Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Испанская церковь: примирение с обществом


Нищий на ступенях одной из церквей в Мадриде

Нищий на ступенях одной из церквей в Мадриде

В Испании в воскресенье состоялась беатификация так называемых «мучеников XX столетия». Речь идет о причислении к лику блаженных более 500 священников, семинаристов и монахов, которые стали жертвами гонений на католическую церковь в Испании в 30-х годах прошлого столетия, в преддверии и во время гражданской войны.

Церемония состоялась в городе Таррагона, на восточном побережье страны. На ней присутствовало 25 тысяч человек: посланец папы римского кардинал Анджело Амато, 104 епископа, 1200 священников, а также монахи, родственники новомучеников, члены испанского и регионального каталонского правительства, парламентарии, верующие и неверующие. Делегацию Русской православной церкви возглавил протоиерей Кирилл Каледа, настоятель храма Новомучеников Российских в Бутово.

Разумеется, ни один храм не мог вместить такое количество людей, а посему беатификация проходила под открытым небом. Таррагона была выбрана для этой цели не случайно: многие из тех, кто был причислен в этот день к лику блаженных, происходят именно из этого города. О ком идет речь? Как отмечает генеральный секретарь Испанской епископальной конференции монсеньор Хуан Антонио Мартинес Камино, «это, к примеру, престарелые монахини из ордена Дочерей милосердия, которые ухаживали за больными. Или братья из ордена Иоанна Божьего, работавшие в приютах – их схватили в обеденный час, когда они кормили детей-инвалидов. Все они были расстреляны лишь по одной причине – за свою принадлежность к церкви и за свою веру».

Испанские республиканцы во время гражданской войны символически расстреливают статую Христа

Испанские республиканцы во время гражданской войны символически расстреливают статую Христа

Епископ считает, что XX век дал миру больше мучеников-христиан, чем какое-либо иное столетие. И подтверждает свои слова цифрами:
«Мы говорим о «мучениках XX столетия», употребляя термин, который ввел в обращение папа Иоанн Павел II. Речь, разумеется, не идет лишь об Испании. С 1917 года носители тоталитарных идей в Европе ополчились против религии: они считали ее «опиумом для народа» и пытались всеми силами уничтожить. Мы знаем, что в Испании были убиты 12 епископов. А в России? 250 епископов Русской православной церкви! В Испании погибли 7 тысяч священников, семинаристов и монахов, а в России преследованиям подверглись около 200 тысяч! Список «мучеников XX столетия» дополняют тысячи жертв религиозных гонений в других странах. Таким образом, XX век дал нам больше мучеников церкви, чем все предыдущие столетия вместе взятые».

Беатификация в Таррагоне, по словам Мартинеса Камино – это не только дань жертвам гонений на служителей веры, а повод для того, чтобы вспомнить обо всех жертвах тоталитарных идеологий: «Разумеется, мы прекрасно знаем и помним, что речь идет не только о потерях, которые понесла церковь. Жертвы злодейства исчисляются десятками миллионов. Людей убивали за то, что они принадлежали к определенной нации, расе, к определенной идеологии. Мы вспоминаем с болью и любовью все эти жертвы».

Епископ обращает внимание на то, что беатификация имеет исключительно религиозный, а не идеологический характер. Речь не идет о том, чтобы ворошить историю, кого-то осудить или предать анафеме: «Церковь всего-навсего поступает в своих традициях. Мученики существовали у нас всегда – со времен Иисуса Христа: «Если Меня гнали, будут гнать и вас…». Одновременно речь идет о мистерии борьбы со злом. На зло христиане должны отвечать не злом и насилием, а терпением, прощением и любовью. В Испании, разумеется, не все верят в Бога, не все ходят в церковь, но мученики и святые – это пример самопожертвования и гуманизма для всех».

Епископ Хуан Мартинес Камино. Фото Виктора Черецкого

Епископ Хуан Мартинес Камино. Фото Виктора Черецкого

Беатификация в Таррагоне – не первая, касающаяся пострадавших за веру от рук левых экстремистов в 30-е годы. Тогда Испания стала ареной гражданского противостояния – октябрьского вооруженного восстания 1934 года и войны 1936-39 годов. В ходе войны жестокости проявляли обе стороны, включая и националистов, несмотря на то, что они выступали в роли защитников консервативных католических ценностей и христианских идеалов от гонений со стороны радикальных приверженцев Республики.

С тех пор страна, разумеется, изменилась. Как отмечают испанские социологи, церковь перестала быть объектом неприязни в обществе. В какой-то степени причина этого изменения – позиция самой церкви. В отличие от времен диктатуры генерала Франко, последовавшей за победой националистов в гражданской войне, церковь более не вмешивается в дела государства и семьи и тем более не является частью государственного репрессивного аппарата. Рассказывает мадридский социолог Фернандо Гутьеррес: «Перед лицом экономического кризиса и массовой безработицы церковь сосредоточилась на благотворительной деятельности. Вместе с тем, она продолжает активно действовать в сфере среднего и высшего образования. У нас сейчас было бы значительно больше голодных и бездомных, если бы не церковь с ее бесплатными приютами и столовыми. В этом году она помогает почти двум миллионам человек – наиболее нуждающимся».

Испанские налогоплательщики, заполняя ежегодную декларацию, имеют возможность выбрать, пожертвовать ли часть своих налогов светским общественным организациям или церкви. Подавляющее большинство выбирает церковь. Почему? Публицист и писатель Фернандо Санчес Драго, известный своими левыми убеждениями, бывший активист компартии Испании, объясняет этот феномен на собственном примере: «Я не верующий, я не христианин, тем не менее я уже многие годы предпочитаю давать деньги церкви. Дело в том, что на протяжении всей моей жизни я неоднократно убеждался, что помогать бедным лучше всего через церковь. Это своеобразная гарантия того, что твои деньги будут использованы по назначению, а не разворованы».

Такая позиция не удивительна, ведь в последние годы Испанию потрясают коррупционные скандалы. Разоблачают всех: правых и левых, политиков и бизнесменов, профсоюзных деятелей и даже членов королевской семьи. Все это вызвало определенное разочарование в светских общественных институтах и заставило многих испанцев вновь обратиться к церкви. По статистике, только за год практикующих католиков в стране стало на 2% больше. Ну а общее число верующих здесь, по европейским стандартам, остается высоким: 40,9% испанцев регулярно посещают мессы, а еще 32%, хотя в церковь часто не ходят, но заявляют, что являются католиками: венчаются, крестят детей и отпевают покойников в церкви.
XS
SM
MD
LG