Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Какие семьи можно считать однополыми


Какие семьи можно считать однополыми

Какие семьи можно считать однополыми

Было ли исследование Марка Регнеруса обманом

“Гей-семьи тянут своих детей на дно” – ссылки на текст с таким заголовком стали попадаться мне в последние две недели буквально на каждом шагу. Этот текст рассказывает об исследовании американского социолога Марка Регнеруса, согласно которому якобы получается, что люди, выросшие в американских гей-семьях, втрое чаще болеют венерическими заболеваниями, подвергаются насилию, оказываются безработными, живут на социальное пособие.

Я, признаться, думала, что мне к этой истории возвращаться еще раз не придется. Дело в том, что Регнерус опубликовал свое исследование в журнале Social Science Research еще прошлым летом. Тогда же в американской прессе и научной среде случился по этому поводу скандал. Но год назад российская блогосфера почему-то этой истории не заметила. Теперь же, когда в связи с принятием закона, “запрещающего пропаганду гомосексуального образа жизни”, все, что касается гомосексуальности, опять стало предметом для споров и, конечно же, спекуляций, российские блогеры вытянули исследование Регнеруса на поверхность.

О чем же исследование Регнеруса и правда ли, что быть выращенным родителями-гомосексуалами так ужасно? Не буду затягивать и скажу сразу, что исследование Регнеруса ничего нам об этом не говорит.

Теперь по порядку. Марк Регнерус – молодой ученый, который работает в Техасском университете в Остине. В 2012 году Регнерус закончил один из этапов работы в рамках New Family Structures Study (Исследование структуры новых типов семей) – проекта по сбору и анализу данных об американцах возраста 18-39 лет, которые росли в разных семейных обстоятельствах. Всего было семь типов семей: гетеросексуальная, с мамой-лесбиянкой, папой-геем, семья усыновителей, семья с отчимом или мачехой, семья с одиноким родителем. Кроме этого, в исследовании было 40 критериев, по которым оценивали социальную, эмоциональную и другие стороны жизни опрошенных. Как часто употребляли наркотики и алкоголь, сколько смотрят телевизор, работают ли, получают ли пособие от государства, болели ли венерическими заболеваниями, сколько было сексуальных партнеров, близость с родителями, уровень семейного счастья и так далее.

В такого рода исследованиях самых сложный и самый тонкий момент – методология. Как собирались данные, с чем сравнивались, с чем связана та или иная корреляция. Регнерус сам пишет об этом во вводной части своего исследования. “Например, многие из опубликованных исследований о детях из однополых семей основываются на восходящей выборке”, – сообщает он. Восходящая выборка – это когда людей для исследования выбирают, например, по знакомым. В социологии считается, что такую выборку нельзя считать репрезентативной и делать на ее основе выводы, например, обо всей нации.

Регнерус настаивает, что его метод сбора данных, напротив, позволял делать выводы о всей популяции. Итак, “социологами из New Family Structures Study (NFSS) было проинтервьюировано 3000 респондентов, включая 175 человек, которые сказали, что у их матерей были однополые романтические отношения, и 73 человека, которые сказали то же самое про своих отцов”. Иными словами, в выборке Регнеруса было 248 человек, про которых он считал, что они выросли в однополых семьях. Запомним этот момент.

Респондентам задавали такой вопрос: “С момента вашего рождения и до 18 лет (или до тех пор, пока вы не начали жить самостоятельно) были ли у кого-то из ваших родителей романтические однополые отношения?” Можно было выбрать из трех вариантов ответа: “Да, у моей матери были отношения с другой женщиной”, “Да, у моего отца были отношения с другим мужчиной” или “Нет”. Респонденты также могли выбрать оба из двух первых вариантов. Если они выбирали один из двух первых вариантов, им задавали вопрос: жили ли они когда-нибудь с родителем в то время, когда он состоял в однополых романтических отношениях? О том, что получилось у Регнеруса, я уже сказала – если вкратце, “родители-геи тянут своих детей на дно”.

Вот что случилось дальше. В прессе стали появляться статьи об исследовании Регнеруса. Главная их претензия была как раз к методологии, которой так гордился Регнерус. “Если человек отвечал “да” на вопрос опроса – даже если он имел в виду случай одноразовых “романтических отношений” своих родителей, – он автоматически попадал в категорию ребенка родителей-геев и исключался из группы гетеросексуальной биологической семьи, несмотря на актуальное семейное положение своих родителей (И что значит это “да”? Одноразовый секс в баре? Страстное увлечение на расстоянии?), – написала, например, журналист Эми Дэвидсон в блоге Close Read на сайте New Yorker. – Меньше двух процентов респондентов (два человека, три?) сказали, что все их детство прошло с мамой и ее партнером-женщиной. И вот на этом основании Регнерус говорит нам, что “28% людей, выращенных женщинами, у которых были однополые отношения, – безработные” и что они “демонстрируют самые высокие показатели по времени, проведенном в фостерных семьях”. Дэвидсон пишет, что исследование Регнеруса свидетельствует не о провале однополых семей. Оно свидетельствует о провале тайных, разбитых и нестабильных семей, которые люди создают вместо того, чтобы жить в однополом браке. Удивительным было и то, что когда журналист Марк Оппенгеймер готовил свою статью об этом исследовании для The New York Times и обратился за комментарием к Регнерусу, тот попросту отказал. История неслыханная и необъяснимая для молодого ученого.

Даррен И. Шеркат, профессор социологии из Университета Южного Иллинойса в Карбондейле, назвал исследование Регнеруса “полной фигней” и сказал, что оно должно быть немедленно дисквалифицировано, потому что в нем попросту утрачены определения понятий родителей-геев.

Другие социологи, хотя и были более осторожны в выражениях, выступили с открытым письмом. Это письмо, которое подписали несколько сотен ученых, содержало несколько претензий. Первая и основная касалась того же, о чем писала Дэвидсон и Шеркат: “Автор не делает различия между людьми, чьи родители состояли в длительных однополых отношениях, и людьми, чьи родители-геи развелись, и людьми, которые жили с мачехой-лесбиянкой или отчимом-геем, а также людьми, которых растил одинокий родитель, который при этом встречался с кем-то своего пола. Все эти группы попросту включены в группу “дети, чья мать была лесбиянкой” или “дети, чей отец гей”, в зависимости от пола родителя, у которого были однополые отношения. Иными словами, это исследование оказалось не в состоянии отличить структуру семьи от семейной нестабильности”.

Кроме всего прочего, досталось и журналу Social Science Research, где было опубликовано исследование Регнеруса. В открытом письме социологи указывали на то, что наyчная редакция рассмотрела и приняла к публикации статью Регнеруса всего за пять недель. В то время как другие работы, вышедшие в том же номере журнала, в среднем рассматривались в течение года.

Вызвал вопрос у социологов и выбор комментаторов работы Регнеруса. Оказалось, что Синтия Осборн и Пол Амато, которые готовили экспертное заключение исследования Регнеруса, были также активными его участниками. Кроме этого, не был привлечен ни один эксперт в области социологии однополых семей и однополых родителей.
Важно еще добавить, что свою подпись под этим письмом поставили и президент Американской ассоциации социологов и президент Медицинской ассоциации.

Еще одна важная и серьезная претензия была связана с этической стороной исследования. Во вводной части исследования Регнерус пишет, что его исследование отчасти было проведено на деньги Института Уизерспуна и Фонда Бредли. “Поскольку оба они известны своей поддержкой консервативных сил – также как другие частные фонды известны своей поддержкой либеральных, – источники финансирования не играли никакой роли при проведении исследования, анализе, интерпретации данных или подготовки рукописи”. Этот момент был довольно громко оспорен. Так, на сайте Нового движения за гражданские права была опубликована не одна статья о том, что директор Института Уизерспуна Бредли Уилкокс принимал активное участие в сборе и анализе данных для исследования.

Закончилось все никак, хотя и довольно шумно. Дело дошло до генерального прокурора Техаса, университет обещал провести проверку, Регнерус был ненадолго отстранен от работы. Никто из серьезных социологов работу не признал, но консервативные организации и пресса успели не раз процитировать “исследование” Марка Регнеруса. В связи с рассмотрением законов об однополых браках, например. Теперь его цитируют и в России. Не скупясь на лживые заголовки.

весь блог

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG