Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Мыслящий тростник и русская словесность


Фома Торопов, Натюрморт, 1846

Фома Торопов, Натюрморт, 1846

Несколько лет назад в Третьяковке проходила памятная мне выставка. В полном соответствии со своим названием – "Цветы" – она была полностью посвящена флористическим мотивам в русском изобразительном искусстве, от иконописи до наших дней. Тема рискованная, легко впасть в жеманность, а то и устроить банальный парад натюрмортов, но ни того, ни другого не произошло. Живопись, графика и скульптура были подобраны так, что состоялось целое исследование о том, как в русской культуре менялись с годами эмблематика, символика и эстетические идеи.

Середина XVIII столетия. Парадный портрет императрицы Елизаветы обрамлен пышным барочным венком. Венок венчает цветок подсолнуха. Это символ солнца, дорогая диковинка, недавно, при Петре Первом попавшая в Россию из Голландии. Для красоты подсолнухи высаживают в садах вельмож и у кремлевских стен.

В XX веке это уже простонародное растение, перекочевавшая в деревенский пейзаж сельхозкультура, про которую чаще, по метонимическому переносу, говорят "семечки". Их на завалинке лузгают.

Схожую по смыслу с той давней выставкой работу только что завершила ведущий научный сотрудник Института русского языка имени Виноградова Зоя Петрова. На днях на институтском Ученом совете утвердили к печати ее рукопись "Материалы к словарю метафор и сравнений русской литературы XIX–XX вв. – “Растения".

Слово "материалы" в этом длинном названии поставлено не иначе как из научного педантизма. "Просто мы так решили назвать, потому что входящий сюда материал – это вещь гибкая, пополняемая, меняющаяся", – говорит Зоя Петрова. Но вообще-то ею создан полноценный словарь.

Когда он увидит свет, никому не ведомо, но кое о чем автор согласилась рассказать уже сейчас. Как и кураторы выставки в Третьяковской галерее, Зоя Петрова строит словарь по принципу диахронии, то есть показывает эволюцию каждого класса тропов на протяжении двух веков существования русской литературы.

В словарных статьях для метафор и сравнений есть особая классификация. В ней отражается то, что именно сравнивается с растениями – человек, время и окружающий мир. В свою очередь, есть градации для понятия "человек". В русской литературе немало примеров, когда с растениями сопоставляется человек как живое существо – и части его тела, и фазы человеческой жизни. Следующий срез – "человек как разумное существо", то есть его интеллект, эмоции и характер. Затем "человек как социальное существо". Здесь имеются в виду различные реалии общественной жизни. Все это сравнивается с различными видами растений. Все это берется из конкретных текстов XIX–ХХ, теперь уже и XXI веков русской художественной литературы, т. е. прозы и поэзии.

В качестве примера возьмем опорное слово – "растение". Лермонтов: "Мы, дети севера, как здешные растенья.//Цветем недолго, быстро увядаем...". Гончаров об Обломове: "Его как будто невидимая рука посадила, как драгоценное растение, в тень от жара, под кров от дождя, и ухаживает за ним, лелеет". И еще пример с другим словом – цветок. Бальмонт: "Счастье души утомленной –//Только в одном://Быть как цветок полусонный//В блеске и шуме дневном".

Разумеется, в словарь попали и отдельные растения, и все виды, которые встречаются в художественных текстах, то есть деревья, кусты, цветы, плоды. Среди плодов – фрукты, овощи, ягоды, орехи. Есть даже грибы, водоросли и мхи.

Существуют отдельные слова, которые в качестве метафор и сравнений наблюдаются на всем периоде существования русской литературы. Например, тропы со словами "роза", "лилия", "цветок", "цвести". А основная тенденция – это расширение круга видовых обозначений разных цветов. Например, если закат и заря в XIX веке сравнивались только с розами, то в ХХ веке с разными видами других цветов – георгин, желтофиоль, с разными даже редкими видами. Луна сравнивалась раньше с небольшим кругом плодов, там был апельсин, лимон. Сейчас появляется даже манго.

Вообще в ХХ веке образные параллели часто разветвляются и умножаются за счет экзотизмов. Северянин этим отличается. Например, у него появляется Виктория Регия. "Наша встреча – Виктория Регия://Редко, редко в цвету..." В XIX веке, конечно, не было таких экзотических названий.

Экзотики не чурается и литература наших дней, только обычно она приправлена изрядной дозой иронии. Вот строчки из стихотворения Елены Фанайловой:

"Ты видишь: меж оконных рам аптеки либо почты
Зимой, когда небесные созвездия остановились,
Друг другу кажут нежные бледно-зеленые пупочки
Античные герои: кливия и амариллис".

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG