Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Александр Генис: Нобелевская премия по литературе, впервые доставшаяся канадскому автору, знаменитой рассказчице Элис Манро, очень кстати напомнила миру о существование богатой и самобытной культуры Канады, которая развивается независимо, а часто и в споре как со своей американской соседкой, так и с английской метрополией. Сегодня Андрей Загданский представит еще одного канадского художника, и тоже даму - кинорежиссера Сару Полли.

Андрей Загданский: Фильм, о котором я вам сегодня расскажу, называется по-английски «Stories we tell», то есть «Истории, которые мы рассказываем». Режиссер фильма, автор, сценарист и участник фильма очень молодая женщина из Канады, зовут ее Сара Полли.

Александр Генис: Интересно. что она не просто канадка, а она - гордая канадка, которая сказала, что она никогда не уедет из своей страны, потому что Канада должна бороться за собственную культурную независимость от американского культурного империализма, например, от «Диснея».

Андрей Загданский: У картины уже несколько престижных наград, в первую очередь канадских, и приз Ассоциации канадских кинокритиков. Фильм этот не первый у Сарры Полли, она автор сценария и режиссер фильма, номинированного на «Оскар», о паре пожилых людей. Героя зовут Грант, героиню Феона. У Феоны болезнь Альцгеймера, и она оказывается в больнице навсегда. Для ее мужа Гранта начинается иная, очень трудная жизнь. Но трудности не исчерпываются только болезнью Феоны, которую играет замечательная - великая! - актриса Джулия Кристи. Феона переносит свои нежные чувства на новый объект — немого, прикованного к инвалидной коляске пациента того же медицинского учреждения. Фильм был номинирован на «Оскара», в том числе и за лучший сценарий, который написала Сара Полли совместно с автором короткого рассказа. И сделала свой первый фильм Сара, когда ей было всего-то 26 лет.

Александр Генис: Следует назвать этого автора рассказа: Алис Манро, та самая писательница, которая только что получила Нобелевскую премию по литературе. Рассказ, впервые опубликованный в “Нью-Йоркере” ”Медведь пришел с гор” - извилистый, подробный и душещипательный отчет о любви в глубокой старости. Интересно, что такой молодой режиссер увлекся этой темой.

Андрей Загданский: Действительно, любопытно. Новая картина Сары принадлежит по своему жанру к категории семейного фильма. Нет, это не фильм для всей семьи — это фильм о своей семье, о тайнах своей семьи, семьи Сары Полли. В фильме принимают участие все - братья, сестры, отец, друзья отца и матери. Все, кроме матери Сары Дианы, она умерла, когда Саре было 10 лет. И теперь Сара просит всех рассказать всю историю с самого начала. Два брата, две сестры и все остальные начинают рассказывать. И отец Сары Майкл Полли читает с листа в студии большой литературный текст о Диане, об их знакомстве.
Итак, какой же нам представляется Диана в рассказах тех, кто ее знал и какая тайна ждет нас, зрителей? Диана предстает в рассказах близких как очень энергичная, живая, яркая женщина, которая начинала свою карьеру актрисой, она познакомилась с отцом Сары, когда увидела его в спектакле на сцене, «где я играл персонажа, который был абсолютно далек от меня, - говорит Майкл, — смелый, энергичный, решительный. Персонаж был всем тем, чем не являюсь я, и Диана влюбилась не в меня, а в того персонажа, в человека, которым я не был».
Так нам рассказывают истории многими голосами члены семьи Полли. Диана работает из дома в Торонто, ее собственная актерская карьера в этот момент позабыта, и она руководит кастинг-агентством. И вдруг неожиданно ее приглашают в Монреаль, чтобы принять участие в спектакле. Майкл соглашается остаться с детьми и отпускает Диану в Монреаль. К этому времени у Майкла и Дианы уже двое детей, и у Дианы двое детей от предыдущего брака.
В Монреале спектакль идет вот уже несколько месяцев, когда впервые Майкл приезжает навестить Диану. Былые чувства вспыхивают заново, они проводят время вместе, занимаются любовью с былой страстью. И так получается, что когда Диана возвращается домой, она беременна. Диана уже в возрасте, она подумывает об аборте: боится родов, боится позднего ребенка. Но в последний момент раздумывает делать аборт и так родилась Сара — автор фильма. Сара растет, в семье подшучивают, что она не очень-то похожа на отца. Подшучивает и сама Диана, подшучивает, как говорит одна из ее подруг, немного чересчур, как актер, переигрывающий свою роль. Спустя какое-то время после смерти Дианы становится ясно, что Майкл, который вырастил Сару, вырастил один после смерти Дианы, не ее родной, точнее, не ее биологический отец. Тогда кто же ее отец? Если не Майкл, то это тот, с кем Диана познакомилась в Монреале.
Все эти интервью, все эти разговоры близких, друзей сопровождают очень точно стилистически сделанные актерские постановочные эпизоды, в которых актеры играют и молодую Диану, и молодого Майкла, и всех остальных значимых или не значимых, второстепенных участников истории. И все эти актерские съемки сняты в стилистике домашнего видео или старых киносъемок на любительскую камеру. Они грешным делом обманули даже меня, в какой-то момент я подумал: неужели в семье так много и так детально снимались многие события? Так похожи актеры на молодых участников фильма. Но все это еще потому, что постановочные эпизоды так замечательно ловко смешаны с настоящими домашними съемками, что создается ощущение полного обмана.
Развязка, которая происходит с Сарой в фильме - это не столько обретение ее биологического отца, который, конечно же, из Монреаля, который был влюблен в Диану и который все это время надеялся, что она уйдет от Майкла к нему. Нет, этого не произошло. И может быть потому, что она однажды уже ушла от своего первого мужа, и суд оставил детей с ее первым мужем, и она смогла встречать своих старших детей лишь раз в неделю. Дошло до того, что в Торонто городская газета написала о легкомысленной женщине, которую в интересах детей лишили материнства. Но Майкл вырастил Сару и считает ее своей дочерью.
В этом фильме очень много сюжетных поворотов и самый важный, самый серьезный - финал фильма,, где задается вопрос - собственно говоря, чья же это история? Потому что все происходит в очень артикулированной, артистической театрально-продюсерской семье и каждый считает, что история, которая произошла с Дианой — это по сути дела его история. Так считает биологический отец Сары, театральный продюсер и кинопродюсер из Монреаля, который был влюблен в женщину, надеялся, что она уйдет к нему с его ребенком. Он знал, что у него родилась дочь, но был отрезан от ней, ибо хранил верность принятым обязательствам - молчать о своем романе? Или же это история Майкла, родного отца Сары, который считает, что это история его жизни, его отношений с Дианой? Или это история Сары, которая рассказывает историю своего рождения и тайны, которая скрывалась в ее жизни? Или же это история самой Дианы, которой уже нет, но которая смогла объединить таких разных людей?

Александр Генис: То, что вы описываете, составляет центральную идею постмодернистской эстетики — отсутствие одной правды. Мы не можем сказать ни чья это история, ни кто в ней прав, но главное — мы не можем доверять рассказчику. А ведь наше классическое представление об искусстве подразумевает доверие к автору. Но мы никогда не можем узнать истины, потому что мы ее меняем своим вмешательством. Собственно говоря, это и есть главное правило квантовой механики: мы не можем проводить эксперимент, не изменив реальность. Знаете, как я принял для себя, что такое квантовая механика, что означает это правило? Это означает, что вскрытие показало, что больной умер от вскрытия.

Андрей Загданский: Принцип неопределенности. Нельзя одновременно измерить положение частицы и ее скорость. Как только вы начинаете изменять одно, вы меняете другое. Вы знаете, наверняка ваше суждение о фильме абсолютно правильное, это уже с одной стороны не ново. Но очень важно в этой картине подчеркнуть свое право на повествование: “Это моя история, я вижу ее так”. И каждый из них по-своему прав: в действительности это не одна история — а их множество.

Александр Генис: Собственно говоря, это все тот же постмодернистский принцип, который отменил историю как большую наррацию. Нет больше истории человечества, есть история женского человечества, “гендерная история”, которая выглядит совершенно иначе, или - история меньшинств, скажем, история Нового света с точки зрения индейцев. Мы живем в мире, который развалился на множество правд. Это постмодернистская ситуация, когда история стала историями, очень сложная, далеко не со всем я согласен, но тем не менее, мы должны принимать ее к сведению, потому что иначе жизнь будет всегда несправедливой. Например, обычная большая история рассказывает о судьбах императоров, князей, военачальников. Но ведь есть и другая история — история неграмотных людей. В последние лет 50-70 появилось академическое движение, которое рассказывает истории именно тех людей, которые не оставили следов в истории, и это будет совершенно другая история.

Андрей Загданский: Какая история вам интереснее?

Александр Генис: Я бы сказал, что мне интересно все, но особенно мне интересна та история. которая хорошо написана, потому что история — это в первую очередь искусство.

Андрей Загданский: Вы знаете, та история, что рассказана в фильме, написана отлично.
XS
SM
MD
LG