Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Политолог Мария Липман о "списке Магнитского"


Сегодня в программе "Итоги недели" публикацию "списка Магнитского" и ответные меры Москвы комментирует политолог, эксперт московского Центра Карнеги Мария Липман. Вот фрагмент нашего разговора:

– Опубликование списка – это акт политики. В политике возможны и необходимы компромиссы. Я думаю, что именно это мы наблюдаем. Это результат переговоров, содержание которых нам неизвестно, но совершенно очевидно, что среди американских законодателей есть те, кто ратовал за гораздо более жесткое решение, за то, чтобы огласить список более подробный, с большим количеством имен и чтобы в этом списке были люди более высокопоставленные. На сегодняшний день крупных фигур в списке нет. Кто и с кем вел эти переговоры, можно предполагать, но мы этого не знаем.

– "Список Магнитского" пришел на смену поправке Джексона – Вэника, которая просуществовала несколько десятилетий. Возможно ли, что и этот список окажется долгосрочным средством, которое будет использоваться в разных ситуациях?

– Исключать этого нельзя. Тем более что в Соединенных Штатах есть люди, которые настаивают на том, чтобы этот список расширялся. Но, с другой стороны, видно, что администрация, в отличие от законодателей, не хочет обострения. Возможно, президент Обама посетит Россию в начале осени. Он не хочет совсем обрывать связи, а хочет иметь возможность взаимодействовать с российскими властями по тем вопросам, по которым это взаимодействие возможно: о Сирии, Иране, Северной Корее. Для того чтобы иметь возможность разговаривать, нужно, чтобы обострение отношений не шло по нарастающей. Со стороны американской администрации есть попытка вести более прагматичную политику. Законодатели – другое дело. Американский президент своими законодателями не управляет, в отличие от российского.

– А Москва сейчас настроена на обострение или на смягчение, на ваш взгляд?

– "Закон Магнитского" – очень серьезный сигнал со стороны Соединенных Штатов, который в России может быть прочитан таким образом, что Путин не способен защитить своих лояльных чиновников, что они уязвимы, что они находятся под ударом, что возможно расширение этих мер, со стороны европейских стран, возможно появление в списке имен более высокопоставленных чиновников. И Путин бессилен этому противостоять, видно, что у него рычагов нет. Это объективно его ослабляет в глазах российской элиты. Ситуация в России менее стабильная, чем прежде, все это осложняет процесс государственного управления, который строится на основе жесткого контроля. Для того чтобы этот контроль упрочить, российские власти, президент ведут политику, которая получила название "национализация элит", то есть ограничение возможности внешних факторов оказывать влияние на политиков, чиновников, требование перевести свои активы в Россию, их декларировать, запрет прямой на то, чтобы чиновники имели иностранные счета. Если бы у них иностранных счетов не было, то они были бы неуязвимы для "закона Магнитского". У тех, кто сейчас в этом списке, скорее всего, и так нет счетов, у них было много времени на то, чтобы вывести активы, если они были. Но теоретически, если список расширяется или если что-то подобное "закону Магнитского" возникает за границей, то это уже действительно напрямую угрожает российским чиновникам. Этим определяется российская позиция. Одна реакция – это то, что называется национализация элиты, ряд законов и новых норм, которые принимаются сейчас. И второе – если действительно Путин выглядит слабее, чем прежде, не может защитить от серьезных неприятностей лояльных чиновников, то он должен демонстрировать силу, если в реальности эта позиция ослаблена. Демонстрация силы происходит по линии чрезвычайно жесткой антиамериканской пропаганды, которая чем дальше, тем больше становится не только пропагандой, но и антиамериканской политикой. Так что реакция серьезная, и меры, которые осуществляются по линии национализации элит, в рамках преследования российских неправительственных организаций массовыми проверками по всей стране, такая установка на то, что иностранное, прежде всего американское, влияние внутри России мы не потерпим ни в какой форме, – это и есть тот ответ, который Россия дает на принятие "закона Магнитского", а теперь и опубликование списка.

Мария Липман

Мария Липман

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG