1947 года о запрете браков между гражданами РФ и иностранцами в части запрещения браков с гражданами США. Ранее заключенные браки признать недействительными, а детей, рожденными в этих браках - сиротами. Второе. Установить для граждан РФ, имеющих гражданство США, двойное налогообложение и двойную санкцию за административные и уголовные правонарушения. Третье. Пожизненно лишать водительских прав лиц, оказавшихся за рулём после употребления ими виски, джина, бурбона (с содовой и без) или других напитков американской выделки. Четвёртое. Расторгнуть сделку купли-продажи Аляски и создать там Американский федеральный округ. Пятое. Запретить частным лицам без разрешения ЦБ обмен рублей на доллары США и долларов - на рубли. Шестое. Демонтировать аттракционы типа «американские горки». Седьмое. Признать Алькаиду законным представителем борющихся исламских народов и установить с ней дипломатические отношения. Восьмое. Включить данный текст в Новогоднее (2013 года) обращения президента России к народу Российской Федерации», - этот проект Арсения Гулыги я не смог огласить до Нового года, но в Кремль он наверняка поступил вовремя, а вот почему не был включен в новогоднее обращение, нам пока неизвестно. Как станет известно, тут же расскажем слушателям радио «Свобода».
«Приходили дети колядовать, - рассказывается в следующем письме. – Дети совсем маленькие - лет по восемь-девять. Промурлыкали традиционную колядку, а в конце ясно продекламировали доселе мною неслыханное:
"А по новому закону дайте нам по миллиону!" Вот так новые времена оживляют прежнюю традицию, освящённую столетиями и всем багажом народного опыта», - пишет автор. Эта прибавка к традиционной колядке в высшей степени красноречива, и вот почему. У неё религиозный привкус. Религиозные люди живут по религиозным законам или заветам, точнее, хотели бы жить, исполнять то, чего требует писание, и что-то даже исполняют, никогда главное, а пустяки, что-нибудь десятистепенное… Есть закон Моисея: помозговал на горе и дал своим людям закон, есть законы Христа, позже появились законы Магомета и так вплоть до Морального кодекса строителя коммунизм… После этого закона пришёл, лучше сказать – вышел наружу из-под спуда – новый: закон чистогана. Время наделило большой силой деньги, золотого тельца. Гнаться за длинным рублём перестало быть зазорным. Вот эта перемена и закрепилась в детской колядке – гениальное, по-моему, закрепление: «А по новому закону дайте нам по миллиону». Замечательно, просто замечательно, Рождество прошло для меня не впустую – подарило вот эту колядку, дало такую прибавку в копилку знаний о современной жизни.

«3дравствуй, дорогая радиостанция! – следующее письмо. – Почему Русская православная церковь никогда всерьёз не занималась миссионерской деятельностью? Потому что она питается и вдохновляется своим изоляционизмом. Они одни самые правильные, все остальные еретики, "блудни", ничтожества и враги. "Жандармы в рясах" ещё при последних царях стали раздражать образованных и думающих людей своей тупорылой наглостью. Население ведёт себя соответствующим образом. Оно легко переходит в атеистическую веру, убивая надоевших попов и разрушая церкви. Сталину достались ещё неприхотливые люди, простодушные, готовые терпеть и страдать, но растёт благосостояние и просвещение - их дети, внуки и правнуки становятся всё более эгоистичными и привередливыми. Они хотят всеми правдами и неправдами устраиваться в жизни. "Выбегали из избы здоровенные жлобы и рубили те дубы на гробы". Да, это в большинстве своём бессовестные карьеристы и потребители. Вот эта масса и востребует нынешнюю форму патернализма - криминально-жлобскую, паразитирующую на нефти. Что же будет с Россией, она исчезнет? И да, и нет. Как претензия на отдельную цивилизацию, заметную культуру, конкурентоспособную экономику она уже испарилась. Но как территория она никуда не денется. Но это уже есть и будет очень плохая страна - убогие задворки цивилизации, с плохим климатом, с тупым и преступным населением. И об этом будут прямо говорить: плохая страна, из которой надо вывозить детей. Будет в ней где-то чуть получше и где-то совсем плохо, как в станице Кущёвской, но хорошо то, что она пришла в своё природное состояние. Об этом шепчутся или прямо говорят: поганый народ в России, жить среди него тяжело. И не при режиме, а средь народца».

Этому слушателю вторит господин Феофанов. «Вы всё живёте в коммунизме, а его уже при Ельцине не было. Ельцин пугал этим призраком Запад. Никакой советской цензуры в РФ нет, никакого реванша советских методов управления не существует, Путина постоянно хают, а частная собственность ещё меньше была защищена при Ельцине. Дума - такая же бесправная кормушка для отъедающихся. Наверное, Путин сделал бы её ещё более декоративной, но дальше некуда просто. Весь спор идёт между сторонниками одного и того же режима. На любую другую модель просто нет ресурсов - кадровых, идеологических, экономических, технологических, а контролировать такую историческую помойку как-то надо. Ну, выберут в Тьмутараканске губернатором откровенного психа или урку и чего? Тут и Ельцин тревожился, таких убирал. Путин не нравится? Да, мало в нем привлекательного, но смена одного на другого - это не революция и не победа демократии. Появится двойник, будет делать то же самое. Неужели на повестке дня революция телезвёзд и сетки вещания? Феофанов».
Согласен с вами, господин Феофанов, коммунизм не вернётся, но он ведь многолик, под разными названиями и масками он существует везде, даже в Штатах, и существует весьма угрозливо. Мягкий коммунизм, коммунизм с человеческим лицом, он всё равно коммунизм – потакает завистникам, ублажает и плодит бездельников, замедляет движение, портит жизнь творческому меньшинству в ущерб, между прочим, большинству, которое этого не понимает и, видимо, никогда не поймёт.

Следующее письмо: «Здравствуйте, всё время слушаю вашу и другие передачи, но никак не пойму, что вы хотите. Почему Путин - плохой, а Навальный, Прохоров или Ельцин в прошлом - хорошие? Это было бы понятно, если бы Путин ввёл цензуру, отменил частную собственность, изменил конституцию, запретил поездки за границу или вообще сделал что-то существенное. Но он ничего вообще не сделал, кроме устаканивания "лихих девяностых" и рассаживания лично угодных с устранением лично неприемлемых. Может, при президентах Навальном, Прохорове, Немцове, Касьянове будет что-то другое? 0ни точно так же будут продавать нефть и газ. Возможно, на первых порах будут скандалы и передел сфер влияния, какой-то всплеск хаоса, но они прибегнут к тем же мерам успокоения беспорядка. А может, вы хотите радикальной смены режима, прихода к власти большевиков и нацистов? Да нету их, есть ряженые… Не пора ли просто признать, что в России или о России из-за границы и говорить-то не о чем на политические темы? Конституция была написана под Ельцина, чтобы он был несмещаем, неподсуден и всемогущ. Путинизм совершенно прозрачно запрограммирован этой конституцией. Это новый царизм, но чудовищно убогий, одноклеточный, дегенеративный… Ну, подходил, глянул я на эти демонстрации - люди разные, но на трибуне стоят такие, которые говорят практически: "Долой Путина, он - вор! Вместо этого Путина мы поставим другого Путина, нашенского, тоже вора!" Вот и проголосовал народ за того же самого Путина, на это даже у российского электората ума достало, зачем ему двойник Путина? Почему вы так резко настроены против Путина, у вас к нему чисто личные претензии, собственный бизнес прогорел, родственники ущемлены, передачу закрыли?», - обращается автор этого письма ко мне лично. Об этом вопросе можно сказать: испортил песню… Этот вопрос люди задают не только мне, грешному, на сём свете, этот вопрос посылают и на тот свет таким людям, как, например, декабристы, Герцен, Сахаров… «Чего ему не хватало?». Типичный рабский вопрос или обывательский, если очень мягко. Пайка тебе есть, над тобою не каплет, одет-обут, передачу не закрыли – что же ты всё недоволен!

Опять читаю: «В сотый раз скажу либералам и прочим белоленточникам: вы не знаете своей страны. Дай сейчас волю народу (так называемую демократию), первым же делом он введёт смертную казнь, вторым - уголовку за гомосексуализм, ну, и дальше развернётся по полной, вплоть до того, что вас будут вытаскивать из-за компьютеров и отправлять на овощебазы. А особо злостных либералов и белоленточников в лучшем случае посадят на "хипсторский теплоход", в худшем - затопчут сапогами. Единственное спасение для них будет – только, как при Сталине, писать друг на друга доносы. Не трогайте вы лихо, товарищи интеллигенты, а. Ну, ничему вас история не учит", закрыть кавычки.
Не знаю, что выкинет воля народа или знаю, да помолчу, а вот что может выкинуть нынешняя Государственная дума, если окажется без узды, предвидеть, кажется, легче. Хотя… Недовольных уздой там может оказаться намного больше, чем мы думаем. Либералы знают свою страну, знают, что представляет собою народное большинство, но они не хотят смириться с тем, что знают. Им мучительно оттого, что народ роковым образом разделён на крепостное большинство и на них, европейцев, что между ними – пропасть. Им не сидится сложа руки, потому что они всё надеются, что шаг за шагом может быть наведён мост между ними, то есть, между Западом и русской цивилизацией, что Россия по этому мосту как-то переползёт на Запад. Им не нравится спокойствие естествоиспытателя, с каким западная наука выделяет Россию в отдельную цивилизацию. Это отбирает у них надежду. Трудно жить, когда ты не можешь покинуть то место на полке, которое тебе отвели против твоей воли.

Между тем, уныние распространяется на всё – не только на политические обстоятельства и хозяйственные перспективы. Читаю: «Российской культуры уже нет, читать и смотреть нечего, кривляния и пошлятина. Вся прошлая культура была искусственной, поверхностной, нанесённой, она была чужда, потому её и снесло ветрами времён, сейчас мы видим настоящую нашенскую "культуру", ещё недавно это убожество не пропустили бы советские худсоветы, но не за политику - за убожество.
Умирают советские мэтры, далеко не ангелы и не гении, но на их место приходят такие, что на кривляющихся придурков в подворотне смотреть не более глупо. Это и есть настоящая "культура" этого населения, остальное - жемчуг - свиньям, святыня - псам. Может, есть в этой стране религия, церковь? Да не ходит никто к попам, их пАства - убогие, на других и не претендуют», - здесь я обрываю письмо.
Среди слов, которыми Россия сегодня отзывается о себе, то есть, одна часть России – о другой, нет ни одного нового. Все были произнесены сто и более лет назад. Ровно сто лет назад – это зенит того, что называется (обычно - с трепетом) Серебряным веком русской культуры. Без придыхания произносить эти слова считается невежеством. Лев Толстой писал о поразительном понижении современной ему литературы, падении вкуса и притуплении здравого смысла грамотной, читающей публики. Он грешил на рекламу, на приспособленчество издателей, редакций, писателей, журналистов, говорил, что они всё больше потакают, угождают растущей массе потребителей, прямо и резко подчёркивал, что вкусы большинства «всегда грубые и низкие», потому что оно именно большинство. Иван Бунин об этом времени – о Серебряном, напомню, веке - говорил как о времени невероятного «обнищания, оглупления и омертвения русской литературы». Этому классику принадлежит одно великолепное, презрительно-въедливое перечисление – перечисление, которое сейчас увлечённые студентки (такие ещё попадаются) произносят не иначе, как закатывая глаза. Читаю: «Мы пережили и декаданс, и символизм, и неонатурализм, и порнографию, называвшуюся «разрешением проблемы пола», и богоборчество, и мифотворчество, и какой-то мистический анархизм, и Диониса, и Аполлона, и «пролёты в вечность», и садизм, и снобизм, и «принятие мира», и «неприятие мира», и лубОчные подделки под русский стиль, и адамизм, и акмеизм – и дошли до самого плоского хулиганства, называемого нелепым словом «футуризм», здесь Бунин заканчивает перечисление, а мог бы и продолжить. А как страдал от непотребства тогдашней культурной и общественной жизни Чехов, Короленко, да все нормальные, тем более – ненормальные люди! Общественная жизнь не могла быть, и не была, здоровее литературной, эти области связаны. А что мы сегодня помним, держим в себе из того времени? Десяток крупных имён и название «Серебряный век» как последний всплеск русской культуры перед революцией. Попробуй скажи, что «Серебряный век» – это небывалая разнузданность, халтура, бесстыдство, алчность, самоупоение и самореклама, вам приведут этот десяток имён и воскликнут: и это вы считаете дерьмом собачьим? – и будут правы. Время уносит всё, но в первую очередь – мусор.

«У писателя девятнадцатого века Крестовского, - следующее письмо, - в романе "Петербургские трущобы" добрые помещики князья Чечевицкие решили построить школу для крестьян на свои деньги, сидят за столом беседуют. "Мы их же детям строим, они воруют" - "И дети их будут такими, может, внуки не будут?" Дело было перед отменой крепостного права. Померли давно и дети, и внуки тех крепостных, правнуки их жили при Сталине, сейчас живут пра-пра-правнуки. Давно все грамотные, что изменилось? Никакой Святой Руси не существует, а есть страна, в которой нельзя повысить детские пособия, как предлагает Путин, потому что множество алкоголичек усиленно займутся продолжением свого рода, пособия будут пропивать, а детьми пополнять подворотни и зоны», - говорится в этом письме, и говорится чистая правда. Такую вот ловушку приготовила России судьба. Какие-то деньги на обездоленных и нуждающихся есть – пока, во всяком случае. Денег может даже прибавиться – почему нет? Партия жуликов и воров может уступить власть более умеренной и человеколюбивой партии. Но как быть с тем, что, чем больше дать денег в виде разных пособий, особенно – детских, тем больше их будет пропиваться? Уже сейчас детские деньги часто не улучшают положение детей, а ухудшают. Что делать? Я, например, не знаю. Знаю другое: если на эту беду когда-нибудь обратит внимание Государственная дума Лаховых и Горячевых, станет ещё хуже, совсем плохо.

Следующее письмо: «Зашла богобоязненная соседка Нина, огорчается и радуется, радуется и огорчается: «Ну, Конец света отменили, видно, ещё не по грехам нашим Конец света, не заслужили мы еще Второго пришествия и Страшного суда. А и хорошо, что Конец отменился. А то ведь нас не наставили, как надо его встречать, как готовиться. Это же величайшее событие в истории человечества! Конец света! Это ж надо и встретить, и проводить, чтоб никто не обиделся. Вот на Святой вечер двенадцать блюд надо готовить. Хоть убейся, а сготовь. И кутю, и борщ с грибами, и грибы такие, и грибы сякие, и капусточку квашеную, коржики маковые, и, и, и… А на Рождество – семь блюд. Хорошо. Мы соблюдаем. Научили нас - мы и соблюдаем. А на Конец света что варить и печь? Что, я спрашиваю? Надо же подготовить людей, разъяснить. Завтра пойду к батюшке, спрошу. Он не скажет - к другому пойду, пусть другой скажет. И ты, Люда, в интернете глянь, может, там что-то есть». Вот, Анатолий Иванович, ушла эта Нина, а я сижу и не знаю, то ли смеяться, то ли плакать, то ли смеяться сквозь слёзы. С таким народом вошли мы в двадцать первый век, мечтаем о демократии. Будет, конечно, будет она, демократически избранная Государственная дума. Как вы думаете, сколько блюд готовить на Конец света она предпишет? С уважением Л.Горчакова». Ох, госпожа Горчакова, в Конгрессе Соединённых Штатов Америки нет ни Железняка, ни Горячевой с Лаховой, о его законах не скажешь, что они принимаются в сумасшедшем доме – нормальные, человечные и грамотные законы, и однако же предусмотрительных граждан, создавших запасы ко дню Конца света, там оказалось не меньше, чем в России, никак не меньше.

Из письма школьного словесника, каких остались единицы: «Достоевский в своё время задавался вопросом, почему народ-богоносец постоянно ругается матом. Это же сатанизм по церковным догмам! В других странах могут ругаться матом, а вот богоносцы на нём разговаривают. 0бъяснение нашли такое: влияние монгольского ига. Мне хорошо известны нравы монголов древности, они и сейчас матом не ругаются. В эпоху Чингисхана всякие половые отклонения карались смертью, а ведь мат и есть их перечисление. К тому же, мат обнаружили в домонгольских берестяных грамотах. Всё намного проще, чем в затейливых версиях Достоевского. О чём думают, то и на языке. Такова и есть душа богоносцев. Чёрная она и грязная. 0дин генерал изложил мне теорию, что мат помогает русским воевать, это их оружие. А ведь и вправду так», - говорится в письме. Остаётся вопрос, помогает ли мат жить. По моим наблюдениям, помогает, и сильно, но жить не совсем по-человечески, что в известном смысле всё-таки лучше, чем вовсе не жить. Пока длится жизнь, остаётся надежда на её постепенное очеловечивание.

Ну, и последнее на сегодня письмо – письмо, представляющее собой свежее воспоминание. «Пошла перед самым Новым годом на базар купить еловых веток. А там продавались, в основном, сосновые ветки и сосны. Когда-то считалось хорошим тоном ставить именно ёлки. Очень редко ставили сосны. Дети обижались на родителей, если дома стояла сосна. Они были дешевле, что ли. И вот сейчас на базаре сплошь сосны. Ну, я купила елочные ветки, два человека ими торговали. Стоят несколько женщин. Слышу за спиной: "Ой, зачем жиночка елку купила. Осыпется быстро». Я повернулась и спросила: «А как скоро?». Мне сочувственно объяснили, что постоит всего недели две, если в воде. Я засмеялась: «Ну, значит через две недели и выкину». Они в один голос завопили: «Так сосновые бы месяц у вас стояли! И иголки у сосны длинные - убирать легче!». Так вот в чем дело! Теперь такая мода, чтобы аж до двадцать третьего февраля. И чтоб убирать потом легче. Иду себе дальше. На главной площади города стоит нарядное нечто. Зеленый пластиковый конус с блестящими кругляшками. Еще одна подмена. Ребенок, не видев другого, решит, что все правильные ёлки – такие. Мёртвые. А снежинки – это вот такие придурочные безузорные кругляшки. И что все песенки про ёлку – именно про такое. Про пластмассовый конус. Прибавьте компьютерные мультики с неживыми людьми и животными, гламурные мёртвые картинки в журналах. И что должно твориться в детских мозгах! И что творится в мозгах взрослых, устраивающих постоянную череду подмен. Вот женщина в коричневато-сероватом пуховом платке. Немаркий - одним словом, слитно, это вообще обозначение главного цвета в жизни. Реже стирать надо – пуха меньше вылезет. Дольше прослужит. А что он страшненький и уродует лицо, так это ничего. А мы так радовались, что принцип немаркости вроде исчез! Самые яркие цвета перестали быть сущностно яркими. Они настолько безвкусны, настолько навязчивы, что та, истинная немаркость, теперь милее сердцу. Мы оказались в подделочной эпохе. Подделочные права человека, когда права преступника оказываются важнее прав жертвы, борьба феминисток против менструации, борьба защитников природы против человека. Не поддельные, а именно подделочные, так дети говорят - подделочный. Не настоящий. Человечество, кажется, впало в детский идиотизм. Детская безответственность. Детская обжорливость. Детская страсть к ненужному. Не знаю, Анатолий Иванович, к чему я это», - здесь госпожа Мелентьева ставит точку. Ничего не поделаешь, госпожа Мелентьева. Разрыв между людьми, которые чувствуют и думают, как вы, и массой, которая устраивает себе подделочную жизнь, похоже, не может быть сокращён никогда. Прошлый век отучил нас надеяться на это. В нынешнем веке урок продолжается.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG