Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Иностранные агенты в Берлине


Надпись, нанесенная 21 ноября прошлого года на здание, где размещается правозащитное общество "Мемориал"

Надпись, нанесенная 21 ноября прошлого года на здание, где размещается правозащитное общество "Мемориал"

"Иностранные агенты" или совместное гуманитарное пространство?" – так называлась конференция, которая прошла в конце прошлой недели в министерстве иностранных дел Германии в Берлине. Обсуждались состояние и перспективы сотрудничества неправительственных организаций России и Германии, гражданского общества двух стран. Повод для обеспокоенности, которую выражали многие участники конференции, понятен: недавние проверки российских некоммерческих организаций (НКО) на предмет иностранного финансирования, а также визиты сотрудников правоохранительных и налоговых органов в представительства немецких гуманитарных организаций в России.

В берлинской конференции участвовали 300 человек – представители НКО обеих стран (около ста было из России), а также немецкие политики, члены разных партий. Они обсуждали, как строить сотрудничество между представителями гражданского общества теперь, когда российские власти показали, что для них взаимодействие НКО с зарубежными странами, не говоря уже о финансировании из-за границы, является признаком "неблагонадежности".


Всего в России зарегистрировано чуть больше 400 тысяч собственных НКО (правда, далеко не все они ведут активную работу) и примерно 300 представительств НКО иностранных. Российские участники конференции в Берлине представляли, конечно же, не только те НКО, которые получают финансирование из-за рубежа – были и те, кто без него обходится. Например, "доктор Лиза" – Елизавета Глинка, ведущая свою работу на частные пожертвования и не привлекающая ни государственного, ни зарубежного финансирования. И все же работа многих организаций нуждается в иностранной поддержке, так как не находит достаточных источников средств в самой России. Таких кандидатов в "иностранные агенты", если верить Владимиру Путину, насчитывается 654, но насколько достоверна эта цифра? Ведь насчитали же для российского президента его помощники сумму в почти миллиард долларов – якобы такую помощь из-за рубежа, по словам Путина, получили российские НКО только за четыре месяца. Напомним, что руководители 60 НКО обратились к президенту с просьбой обосновать приведенные им данные, но ответа не дождались.

Создаваемая властями вокруг наиболее активных НКО атмосфера общественного отчуждения дает основания для самых мрачных прогнозов – среди вопросов, присланных Владимиру Путину во время недавней "прямой линии" с гражданами России, был и такой: "Будут ли судить иностранных агентов из НКО за измену Родине?". Уже сегодня, как рассказывали участники конференции, на них, еще не признанных агентами, а лишь подвергнутых проверкам, с подозрением смотрит не только часть общественности (порой доходит и до публичного шельмования и доносительства), но даже их собственные знакомые. А представители бизнеса разрывают с НКО деловые контакты.

О сложной ситуации, в которую попали российские НКО, говорил, в частности, глава Межрегиональной правозащитной ассоциации "Агора" Павел Чиков:


Атмосфера на самой конференции была дружественной и откровенной. Эмоциональные выступления некоторых российских участников, например, юриста и правозащитника Ольги Гнездиловой из Воронежа, эколога Николая Рыбакова из Петербурга, помогли немецким коллегам лучше представить себе нынешнюю атаку российской власти на наиболее активных и независимых представителей гражданского общества России.


Должны ли страны Евросоюза, в том числе Германия, указывать России на проблемы с правами человека, в том числе на трудности, испытываемые НКО? Перед европейской политикой в последнее время заново встал вопрос о методах воздействия на российские власти. Как отвечать на "закручивание гаек"? Некоторые из выступивших на конференции отмечали, что критика из-за границы теперь часто приводит к результату, обратному желаемому, а именно к ужесточению репрессий. Так, российский правозащитник Андрей Юров заявил, что, например, принятие в США "списка Магнитского" принесло гражданскому обществу России больше вреда, чем пользы.

Отдельные немецкие участники на конференции призывали умерить критику в адрес Владимира Путина и его политики. Их оппоненты, в том числе представители многих российских НКО, возражали: подобные настроения только на руку Кремлю. Где проходит оценочная граница, четко указала в своем выступлении депутат Европарламента и бундестага от партии зеленых Марилуизе Бек: "В Европейском суде по правам человека находится 1500 заявлений от граждан Германии и при этом 28 тысяч заявлений от граждан России. Вывод напрашивается: немецкое правовое государство функционирует все же иначе, чем российское. Наши граждане чаще всего имеют дело с неприятностями и барьерами со стороны бюрократии, но они все же живут, не подвергаясь личным рискам. Поэтому мы всегда должны высказывать вслух свое отношение к тому, что мы видим в России".

Указать на свет в конце тоннеля в том, что касается ситуации с гражданским обществом в России, попытались в своих выступлениях председатель Совета по развитию гражданского общества и правам человека при президенте РФ Михаил Федотов и его предшественница на этом посту Элла Памфилова. Федотову внушает надежду разрабатываемый в президентском совете закон об общественном контроле.


Он также указал на намеченный через месяц выход в эфир Общественного телевидения и на переход в 2015 году на цифровое телевещание на всей территории России. По словам Федотова, это позволит тем россиянам, которые сейчас подключены только к двум федеральным каналам, получить еще 20 новых и тем самым расширить свою информационную картину мира. Но при этом сам Федотов раскритиковал упования Эллы Памфиловой на стремительный рост числа пользователей интернета в России, отметив, что в интернете каждый находит то, что хочет, и сам по себе интернет не побуждает к гражданской активности.

Элла Памфилова, в свою очередь, призвала российское гражданское общество к "позиционной борьбе" за свои интересы:


Министр иностранных дел Германии Гидо Вестервелле, открывший берлинскую конференцию, заявил, что верит в возможность диалога и большей открытости в российско-германских отношениях, в том числе и в том, что касается проблем гражданского общества:


Немецкий историк, профессор Вольфганг Айхведе, присутствовавший на конференции, считает, что сам факт ее проведения министерством иностранных дел Германии, а также участие в работе форума многих активных критиков российских властей, говорит о многом. Айхведе усматривает в этом первые признаки изменения политики Германии в отношении России: по его словам, Берлин уже не только заботится о взаимопонимании с официальной Москвой, но и придает значение развитию гражданского общества в России. "На этой конференции начался диалог немецкого государства с российским гражданским обществом. Это позитивное событие, преодолевающее традиционный скепсис немецкой политики в этом вопросе", – полагает профессор Айхведе. По его словам, гражданское общество в России развивается, несмотря на все трудности, создаваемые нынешней властью.


Результатом берлинской конференции для россиян стала возможность высказаться и найти новых партнеров, а потенциальные немецкие доноры российских НКО смогли обсудить, какими способами они могли бы оказывать помощь более эффективно – в новых условиях, сложившихся в России.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG