Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Руководители IBM объявили, что будут сдавать в аренду их самый умный компьютер – Уотсон (он назван по имени основателя фирмы Томаса Уотсона, а не в честь друга и соратника Шерлока Холмса). За небольшую сумму все желающие теперь смогут воспользоваться услугами суперкомпьютера, который способен мгновенно решать задачи, ранее требовавшие многолетних расчетов. Вице-президент проекта Стивен Голд сказал, что это решение – веха в отношениях между человеком и машиной.

Уотсон, конечно, уже сейчас многое умеет. Он, например, может считаться гениальным врачом-диагностом, напоминающим героя популярного сериала “Доктор Хаус”. Но это только начало. Смысл затеи в том, чтобы демократизировать информационный прогресс, открыв доступ к Уотсону
Привыкнув считать компьютер дубом, люди опускаются до его уровня, чтобы сохранить свой
изобретателям, которые найдут новые и неожиданные способы применения компьютерного гения. Уотсон – не единственный суперкомпьютер, у него уже сейчас есть конкуренты, и их будет еще больше, если реальностью станет квантовый компьютер, обещающий считать в 3600 раз быстрее. Важно, однако, что Уотсон прославился не меньше своего тезки, причем среди профанов, а не экспертов. Два года назад он участвовал в отчаянной схватке человека с машиной. Бросив вызов, Уотсон по правилами дуэли предоставил противнику выбор оружия. Важно, что им стала викторина Jeopardy (в России – "Своя игра"), а не, скажем, шахматы, как в не менее знаменитой схватке Каспарова с компьютером “Голубой гигант”. Перед Уотсоном стояла куда более трудная задача. Все шахматисты – и белковые, и силиконовые – говорят на общем искусственном языке: “Е2-Е4”. Но наша речь несравненно сложнее шахматной грамоты. Поэтому обычно к машине мы обращаемся на специальном языке, говоря с ней, как с иностранцами, детьми или сумасшедшими. До предела упрощая вопрос, мы исключаем все, что делает наше общение стоящим. Привыкнув считать компьютер дубом, люди опускаются до его уровня, чтобы сохранить свой.

Встав к барьеру, Уотсон отказался от форы. Чтобы состязаться с людьми на равных, он должен был отвечать на обычные, то есть головоломные вопросы. Их авторы стремятся всех максимально запутать, поэтому они используют каламбуры, омонимы и часто вымученное остроумие, вроде того, которым нас изводили массовики-затейники.

Победив людей на их, а не на своем поле, Уотсон доказал, что, научившись распутывать иезуитские вопросы, компьютер сможет отвечать и на все остальные. Заговорив по-нашему, поумневшая машина способна упразднить изрядную часть профессионалов, которые отвечают нам за деньги. Среди них, как с гордостью или ужасом предсказывают ученые, будут не только безликий справочный персонал, но и врачи-психотерапевты, священники-исповедники и мастера телефонного секса. Машина в лице, так сказать, Уотсона, став теперь достоянием тысяч сетевых умников, посягнет на значительную часть интеллектуального труда. Не исключено, что Уотсон оставит без работы немало и тех, кто его придумал.

И все же у этого сюжета есть и другой – обнадеживающий – смысл. Соревнуясь с машиной, человек постоянно выясняет и уточняет, что именно люди делают лучше ее. У нас есть преимущество, которое не позволит компьютеру выдавить людей на обочину эволюции. Секрет так прост, что, как все очевидное, его легко не заметить. Чем умнее становится машина, тем труднее ей дается то, чему так часто обязан прогресс – искусство ошибаться.

Христофор Колумб неправильно высчитал диаметр земного шара, сократив его чуть не вдвое. Именно поэтому он отправился на Запад, рассчитывая найти Индию там, где ее никак не могло быть. Результатом этой вопиющей ошибки стала Америка. Уотсон слишком много знает, чтобы ее открыть.

Александр Генис – нью-йоркский писатель и публицист, автор и ведущий программы РС "Американский час "Поверх барьеров"

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции Радио Свобода

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG