Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Недавно в театре "Школа драматического искусства" были показаны две премьеры – российская премьера японского спектакля, который поставил Ариза Хирата, и новая постановка Дмитрия Крымова, оба спектакля - по пьесе "Три сестры". Почему "скучная история" больше века держится на сцене, и не только на родине писателя, рассказывает чеховед Маргарита Одесская.


Маргарита Одесская: Я думаю, что здесь следует процитировать известного структуралиста Ролана Барта: "автор умер". Это нужно понимать так, что автор написал свою версию, и теперь эта версия живет самостоятельной жизнью уже больше века. Наверное потому, что Чехов ставил универсальные вопросы на все времена, и они не имеют национальности. Скажем, проблема разбитых иллюзий. Человек всегда хочет надеяться, живет какими-то идеалам, иначе невозможно, однако Чехов их разрушает. Андрей Прозоров мечтает стать профессором, мечтает работать Ирина, Маша мечтает о любви, и даже Ольга хочет выйти замуж хотя бы за кого-нибудь, кто посватается. Но всего этого не случается, и, пережив очень много крушений, сестры продолжают говорить о том, что надо жить. Не мечтает только Наташа.
У Чехова есть какие-то универсалии, которые привлекают не только японцев, но и англичан, они очень любят ставить Чехова, и немцы, и скандинавы. Это такая обыкновенная жизнь, монотонная, и разговоры не о чем, и все происходит где-то там, за сценой. В японской постановке тоже где-то за сценой оказывается, что девочка не умерла. Это то главное, что и у Чехова. Скажем, Тузенбаха убивают за сценой, и пожар случается за сценой, а на сцене только разговаривают, мечтают, говорят не о чем. Кроме того, у Чехова в пьесах именно готовые клише, поведенческие, которые можно, мне кажется, разложить в алгоритм андроида, робота.

Тамара Ляленкова: Очень важная тема у Чехова - работа. И это тема также занимает современного японского режиссера, который поставил андроид-версию по пьесе «Три сестры». Но во времена Чехова это была другая история – про то, что интеллигенция должна заниматься физическими трудом, идти в народ.

Маргарита Одесская: Я думаю, что это связано с идеями 70-х годов. Интеллигенция действительно шла в народ, это были идейные труженики, они открывали школы, библиотеки. Конечно, чтобы быть идейным тружеником требуется энтузиазм того времени. И у Чехова персонажи только говорят о том, что они хотят работать, у них ничего не получается.

Тамара Ляленкова: Практически во всех пьесах проявляется беспокойство за врачей. Мне кажется, что это болезненная для Чеховао тема – потеря миссии и вообще навыков доктора…

Маргарита Одесская: Мне не приходилось об этом думать, но, действительно, у Чехова очень много докторов. Если говорить о докторе Астрове, он мечтает о том, что жизнь будет прекрасной через тысячу лет, говорит, что люди ведут мир к гибели, вырубая леса. Все эти вопросы волновали самого писателя, и для него знак, если вырубается лес, который хочет вырубить Наташа в "Трех сестрах", и в "Вишневом саде" тоже вырубается лес. Для него это действительно очень важная тема. Он говорил, что "медицина – моя жена, а литература – любовница, когда надоест одна, пойду к другой". Чехов очень долго считал себя неофитом в литературе, доктором, а не писателем.

Тамара Ляленкова: Антон Павлович писал «Три сестры» после провала "Чайки", в Ялте. Эти обстоятельства как-то сказались на тексте?

Маргарита Одесская: "Три сестры" – это последний период творчества Чехова, ялтинский, куда Чехов поехал по состоянию здоровья. Но он рассчитывал начать новую жизнь, поэтому строит в Ялте новый дом, женится на Ольге Книппер, несмотря на то, что очень долго не женился. Мечтает о том, чтобы начать новую жизнь, и по состоянию здоровья все-таки приезжает в Ялту, которая осенью пустеет, никого нет, и этот шумный, прекрасный курорт, становится чужим. Чехов называл Ялту "моя южная Сибирь". Дом был очень холодный, красивый, но холодный, не отапливался, и Чехов иногда писал в перчатках. То есть это тот период, когда Чехов, с одной стороны, мечтает начать все сначала, а с другой стороны, как-то ничего не получается. Потому что сестра Маша уехала, когда Чехов женился, Ольга Книппер играет в Москве в театре, у них только переписка, и Чехов, в общем, один со старой матерью остается в Ялте, в этом холодном доме.

Настроения отчуждения в своей семьей, свой среди чужих, я думаю, это пронизывает и всю пьесу. Как вы помните, Маша говорит: "Я в этот дом не пойду". Андрей замечает: "Когда сидишь в ресторане в Москве, то кажется, что ты никого не знаешь, и тебя никто не знает, но ты не чувствуешь себя чужим. А здесь ты всех знаешь, тебя все знают, но чужой, чужой, чужой и одинокий". И у каждого из персонажей, в общем, по мере движения пьесы это отчуждение нарастает. Это же есть и в других произведениях позднего периода Чехова. Так можно сказать о его шедевре "Архиерей", когда человек достигает высот в своей карьере, но мать обращается к нему на "Вы" и целует ему руку, и только перед смертью она подходит к нему и видит в нем действительно сына. То же самое в "Невесте", последнем рассказе Чехова. То есть в последний период Чехов, несмотря на то, что у него было очень много планов на будущее, чувствовал себя очень одиноко и очень грустно, и эти настроения нашли отражение и в пьесе "Три сестры".

Тамара Ляленкова: Есть еще один интересный момент – тема отца, которая очень отчетливо слышна в японском варианте. Там сестры с братом, несмотря на то, что отец умер три года назад, находятся под его властью, то есть живут в заданном им режиме и пространстве. Есть ли это у Чехова?

Маргарита Оядесская: Я как раз считаю, что у Чехова это очень важная тема. У Чехова отец – это внесценический персонаж, а то, что происходит за сценой у Чехова часто важнее, чем то, что происходит на сцене. И внесценический персонаж – отец – действительно задал поведенческий вектор всем героям, и сейчас, условно, это дети, которые остались без отца, инфантильные персонажи. Это отсутствие очень многое разрушает, отражается на поведении всех остальных персонажей. Почему так получается с работой у Ирины: она мечтает и стремится работать, но в конце концов накричала на какую-то женщину на телеграфе, ну, и так далее. Вот эта тема отсутствующего, но имеющего присутствие отца, мне кажется, очень важна для писателя. И в "Чайке" есть такой конфликт – Треплев, Аркадина, Тригорин и отсутствующий отец, муж Аркадиной. И в "Вишневом саде" тоже отсутствующий отец, и в "Дяде Ване"...

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG