Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
1 мая в Лондонской школе экономики и политических наук с программным заявлением выступил вице-премьер правительства России Владислав Сурков. В своем выступлении он коснулся особенностей политической системы России, дал новое определение понятия "суверенная демократия", поговорил о проекте "Сколково" и заверил присутствующих, что нынешняя политическая система России победила оппозицию.

Владислав Сурков курирует в правительстве вопросы инноваций, поэтому его лекция была анонсирована под названием "Инновации в России: планы и перспективы". Однако никакой лекции практически не было. Сурков в самом начале объявил, что не хочет поучать присутствующих и намерен отвечать на вопросы. Говорил он по-русски. В небольшой зал в здании "Клемент-хауза", где выступал Сурков, допускали по специальным билетам только студентов и преподавателей Лондонской школы экономики и представителей прессы. Бросалась в глаза необычная для таких лекций усиленная охрана. У входа в здание гостей встречала протестная акция базирующейся в Лондоне правозащитной организации "Говорите громче!", объединяющая живущих в Британии гражданских активистов – выходцев из России и бывших советских республик. Участники акции держали в руках плакаты с требованием зачислить Суркова в "список Магнитского". Рассказывает координатор движения "Говорите громче!" Андрей Сидельников.

Мы считаем, что Сурков является одним из архитекторов путинского режима, представителем жуликов и воров, и должен быть включен в известный "список Магнитского". Как известно, там на сегодняшний день 18 фамилий. Мы вышли в масках Суркова и с плакатами "Список Магнитского, № 19". Надо сказать, что на его лекцию пришло не так уж много людей. Были беспрецедентные условия охраны, Сурков испугался пройти через главный вход, около которого мы стояли, его завели и даже вывели через черный ход. Приезжал незадолго до его приезда посол РФ Яковенко, он видел наш пикет, сфотографировал нас. Мы посмеялись, что трусость не позволяет Суркову открыто пройти мимо людей, выражающих свою позицию.

Присутствующие в зале британские журналисты задавали Владиславу Суркову довольно острые вопросы. Первый вопрос касался коррупционного скандала в инновационном проекте "Сколково", который сейчас расследуется Следственным комитетом России. Сурков, являющийся членом попечительского совета этого проекта, отрицал коррупцию в "Сколково", назвав его "одним из самых чистых проектов России". По словам Суркова, его руководителям незачем воровать, поскольку они очень богатые и успешные люди. При этом Сурков и себя назвал "не самым бедным человеком", напомнив, что до работы в администрации президента десять лет занимался бизнесом и был одним из самых успешных бизнесменов в своей сфере. Сурков посетовал на то, что Следственный комитет своей избыточной энергией наносит репутационный ущерб проекту "Сколково". Отвечая на вопрос о сущности политического режима современной России, Владислав Сурков заметил, что он прекрасно функционирует, адаптировался к новым условиям и, проявив жесткость, победил несистемную оппозицию. По его мнению, политическая система России полностью отвечает состоянию российского общества.

У нас происходит нормальный процесс, который отражает эволюцию общества в той степени, в которой она состоялась, ни больше и ни меньше. Потому что бежать впереди органических изменений в обществе, которые происходят всегда, потому что общество – живая структура, опасно, не нужно забегать слишком далеко, но и отставать от общества тоже нельзя. Я уверен, что наша политическая система идет в ногу с обществом. Мы имеем в России такую политическую систему, которая отражает состояние менталитета и души российского народа.

Представляя Суркова слушателям, профессор Лондонской школы экономики Джанет Хартли назвала его автором концепции суверенной демократии. Однако Сурков отказался от авторства, заявив, что заимствовал этот термин у американских и итальянских политологов. В Лондоне он предложил новый вариант этого понятия, сведя его к открытости страны для иностранных инвестиций.

Инструменты суверенитета открытой страны, сохранившей нейтралитет, несколько отличаются от инструментов защиты суверенитета страны закрытой. Для нашей страны, которая проходит период трансформации – еще до конца не прошла, это важно. Я не думаю, что это сильно важно для английской демократии, здесь все давно понятно и никаких дискуссий это не вызывает. Но страна, которая еще 30 лет назад была абсолютно герметичной, была абсолютно закрытой, понимала суверенитет как изоляцию фактически, было важно разъяснить, что возможен другой суверенитет, что можно сохранять идентичность по-другому, другими способами. И в этом смысле задача была доказать, что иностранные инвестиции не опасны для суверенитета России, а, наоборот, полезны.

Отвечая на вопрос, не считает ли он, что то, что называют в России стабильностью, на самом деле превратилось в застой, Владислав Сурков сказал, что был бы рад застою, но жизнь в России слишком беспокойная, очень бурная, динамичная, и что в такой ситуации о застое не может быть и речи. Застой позволил бы власти немного расслабиться, но застоя в России, по его словам, не получается. Главную задачу, стоящую перед страной, Сурков связал с выходом за пределы, как он выразился, "парадигмы военно-сырьевой державы". Российский вице-премьер назвал это "экзистенциальным выбором, стоящим перед страной, выбором ее будущего существования".

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG