Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Россия сохранила 127-е место в ежегодном рейтинге восприятия коррупции

Сохранение Россией места во второй сотне ежегодного рейтинга восприятия коррупции нельзя расценить как новость позитивную. Так считает директор по исследованиям "Transparency International Россия" Антон Поминов.

В интервью РС Антон Поминов рассказал, каким образом составляется антикоррупционный рейтинг:

– Он строится на 13 исследованиях, проведенных несколькими уважаемыми организациями, и каждое из этих исследований опрашивает экспертов по своей теме. А потом уже Transparency International агрегирует эти сведения из разных источников в свой индекс. Каждая организация из 13, на которые мы опираемся, составляет какой-то свой рейтинг для своих целей. Наша организация Transparency International берет из этих исследований только вопросы, которые относятся к коррупции.

В рейтинге восприятия коррупции Россия оказалась рядом с Азербайджаном, Мадагаскаром, Гамбией, Никарагуа, Пакистаном и Коморскими островами. По словам Антона Поминова, ситуация в этой области похожа почти во всех странах постсоветского пространства:

– Примерно у всех ситуация одна и та же. То есть где-то, может быть, чуть-чуть лучше, где-то чуть хуже, но, в общем-то, хорошо нигде дела с коррупцией не обстоят. Если вы посмотрите, ни одна страна так, чтобы дела обстояли однозначно хорошо, на уровне той же Грузии, вот все примерно находятся в одном и том же положении. Дальше можно говорить, что вот, мы прибавили там один балл, у кого-то выше, чем у нас, на пять баллов, но в общем-то, это все не имеет никакого значения, потому что все наши страны получили очень низкие оценки, и во всех них есть серьезные институциональные проблемы, и коррупция во всех этих странах является серьезным препятствием для развития.

Дело "Оборонсервиса" для сегодняшней России является одним из наиболее показательных, считает руководитель Национального антикоррупционного комитета Кирилл Кабанов. По его мнению, именно это дело как нельзя лучше иллюстрирует ситуацию с коррупцией в российском госсекторе:

– У большинства представителей гражданского общества, экспертов борьба с коррупцией ассоциируется сегодня с конкретным делом. Дело "Оборонсервиса", хотя есть и другие дела успешные, в последние годы достаточно серьезные действия МВД по раскрытию системных преступлений. Есть некое позитивное движение. Почему оно происходит? Да потому что само руководство страны понимает, что коррупция является угрозой национальной безопасности, и они об этом честно говорят. Впервые фактически за последний год мы слышим такие заявления, что приравнять коррупцию к измене родине, как говорит Рогозин, что по своей сути очень правильно. Иванов и президент говорят о том, что это угроза национальной безопасности, она мешает развитию. В том числе основа протестных настроений – запредельная, зашкаливающая коррупция.

К делу "Оборонсервиса" политолог Юлий Нисневич добавляет и дело московских прокуроров. Именно они, по мнению преподавателя Высшей школы экономики, свидетельствуют, что ситуация за год не изменилась. И рейтинг Transparency International лишь зафиксировал этот факт:

– Результат ожидаемый. Рейтинг показал, что ровным счетом ничего не изменилось. Мы это видим по реальным событиям, которые происходят. Разговоров много, а шагов реальных нету. Что дело "Оборонсервиса", что дело подмосковных прокуроров. Все это, в общем, имитация борьбы с коррупцией. Вот рейтинг это фактически зафиксировал: ничего не меняется.

Председатель Национального антикоррупционного комитета Кирилл Кабанов считает, что российские власти понимают опасность коррупции для государства. Именно для этого в администрации президента и создана структура, которая будет заниматься противодействием коррупции, которую возглавил Олег Плохой. По мнению Кирилла Кабанова, необходимость такого подразделения продиктована серьезностью проблемы:

– Это выработка единой стратегии, причем не только борьбы с коррупционерами. Потому что коррупционная мотивация становится достаточно знаковой для огромного количества государственных служащих, она спускается сверху донизу. Поэтому стратегия нужна и нужна структура. Потому что проблему коррупции надо решать не просто органам исполнительной власти, а поскольку это является архиважной задачей на сегодняшний момент, этот вопрос передан в ведение специально создаваемой структуры в администрации президента.

По мнению преподавателя ВШЭ Юлия Нисневича, проблему с коррупцией в России лишь созданием подразделений в администрации президента не решить:

– Я думаю, что на самом деле в администрации президента понимают угрозу. Только они решают в свойственном для них стиле: давайте создадим еще одну организацию. Борьба с коррупцией – это такой комплекс вопросов. Просто созданием структуры это не решается. Посмотрим, может, что-то у них и получится. Потому что одна из мер противодействия коррупции – это всегда специальный антикоррупционный орган, наделенный достаточно широкими полномочиями. Но кроме создания структуры нужен еще целый ряд серьезных шагов, которых пока не видно. Прежде всего надо, чтобы в стране перестали быть неприкасаемые. Ли Кван Ю, известный борец с коррупцией, начинал с того, что посадил ближайших друзей за коррупцию. Вот когда такое произойдет, когда будут приняты решения, с одной стороны, о подъеме зарплаты госслужащих, а с другой – введены очень жесткие кодексы поведения госслужащих, когда будут бороться с конфликтами интересов, защищать людей, которые свидетельствуют о коррупционных преступлениях, вот это одни из мер, а там еще целый набор таких мер, и правовых, и организационных.

Согласно ежегодному рейтингу восприятия коррупции, наименее коррумпированным госсектор оказался в Дании и Новой Зеландии, самые худшие результаты показали Афганистан, Северная Корея и Сомали.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG