Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Гражданская война в Бирюлеве развивается в двух направлениях. С одной стороны, восставший народ громит торговый центр и овощебазу, сжигает машины, сметает палатки, сооружает баррикады, вступает в бой с полицией, и счет задержанным идет уже на сотни. С другой стороны, власть на всякий пожарный перекрывает Манежную, передислоцирует на подмогу полиции новые отряды ОМОНА, поднимая по тревоге весь столичный гарнизон, и судорожно клянется немедленно найти и арестовать убийц Егора Щербакова. Молодого человека зарезал неизвестный гражданин "кавказской внешности", и вот уже Собянин, Якунин, Колокольцев рапортуют и объявляют, что преступление будет раскрыто.

Это старая гражданская война, она началась не сегодня и не в Бирюлеве, и не завтра кончится.

Если ограничиваться рамками новейшей истории, то, конечно, надо говорить о двух кавказских войнах. О дважды снесенном с лица земли Грозном, о зачистках и пыточных концлагерях, о Шаманове и Басаеве, о Ельцине, Путине и клане Кадыровых. Нет, говорить об этом следует не в оправдание того отморозка, который спровоцировал драку в Востряковском проезде и убил Егора Щербакова. А для того, чтобы лучше понять происходящее и хотя бы самим себе объяснить, почему межнациональные отношения в России приобретают катастрофический характер. Особенно на окраинах больших городов, где преимущественно селятся мигранты. Особенно в Москве.

Это безнадежная история.

Дудаев возмечтал о независимости и получил бойню. Путин, объявленный преемником непопулярного Бориса Николаевича, возжелал поднять рейтинг, и в Москве взорвались дома, и гражданам стало страшно, и началась новая бойня, и преемник триумфально избрался в президенты. В итоге в той же Чечне, отчасти и в соседних республиках, выросло поколение, которое никогда не ходило ни в какую школу, зато прошло уникальную школу жизни, научившись собирать-разбирать автомат, подкладывать мины, резать горло пленным и ненавидеть – со всей страстью, от живота веером тех, с кем воевали и выиграли первую, но проиграли вторую войну. У них тоже подросли дети и потянулись с нищего Кавказа, из мертвого сверкающего города Грозного в ту же Москву, и тут обозначился конфликт, который иногда называют конфликтом цивилизаций.

Конфликт этот, очевидное продолжение двух чеченских войн, протекает по-разному. Явно и скрытно. Случается, в форме чудовищного теракта, и страна оплакивает жертв "Норд-Оста" и Беслана. Еще бывает так, что вспыльчивый танкист с крепкими пальцами выходит на свободу и гибнет средь бела дня в центре Москвы, – и это тоже война, хотя так не хочется верить, что она продолжается. Или же убивают футбольного фаната, и милиция на Манежной с трудом спасает от линчевания кавказцев, совершенно непричастных к преступлению, и президент страны, желая успокоить общество, возлагает цветы на могилу Егора Свиридова. Еще бывает, что возбужденный глава местной администрации смотрит футбол и, возмущенный ничейным счетом на табло, кричит на весь стадион в матюгальник, что судья – продажная, и это опять-таки война, хотя и в комичной форме, потому что чеченцы играют с русскими. Или вот как сейчас, когда в ответ на убийство в государствообразующем народе вскипает ярость и восставшие дерутся с государствообразующим спецназом.

То есть все это можно в конце концов объяснить, если удержать в себе ярость, растерянность, отчаянье. Даже про того мерзавца, что зарезал ни в чем не повинного парня, наверное, можно сказать что-нибудь осмысленное. Дескать, дети и внуки войны, заточенные на ненависть и бессмысленную агрессию. И про мародеров, грабивших торговый центр "Бирюза", тоже, вероятно, можно высказаться не то чтобы в примирительном, но в сострадательном ключе. Типа они так потрясены убийством, что желают отомстить владельцам товаров, которые по происхождению чужаки. Невозможно только понять, что дальше делать. Как выходить из этого тупика.

Ясно лишь, что ситуация накалена. До того предела, за которым начинается развал государства. Что это государство, увлеченное сооружением духовных скреп и сочинением сеющих рознь маразматических законов, упустило реальные проблемы. Как раньше, затевая маленькие победоносные войны, не желало ни думать, ни прислушиваться к предостережениям о том, что такие войны легко начать и невозможно окончить.

Впрочем, сейчас, как всегда, нет времени размышлять об этих тонких материях. Гражданская война в Бирюлеве может погрузить огромный город в смуту, и надо как можно скорей отыскать убийцу, за поимку которого уже объявлена щедрая награда. А это значит, что кого-нибудь да поймают в ближайшие дни или недели, хотя совсем не значит, что поймают непременно убийцу. Что же касается войны, то она продолжается, заглатывая все новые жертвы и совершая бесконечный путь от Урус-Мартана до Чернокозова, оттуда в Буденновск и далее везде, по непредсказуемым маршрутам, даже с заездом в Бостон. Теперь вот и до Бирюлева докатилась, хотя где Бирюлево и где Кавказ.

Илья Мильштейн – политический комментатор и публицист

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции РС.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG