Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Востоковед Александр Воронцов – о корейской военной риторике


Северокорейский лидер Ким Чен Ын проводит очередное совещание со своими генералами

Северокорейский лидер Ким Чен Ын проводит очередное совещание со своими генералами

Министерство обороны Южной Кореи подготовило план действий по "активному сдерживанию" КНДР, согласно которому Сеул может нанести упреждающий удар по военным северокорейским объектам, если появятся данные о реальной военной угрозе со стороны предполагаемого противника. Соединенные Штаты направили в Южную Корею группу истребителей-"невидимок"; они примут участие в совместных военных учениях, демонстрирующих готовность Вашингтона защитить Сеул перед лицом кампании угроз со стороны Северной Кореи.

Американские многоцелевые истребители пятого поколения F-22, малозаметные для радаров, переброшены из Японии и размещены на военно-воздушной базе Осан, основной базе ВВС США в Южной Корее. Им предстоит принять участие в ежегодных двусторонних военных учениях. Об этом сообщается в заявлении американского военного командования в Южной Корее. Документ также содержит призыв к Северной Корее вести себя сдержанно. "Северная Корея ничего не достигнет с помощью угроз или провокаций, которые только еще более изолируют ее и подорвут международные усилия по обеспечению мира и стабильности в Северо-Восточной Азии", – говорится в заявлении американского командования.

Напряженность в регионе возросла после того, как пхеньянский лидер Ким Чен Ын дал указание провести ядерные испытания в феврале в нарушение санкций ООН и проигнорировав призывы своего ближайшего союзника, Китая, не делать этого. Испытания, проведенные в третий раз с 2006 года, вызвали новые санкции против Северной Кореи, цель которых - заставить страну приостановить программу разработки ядерного оружия. Ответом Пхеньяна стали ноые угрозы начать военные действия. В минувшую субботу Северная Корея заявила, что переходит к состоянию войны с Южной Кореей. Однако Сеул и Вашингтон не придали большого значения заявлению, переданному северокорейским государственным информационным агентством.

На прошлой неделе два американских бомбардировщика-"невидимки" B-2 совершили пробные полеты над южнокорейской территорией. После этого Ким Чен Ын приказал привести ракеты в состояние готовности к атаке американских военных баз в Южной Корее и в Тихом океане. Представители американского военного командования не сообщают, сколько именно самолетов ВВС США прибыло в Южную Корею с авиабазы Кадена на японском острове Окинава. В официальном заявлении эта перегруппировка описывается как часть рутинной ротации боевых единиц американских ВВС между авиабазами в Западно-Тихоокеанском регионе, проводимой с 2004 года.

В воскресенье конгрессмен Питер Кинг, бывший глава Комитета по внутренней безопасности Палаты представителей, заявил, что провокационная подстрекательская риторика Северной Кореи не является пустой угрозой. По словам законодателя, он не опасается, что северокорейские ракеты могут успешно атаковать материковую часть Соединенных Штатов, однако озабочен тем, что молодой пхеньянский лидер Ким Чен Ын может "загнать сам себя в тупик": "Боюсь, он может возомнить, что в целях сохранения лица ему следует устроить некую атаку на Южную Корею или на одну из баз в Тихом океане".

Кинг скептически прокомментировал прозвучавшее в марте заявление баскетболиста Денниса Родмана, который, погостив у Ким Чен Ына, сообщил, что тот хотел бы поговорить с президентом США Бараком Обамой: "Насколько я могу судить, это даже не правительство. Это больше похоже на семью представителей организованной преступности, управляющую территорией. Ким Чен Ын отличается жестокостью, подобно своему отцу и деду. Я считаю совершенно бессмысленными прямые переговоры с Северной Кореей. Они бы деморализовали наших союзников в Азии, определенно, в Южной Корее и, с моей точки зрения, не служили бы никакой конструктивной цели".

Вашингтон и Пхеньян не поддерживают дипломатических отношений, но участвуют в многосторонних переговорах о судьбе северокорейской программы ядерных вооружений и время от времени обмениваются посланиями через дипломатических посредников. В ответ на очередной раунд воинственной северокорейской риторики администрация Обамы усилила свой военный потенциал на Западном побережье Соединенных Штатов и провела учения в Южной Корее, где размещено около 30 тысяч американских военнослужащих. Эд Гиллеспи, бывший старший советник кандидата в президенты от Республиканской партии на выборах 2012 года Митта Ромни, в воскресном интервью телекомпании Fox News назвал эти действия Белого дома "разумной реакцией": "Я к тому же думаю, что администрации следовало бы не только усилить нашу собственную противоракетную оборону, но и обеспечить противоракетный щит для Японии и Южной Кореи. Эти страны, понятное дело, нервничают, и, на мой взгляд, было бы полезно сделать все возможное для их подстраховки. И, разумеется, хорошо было бы попытаться убедить китайцев в необходимости сделать что-то полезное для судьбы их собственного региона, в том числе – поддерживать контакт с Ким Чен Ыном".

Разрешение ситуации вокруг Корейского полуострова требует взаимной ответственности и сдержанности обеих сторон конфликта. К такому тезису сводятся заявления российского внешнеполитического ведомства. Для России вообще характерны попытки в равной степени дистанцироваться от мировоззренческих позиций Северной и Южной Кореи: диктаторский и демократический режимы рассматриваются при таком подходе как равные полноправные участники мирового сообщества. Это взгляд на межкорейский конфликт представляет заведующий отделом Кореи и Монголии Института Востоковедения РАН Александр Воронцов.

– Хотя Корейский полуостров считается местом перманентной напряженности, с 1968 года, когда возник кризис вокруг американского разведывательного корабля "Пуэбло", захваченного в плен северокорейскими ВМС, пожалуй, такого приближения к реальной войне не случалось. Сказался целый ряд факторов. Прежде всего – реакция международного сообщества (в первую очередь, союзников по военному альянсу США и Южной Кореи) на успешный запуск северокорейского спутника в декабре минувшего года, а затем – на третье ракетное ядерное испытание в феврале. Северокорейцы подтвердили: международные санкции их ядерную программу не останавливают.

Попытка оказать максимальное давление на КНДР осуществляется в том числе путем непрекращающейся череды военных маневров, причем в районах, непосредственно приближенных к территории КНДР. Заявляется, конечно, что это оборонительные маневры, что они направлены на сдерживание потенциальной агрессии. Но факт остается фактом: эти учения с большим привлечением сил, в этом году они расширены как горизонтально (это не только американо-южнокорейские маневры, в них участвовали Великобритания, Австралия, еще некоторые страны, в свое время вовлеченные в Корейскую войну), так и вертикально и проводятся с привлечением новых самых современных вооружений. Конечно, в такой ситуации любое государство почувствует себя неуютно, мягко говоря, и предпримет ответные действия.

Конечно, КНДР тоже пошла ва-банк, но пока действия Пхеньяна ограничиваются риторическими заявлениями, пусть и высокого накала: мы оставляем за собой право нанести превентивный ядерный удар, мы вышли из прежнего режима соглашений между Севером и Югом. Но и южане не отстают, Сеул решил говорить на том же языке.

– Вы связываете происходящее с относительно недавней сменой власти в Северной Корее? Может быть, это стиль поведения Ким Чен Ына?

– Лидер КНДР – молодой человек, у которого не так много опыта в управлении государством. Об этом много пишут: авантюризм, недостаток опыта. Кстати, его отца Ким Чен Ира, которого при жизни крайне нелицеприятно характеризовали, теперь иногда нет-нет да и похвалят в западной прессе: дескать, отец-то был мудрый, отец-то был опытный, отец-то был сдержанный, знал, где остановиться, знал, какую черту не надо переходить. А вот его сын – молодой и неопытный, может и дров наломать. Точный механизм принятия решений в КНДР неизвестен, но я лично склонен полагать, что в Пхеньяне продолжает действовать своего рода комбинированный стиль руководства, в котором все-таки присутствует коллективное начало. Ким Чен Ын не единолично принимает решения, хотя за ним сохраняется право последнего слова, но советуясь с узким кругом приближенных, со "старой гвардией".

– Вам известны особенности корейской политической психологии: это люди дела и слова или в данном случае отступление на миролюбивые позиции все-таки возможно?

– Заявления северокорейских лидеров идут почти каждый день – грозные, воинственные, запугивающие. Но при внимательном чтении выясняется: практически в каждом заявлении присутствует указание на то, что все эти грозные меры будут приняты, все сокрушающие удары будут наноситься в случае, если против КНДР предпримут агрессию. Такие указания находятся не в первых строках заявлений, но без сомнения: удар Пхеньяна видится как ответная мера. Тут можно и нужно видеть сигналы, говорящие о том, что все-таки ситуация не стала необратимой, и это логично предполагает наличие не захлопнувшейся еще двери к переговорам.

– В Пхеньяне у власти – не самый человеколюбивый и не самый предсказуемый политический режим. Какой должна быть разумная политика международного сообщества, в том числе России?

– Когда ситуация движется к войне, то в этом принимают участие обе стороны. Безусловно, настало время международному сообществу – и России, как государству, имеющему серьезные традиционные интересы на Корейском полуострове, – призвать обе стороны к сдержанности, чтобы снизился накал риторики, чтобы уменьшились масштабы маневров, чтобы они не проводились в спорных районах. Вот сейчас Южная Корея приняла решение провести новые учения с участием морской пехоты на тех самых островах в Желтом море, которые расположены в спорных акваториях. Пхеньян не признает легитимность, справедливость разграничительной линии, проведенной там в одностороннем порядке американским командованием в 1953 году. В этом районе неоднократно происходили боестолкновения (последний раз это случилось в ноябре 2010 года). Так что есть острая необходимость призвать обе стороны к проявлению сдержанности.

– Вы считаете, что этот конфликт нельзя рассматривать в простой схеме – "плохие против хороших", диктаторский режим Северной Кореи против демократической Южной Кореи?

– В примитивных схемах можно рассматривать любые события, но приводит ли это к приемлемому для международного сообщества результату? В жизни все гораздо сложнее и многоцветнее. В Южной Корее общество расколото, около 50% граждан выступают за продолжение политики примирения с Северной Кореей, а 50% – за продолжение жесткого курса, направленного на изоляцию, на оказание давления с целью смены режима. Игнорировать мнение половины населения тоже не очень демократично.

– Это все правильно, но в Северной Корее вообще пикнуть никто не может. Там как партия скажет – так и будет.

– Безусловно, КНДР – это другой политический феномен. Но что же, получается, "плохой парень" должен погибнуть, невзирая ни на что? А вместе с ним – и весь народ, который и пикнуть не может? Это что, тоже будет торжеством демократии и гуманизма? Военное решение в любом случае недопустимо. Корейский полуостров расположен по соседству с ядерными державами, Россией и Китаем. В Южной Корее – около 30 ядерных реакторов, которые могут стать объектом удара обычных вооружений и превратиться в десятки новых чернобылей и фукусим. Полуостров маленький, население сверхплотное, любая вспышка насилия приведет к таким гуманитарным катастрофам, что и соседям придется непросто, а для корейцев по обе стороны 38-й параллели она станет апокалипсисом, – считает московский востоковед Александр Воронцов.

Представитель Совета по национальной безопасности при Белом доме Кэйтлин Хэйден заявила, что администрация Обамы серьезно воспринимает новые угрозы из Пхеньяна. При этом Хэйден добавила, что подобные угрозы имеют долгую историю и объявление Северной Кореи о ее переходе к состоянию войны с Южной Кореей укладывается в уже хорошо знакомую схему.

Фрагмент итогового выпуска программы "Время Свободы"
XS
SM
MD
LG