Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Кружок или школа Гуровой – это сама Татьяна Гурова, экономист, соредактор журнала "Эксперт", ее соавторы и коллеги. Из этого кружка вышла Либеральная платформа партии "Единая Россия". Если бы все было так, как на бумаге, то мы бы уже услышали, что возникла платформа не партии или в партии, а против партии. Как можно было бы иначе расценить заявление, что время пребывания ЕР в "административном заповеднике исчерпано"? Ее призывают отныне побеждать в честной политической борьбе. Только так, мол, можно "реализовать либеральные ценности: свободу, частную собственность, справедливость, солидарность, суверенитет". Но при этом – и тут главная особенность затеи – не смотреть на Запад как на свет в окошке.

Заходят издалека: от "двух голов российского орла", почвенников и славянофилов, которые по сей день, мол, представляют собой "две реальные политические партии России", спорящие все о том же: "копировать Европу или строить свое". Сталина почитают как почвенника: восстановил империю, организовал "беспрецедентно быструю индустриализацию", а чтобы не мешали западники-революционеры, уничтожил их "политически и физически". С горбачевской перестройки, сокрушается Гурова, – "опять западнический проект". У него были достижения и удачи, признает она, но это все относит к прошлому. К сегодняшним дням, по ее оценке, "западники истощились". Истощились, "но продолжают контролировать власть". В этом причина того, что "страна забуксовала". Почвенниками чувствуют себя бизнесмены-производственники, мечтающие, как им и положено, о дешевых кредитах. Идет перетягивание каната. Западники, сознавая слабость России, стремятся встроить ее "в мировые экономические сети". Это было бы неплохо, признают почвенники, но ведь мир, дескать, может "высосать оставшиеся у России силы". Во избежание такой судьбы они хотели бы полагаться больше на себя и на свой карман, чем на иностранцев с их капиталом.

Ошибется тот патриот, который уже готов присоединиться к призыву Гуровой поступить с западничеством по-сталински. Во-первых, такого призыва нет. Во-вторых, в отказе от такого решения и состоит ее изобретение. Предлагается не больше и не меньше, как узаконить борьбу западников и почвенников, собрав
Разные философии бытуют не в схватке под ковром, а в рабочем компромиссе – в тандеме, можете себе представить, ибо "тандем существует"
их в две мощные политические партии. Поймите, пишет и пишет Гурова, "западничество и почвенничество – это исторический, а значит, органический, естественный фронт политической борьбы в России, его и надо институциализировать"! Когда это произойдет, о, тогда начнется Жизнь с большой буквы, обещает она. Почвенники будут хлопотать о национальном капитале, о дешевом кредите, строить дороги. Будут, правда, проявлять чрезмерное рвение, защищая отечественных бракоделов и слабаков от международной конкуренции, но тут будут начеку западники. Западники, в свою очередь, будут перегибать в "стремлении слиться с сильными западного мира и быть поглощенными ими", но тут будут бдеть почвенники. Западники будут стараться держать как можно больше денег в Москве, почвенники – размазывать их по стране, чтобы не хирела провинция. Так будет писаться, восклицает г-жа Гурова, "настоящая политическая драма". Это вам не первые времена западников и славянофилов, когда они просто дружили салонами.

И ведь есть, по ее мнению, не только исторические, но и современные политические предпосылки. Она видит перед собой в одной упряжке такого почти западника, как Медведев с его либералами, и такого почти почвенника, как Путин со государственники. Вот как везет России! Разные философии бытуют не в схватке под ковром, а в рабочем компромиссе – в тандеме, можете себе представить, ибо "тандем существует". Так что осталось просто превратить "Народный фронт" в партию почвенников – и полдела сделано. Остальная половина сделается сама собой: увидев готовую партию почвенников, западники организуются сами, без подсказки сверху. Да, а в идеологию партии почвенников предполагается вживить и советизм Сергея Кургиняна. "Десять и даже пять лет назад это казалось безумием, – пишет Гурова. – Сегодня это безумием не кажется", ибо она оценила, наконец, все значение примера сталинской опоры на собственные силы, а также идею всестороннего развития личности. "Не этого ли прекрасного чувства полета мы хотим?" После этого понятно, почему решено, что важной для нации задачей является "реабилитация ее истории", и почему не объясняется, каким судом, когда и в связи с чем она, "история нации", была осуждена, каков был приговор, а также кем и с какой стати он должен быть отменен, – все ясно и так.

Лысенковщиной назвал недавно Сергей Дубинин известные глазьевские рецепты. Он, видимо, решил, что употребить выражение "бред реформаторства" было бы грубостью. На что-то такое тянет и проект Гуровой, чем, видимо, и объясняется равнодушие публики к нему. Такие вещи люди уже чувствуют. Но надо признать, что это, пожалуй, самый милый из завиральных проектов обустройства России, что бродят по ее просторам.

Анатолий Стреляный – писатель и публицист, ведущий программы РС "Ваши письма".

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции РС.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG