Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Правозащитница Хеда Саратова – о родителях братьев Царнаевых


Хеда Саратова

Хеда Саратова

Мать братьев Царнаевых Зубейдат еще в 2011 году была внесена, вместе с убитым неделю назад полицией старшим сыном Тамерланом, в так называемый "Список подозреваемых в связях с терроризмом TIDE", и ее несколько раз допрашивали в ФБР. Через некоторое время, в связи с отсутствием доказательств преступной деятельности, ее дело было закрыто. В четверг американские власти назначили Джохару Царнаеву, обвиняемому по делу о теракте в Бостоне 15 апреля, группу государственных адвокатов – как молодому и малоимущему эмигранту.

Главным адвокатом 19-летнего чеченца стала глава бостонского отделения Федерального агентства государственной защиты Мириам Конрад. Свой адвокат появился и у Анзора и Зубейдат Царнаевых, родителей Джохара и Тамерлана, после возвращения из США живущих в Дагестане. Одновременно стало известно, что Зубейдат Царнаеву, если она появится в США, ждет арест – по обвинению в краже одежды в магазине в Бостоне в прошлом году на сумму в 1600 долларов и неявке в суд по этому делу. Свою помощь семье Царнаевых сейчас предлагают многие чеченские юристы и правозащитники. В том числе – Хеда Саратова.


У Зубейдат Царнаевой есть какая-то своя версия, свое видение произошедшего?

– Какое может быть у нее видение, когда ее детей обвиняют в такой трагедии, где погибли люди? Естественно, она сострадает тем людям, которые пострадали, родственникам, но она не считает, что ее дети виноваты, пока идет следствие.

– Анзор Царнаев заявил, что считает своих детей жертвами заговора. Он не делился с вами своей версией?

– Он не считает своих детей виновными. Он говорит, что они стали инструментом в чьих-то очень грязных руках. Он не может понять, что случилось, и он собирается выехать в США, чтобы узнать, что там все-таки было, встретиться с друзьями, с людьми, с которыми общались его дети.

– Вам известно, что представляла собой беседа Зубейдат Царнаевой с агентами американских спецслужб в среду, в региональном ФСБ в Махачкале?

– Да, два дня они беседовали. Как сказала Зубейдат, они были очень добродушные на вид, очень обхаживали ее. Они говорили: "Если ваши дети не виноваты, то мы сделаем все, чтобы доказать их невиновность". Она не говорит, что приехали люди, которые пытались бы ее еще больше "добить".

– А сотрудники российского ФСБ и российских спецслужб задают ей какие-то вопросы?

– В основном задавали вопросы сотрудники ФБР.

– А кто представляет сейчас интересы семьи Царнаевых в Дагестане?

– Адвокат по собственной инициативе прилетел из Москвы – это Заурбек Цадаханов, он предложил свои услуги бесплатно.

– У них есть какой-то план действий?

– В первую очередь они хотят похоронить Тамерлана и попробовать посетить Джохара или каким-то образом узнать о его состоянии не из СМИ, а как-то поближе.

– Почему вы сами занимаетесь этим делом?

– Когда я услышала об этой трагедии, то не знала, что в преступлении обвиняются чеченцы. В любом случае, этот теракт вызывал море возмущения, боли. Тем более больно нам, чеченцам, которые прошли две жесточайшие войны, и тем более мне – я много знаю об этих войнах как правозащитник, я не покидала Грозного. И когда я узнала, что совершенно никого рядом с этими людьми, Царнаевыми, нет, я по собственной инициативе прилетела в Махачкалу, чтобы морально как-то их поддержать. Потому что, как мать, я понимала, насколько тяжело этой женщине одного сына потерять, и другого... Мне кажется, это просто было моим долгом.

– Какое впечатление на вас произвела эта семья?

– После приезда в Махачкалу я не сразу пошла в эту семью, я не знала этих людей раньше. Я стала искать людей, которые имели какой-то контакт с Царнаевыми, соседей, друзей, знакомых. И ни один человек ни одного плохого слова не сказал в адрес этой семьи. Это интеллигентная семья, которая пыталась дать образование детям, сделать все, чтобы они, как граждане, приносили пользу той стране, где они живут. Но, как видите, все получилось не так, как они планировали.

– А чем занимаются Анзор и Зубейдат? Почему они вернулись несколько лет назад на Кавказ из США?

– По внешнему виду Анзора видно, что он очень болен. Когда он решил вернуться из Америки, то сказал: "Я не хочу, чтобы мой труп увозили отсюда, я хочу умереть дома". А мама – домохозяйка. Анзор по профессии юрист, какое-то время работал, потом, по состоянию здоровья, ушел из дела. Они пытались тут открыть маленький магазинчик, начать маленький бизнес.

– На Северном Кавказе многие люди высказывают свое отношение и свои версии по поводу того, что произошло в Америке. Вы слышали что-то оригинальное?

– Многие люди считают, что эта семья невиновна в произошедшем. И многие их поддерживают, даже предлагают посильную помощь, чтобы найти адвоката для Джохара.

Фрагмент итогового выпуска программы "Время Свободы"

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG