Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Журналист Сергей Балаклеев – об объединении казачества


"Казачий патруль" перед Белорусским вокзалом в Москве

"Казачий патруль" перед Белорусским вокзалом в Москве

Совет по делам казачества при президенте России 6 марта собирается в Москве, чтобы обсудить итоги прошлого года. Это рядовое мероприятие, однако на днях стало известно, что так называемые "реестровые", то есть сотрудничающие с властью, казаки России решили создать единую организацию – Всероссийское казачье общество. Российские казаки объединяются, приспосабливаются к жизни в городах, сохраняя старомодные взгляды на мир и общество, чем они и гордятся. Рассказывает главный редактор журнала "Казаки" Сергей Балаклеев:

– Сколько сейчас в России людей, считающих себя казаками? Во время последней переписи таковыми себя назвали примерно 70 тысяч человек.

– Одни эксперты считают, что 7 миллионов, что весьма сомнительно, другие – 4–5 миллионов. Я считаю, где-то 3–4 миллиона все-таки наберется казаков.

– Когда будет создано Всероссийское казачье общество, сколько туда войдет организаций, которые можно назвать казачьими? Насколько я знаю, если мы говорим о территориальном делении, в стране есть 11 казачьих войск, или "реестровых" войск.

– Да, это так, 11 реестровых казачьих войск, которые расположены по всей территории Российской Федерации. На базе этих войск будет создаваться Всероссийское единое казачье общество. На предстоящем Совете при президенте по делам казачества вопрос будет обсуждаться уже окончательно, и там наверняка примут решение о том, что необходимо провести Всероссийский казачий круг, где и узаконить все те положения, которые необходимы для организации. Соответственно, избрать верховную власть – Союз атаманов, Союз стариков, и так далее, все, что необходимо, все атрибуты, которые присущи казачеству.

– Реестровые казаки – те, кто сотрудничает с государством, с властью. Но ведь есть и нереестровые казаки. Откуда такая раздробленность и в чем тут разница?

– Этот шлейф тянется с 90-х годов, когда встал вопрос о возрождении казачества, и возродились сначала общественные организации. На базе этих общественных организаций появился так называемый "Союз казаков России" – это была первая организация, очень мощная, кстати, которая существует по сей день, она самая сильная, она имеет наибольшее количество казаков, если сравнить с другими казачьими общинами, в том числе и с реестровыми. Ну, они существуют сами по себе, так сказать, по духу. Я по командировкам для себя сделал следующие выводы, что реестр, который находится в регионе, и реестр, который находится в центральных городах, они немножко отличаются друг от друга.

– Мне странновато слышать о каких-то костромских, допустим, казаках, или череповецких. Казаки всю жизнь были на Кубани, Дону, в Сибири. Но откуда берутся казаки в Петербурге?

– В Петербурге казаки появились именно оттуда, с юга. Сегодня казак не смог по объективным причинам жить на юге, и он уехал на север. Скажем, допустим, занимался рыболовством или еще какими-то вещами, обосновался, осел, семью завел, но корни у него остались казачьи. Или, например, уссурийские казаки, которые живут в Хабаровском крае – они переехали в Петербург, получили высшее образование и там остались, но корни свои они поддерживают. Но исторически это неправильно, на мой взгляд, говорить о "петербургских казаках".

– Казак и городская жизнь – это совместимо?

– Вы сейчас попали в точку. Хотя, если взять времена Ивана Грозного, были городские казаки, замоскворецкие, которые поддержали царя в один из переломных моментов. Но они пришли в Москву, то есть они не испокон веков там жили, полк пришел туда. В городе, конечно, казак – это немножко условное понятие. Но, опять-таки, если он корнями из казачьего рода, как ему быть? Вот он в городе живет, и что делать? Значит, он приспосабливается к условиям города, и в этих городских условиях как-то себя позиционирует, показывает. Конечно, это нельзя сравнить с регионами, ни в коем случае. В регионе казачество несколько другое, там и взгляды немножко иные, и позиционно они гораздо жестче стоят.

– В обществе сегодня довольно много стереотипов, люди обращают внимание прежде всего на атрибутику, вспоминают какие-то книги, фильмы, образы, и к деятельности казаков относятся очень по-разному, особенно к идее появления в городах казачьих патрулей…

– Мы, конечно, стоим за порядок. Мы хотим, чтобы на наших улицах не обижали наших детей. Мы хотим, чтобы на наших улицах наши женщины были защищены. Отсюда вопрос: какие-то общественные организации должны в этом помогать? У нас были народные дружины, прямо скажем, на сегодняшний день крайне слабо они работают. Соответственно, нужна какая-то сила, которая помогла бы, может быть, им. Сейчас проявили себя казаки, которые сами предложили помощь. Ну да, немножко, на мой взгляд, не их это функции, но тем не менее требование сегодняшнего дня – надо наводить порядок. И почему бы не тем активистам, тем людям, которые хотят, чтобы нам легко дышалось, и мы спокойно могли гулять по ночному городу?

– Где гарантия, что в среде казачества и среди людей, которые, например, войдут в эти казачьи патрули, окажутся люди с бескорыстными побуждениями? Не спровоцирует ли это еще большее насилие? Казаки – это люди, скорее, старомодные, консервативные и, наверное, внутренне очень неодобрительно относящиеся к каким-то слишком эмоциональным, ярким и нестандартным типам поведения в современных больших российских городах?

– Прежде всего, казак – это человек верующий и православный. И основа его воспитания именно в православии. Это тысячелетиями выработанная позиция. Соответственно, он живет именно по этим законам в первую очередь. И по этим законам он делает лекала и сравнивает себя с другими людьми, с другой жизнью. Если под эти лекала православия не подходят какие-то вещи, он будет как-то возмущаться и принимать какие-то меры!

Фрагмент итогового выпуска программы "Время Свободы"

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG