Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
За торжествами инаугурации Папы Римского Франциска на площади Святого Петра в Риме воочию наблюдали десятки тысяч паломников, телевизионная аудитория составила сотни миллионов человек. Папа продолжает удивлять мир своими скромностью и открытостью: носит железный, а не позолоченный крест, серебряный, а не золотой перстень, приезжает на церемонию заранее, чтобы пообщаться с верующими. В Ватикан приехали политики и религиозные деятели из 150 стран мира, в том числе – представители православных церквей, начиная с Патриарха Константинопольского Варфоломея и митрополита Русской православной церкви Иллариона. Собеседник РС – московский религиовед Марк Смирнов, соредактор журнала "Наука и религия".

– Существует довольно давняя традиция тесных отношений Католической церкви и Константинопольского патриархата. Они начались еще при понтификате Павла VI, который встретился с Патриархом Константинопольским Афиногором, и они сняли взаимное проклятье церквей, которое существовало с 1054 года, с момента разделения церквей. В 1967 году это было преодолено. Потом Афиногор приезжал в Ватикан, в Рим, были торжественные богослужения с участием обоих иерархов. Франциск продолжает традицию своих предшественников. Патриарх Варфоломей, конечно, пытается показать себя главным, если не единственным представителем православного мира, с чем, как я полагаю, не соглашается Московский патриархат.

– Обмен сигналами между РПЦ и Ватиканом в связи с интронизацией и избранием Франциска Папой получился, кажется, очень теплым. Я не ошибаюсь?

– Этот обмен посланиями носит, я бы сказал, протокольный характер. Ничего существенно нового на протяжении последних десятилетий в отношениях между Русской православной церковью и Ватиканом не появилось. Начался диалог после Второго Ватиканского собора. Отношения внешне были достаточно теплые – и обмен посланиями, даже взаимные награды. Патриарх Алексий I наградил орденом Князя Владимира кардинала Иоаннна Виллебрандса за его успешную экуменическую деятельность и развитие межцерковного диалога. Так что я, честно говоря, не вижу в событиях последних дней какой-то новации.

– Значит, пока ожидать, что при новом Папе вдруг станет возможной личная встреча патриарха Русской православной церкви и предстоятеля Римско-католической церкви, нереально?

– Думаю, нереально. Сам факт того, что РПЦ на интронизации представляет всего лишь митрополит, тоже, в общем, знак того, что Московский патриархат пока не собирается менять политику в отношении Ватикана. Отношения-то на самом деле натянутые, в частности, из-за деятельности украинских греко-католиков, которых Русская православная церковь обвиняет в захвате православных храмов. Московский Патриарх не исключает, вероятнее всего, возможность встречи с Франциском, но такая встреча, скорее всего, могла бы состояться на какой-то нейтральной территории, в какой-то третьей стране, а не в Москве или Риме.

– В связи с избранием нового Папы проявил себя еще один православный иерарх – митрополит Филарет, предстоятель Украинской православной церкви, не входящей в юрисдикцию Московского патриархата. Он упрекнул Франциска в якобы показной скромности. Сам Филарет ездит на "Мерседесе" и считает: тот факт, что новый Папа Римский публично отказывается, в частности, от использования лимузина, не является доказательством скромности, поскольку по-настоящему скромный человек держит такие чувства внутри себя.

– Честно говоря, я полагал, что с подобным заявлением должен выступить, скажем, представитель отдела по связям с общественностью Русской православной церкви протоирей Всеволод Чаплин, потому что как раз он год назад горячо убеждал российское общество в том, что и святейший Патриарх Кирилл, и другие иерархи РПЦ демонстрируют не роскошь собственной жизни, а величие церкви – тем, в том числе, что пользуются дорогими автомобилями. Получается, патриарх Киевский Филарет перехватил инициативу Московского патриархата.

– Надлежит ли вообще Папе быть скромным? Хорхе Марио Бергольо – последователь святого Франциска Ассизского, который, как известно, был столь скромен, что даже спал на каменных подушках. Уместно ли предстоятелю Римско-католической церкви публично демонстрировать свою скромность?

– В истории Римской католической церкви был подобный случай – это папа Целестин V. В его время (это конец XIII века) существовало сразу несколько Пап, и католическая церковь долго не могла выбрать своего предстоятеля. К нему, отшельнику, обратились с просьбой занять престол, он продержался в Папах несколько месяцев и фактически сбежал. Когда Целестин увидел роскошь Папского двора, интриги и кланы, которые существовали уже в то время, то пришел в такой трепет и ужас, что решил сложить с себя полномочия. У меня есть подозрения, что нынешний Папа столкнется с подобными проблемами. Франциск в каком-то смысле будет неудобен тем кардиналам, которые привыкли к подобному образу жизни. При них пересмотреть стиль жизни Ватикана будет крайне сложно. У меня есть подозрение, что достаточно смелый поступок Папы Франциска может закончиться фиаско. Сама церковь вряд ли поддержит Папу-реформатора, который попробует урезать привилегии, сделать аскетической жизнь церкви, которая в лице своих князей церкви привыкла жить в роскоши.

Что касается имени Папы, то не забудем, что Бергольо – иезуит. Он вообще-то, должен был, наверное, принять имя Игнатий, а не Франциск, потому что его духовный патрон – святой Игнатий Лайола, основатель Общества Иисуса. Нет ли здесь какой-то тактики, нет ли политики, нет ли какого-то камуфляжа, который Папа Франциск, будучи, скорее, практиком (а иезуиты – очень активный, не созерцательный орден), пытается использовать, накинув на себя рясу святого Франциска? Я понимаю, что его действия, безусловно, вызывают большую симпатию у большинства верующих католиков, особенно в Латинской Америке и других странах третьего мира, где существует нищета, где люди разделены по имущественному признаку. Интересно будет проследить за тем, как этот имидж будет сочетается с политикой нового Папы.

Фрагмент итогового выпуска программы "Время Свободы"

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG