Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
С похвальным проворством московские энтузиасты перевели самый успешный французский сериал прошлой зимы – Les revenants (“На зов скорби"). Один из сценаристов – Эмманюэль Каррер, сын советолога Элен Каррер д’Анкосс, грузинки, еще в конце 70-х годов мудро предсказавшей распад СССР. Каррер – автор главного французского бестселлера 2011 года, книги Limonov. Роман о бывшем французе Эдуарде Лимонове читали все – от провинциальных консьержек до Николя Саркози, рекомендовавшего его своим чиновникам, желающим постичь Россию.

В Les Revenants ничего специфически русского нет, зато можно отыскать связь с другой недавней книгой Каррера «Я жив, это вы умерли» о фантасте Филиппе Дике. Поскольку Дик думал, что КГБ посылает ему телепатические сигналы, дабы поработить американскую литературу, и в этой истории щелкает костлявыми пальцами рука Москвы.

Первые четыре серии я смотрел в кино, на Роттердамском фестивале, еще четыре – дома. Это первый сезон, а продолжение, говорят, появится только в 2014 году. Сериал показывали в Роттердаме в программе "Переключая каналы", посвященной новаторскому телекино, там же была и мировая премьера "Неопалимой купины" Агнешки Холланд. Оба сериала сняты по заказу платных каналов – Canal+ и HBO, и куратор программы утверждал, что благодаря их щедрости наступает новый золотой век телевидения.

Четыре часа в кинозале и еще минут сорок разговоров с режиссером Фабрисом Гобером пролетели, как пух от уст Эола. Персонажи Les Revenants навеки излечат вас от сплина: отважная лесбиянка-жандарм, маньяк-людоед, кровожадный дошкольник и ясновидящая шлюха, которую оргазм превращает в медиума. Ну и, конечно, множество живых мертвецов: главные герои фильма – они, убитые, самоубившиеся, погибшие, но внезапно воскресшие, невредимые и возвращающиеся в мир живых, где, разумеется, их никто не ждет. Некоторые актеры, изображающие зомби, сами кажутся ожившими копиями старших звезд: Пьер Перрье похож на Луи Гарреля, а роковая верзила Клотильда Эсме – на Фанни Ардан. Лучше всех – любопытная соседка, которая наблюдала за лесбиянкой, некогда располосованной маньяком, а теперь приютившей мальчика-мертвеца, но соседку, увы, зарезали к четвертой серии, чтобы не совала нос в чужие дела. Кроме того, остается в памяти тиньская дамба, не выпускающая живых из района, оккупированного зомби, и ядовитое треньканье шотландской группы Mogwai: в конце февраля вышел диск с музыкой к фильму.

Как и почти все сериалы с фантастическим сюжетом, Les Revenants – неудачная попытка упорядочить хаос. Со всех сторон торчат ребра несообразностей, и в этих слабостях и неточностях обаяние дурацкого вымысла Каррера. Рауль Руис, автор выдающейся пародии на телесериалы – The Golden Boat, говорил, что худший тип кино – "телефильмы, от которых остается впечатление, что ты их уже смотрел, потому что у них абсолютно такая же структура, как у фильмов, которые ты уже видел". После Les Revenants остается впечатление, что сразу все сериалы за 20 лет – от "Секретных материалов" и "Королевства" до тинейджерских драм и бразильских мыльных опер – разрезали на куски и перемешали, и хотя вроде все уже было, заскучать невозможно.



Еще один новейший сериал – "Горное озеро" Джейн Кэмпион – я пока не посмотрел, его показывали на Берлинале, но билетов не было, так что могу только процитировать Василия Корецкого: "Как и положено всякому перспективному сериалу, "Горное озеро" совмещает несовместимое – почти готический строгий триллер в духе "Убийства", сюрреалистическую нервозность "Твин Пикс" или "Красного райдинга". Как-то так можно объяснить и привлекательность "По зову скорби".

Я впервые в жизни пишу о сериалах, никогда всерьез этим жанром не интересовался. Вряд ли найду время посмотреть нескончаемый Lost или еще что-нибудь монументальное, поэтому мой список лучших будет очень короток.


1) "Родина"/Heimat (1984–2004)
Cамый серьезный (три фильма в 30 частях; на самом деле больше, но "Родину-3" раскромсали продюсеры) сериал, снимавшийся 20 лет: история Германии прошлого века. Много благородной сепии и оттенков лилового. Скромное обаяние автобанного подъема тридцатых, ужасы сороковых и т. д. Осенью выйдет новый фильм Эдгара Райца "Вторая родина", про XIX век.

2) "Поющий детектив"/The Singing Detective (1986)
Говорили, что это самый необычный сериал в истории телевидения; так оно, наверное, и есть. Автору детективных романов, страдающему от мерзейшей формы псориаза, с песнями и плясками являются тени прошлого и чудища настоящего. Если бы я посмотрел "Поющего детектива" в 1986 году, когда в СССР читали роман "Новое назначение" и думали о ленинских нормах, а не в конце 90-х, моя жизнь была бы куда стабильней. Еще один великий сериал Денниса Поттера – "Помада на твоем воротничке" (1993), там пляшут и твистуют клерки министерства иностранных дел во время Суэцкого кризиса.


3) "Берлин Александрплац"/Berlin Alexanderplatz (1980)
Фильм Фассбиндера я тоже смотрел слишком поздно, в 1992 году, 14 вечеров подряд, в московском кинотеатре ("Иллюзион"?) с адскими деревянными сиденьями. Потом пересматривал, когда фонд Фассбиндера выпустил DVD к юбилею. Голос взявшегося торговать шнурками Франца Биберкопфа Schnürsenkel! до сих пор в ушах звенит.


4) "Лиссабонские тайны"/Mistérios de Lisboa (2010)
Рауль Руис в пух и прах разнес теорию центрального конфликта. Вот его слова: "Теория центрального конфликта требует, чтобы рассказ начинался с того, что одни персонажи чего-то хотят, а другие всячески им препятствуют. Такой конфликт заставляет нас отказаться от всех историй, не подразумевающих конфронтацию, от всех событий, требующих безразличия или бесстрастного любопытства, будь то пейзаж, далекая гроза или ужин с друзьями, и, наконец, всего, что называется смешанными сценами: скажем, обычная трапеза прерывается необъяснимым происшествием, не имеющим отношения к происходящему, а, стало быть, и развития, и трапеза продолжается своим чередом. Хуже всего то, что теория центрального конфликта отметает "серийные сцены", то есть события, которые между собой не связаны, но одинаково направлены. Например, два человека дерутся на улице, а неподалеку ребенок ест отравленное мороженое".

В великом сериале "Лиссабонские тайны" никакого центрального конфликта нет, зато отравленное мороженое поедают почти в каждом кадре.

5) "Детектив с раздвоением личности"/MPD-Psycho (2000)
Герой "Поющего детектива" страдал псориазом, у Такаши Миике следствие ведет шизофреник. Хитроумный злодей, которого он ловит, превращает женщин в цветочные горшки: вскрывает им черепа и сажает цветы. А когда оттянешь нижнее веко, на глазном яблоке обнаруживается штрих-код. Если бы мир был похож на этот сериал, мы бы жили в раю.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG