Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Гомофобия – что это такое? Мой текстовый редактор подчеркивает это слово красным, считая его ошибкой. Возможно, мой текстовый редактор умнее некоторых людей. Но давайте разбираться постепенно. Если слово разложить на составляющие, то получим: "гомо" – одинаковый, подобный – и "фобос" – страх, боязнь. Боязнь, страх подобного. Немного непонятно, но позже станет ясно, что даже дословный перевод данного понятия близок к его сути. Собственно, раньше термин так и употреблялся: для обозначения боязни монотонности, однообразия.

Но в 70-е годы ХХ века редко использовавшийся термин наделили новым значением, которое он сохранил по сей день. Сегодня под гомофобией понимают отрицательную эмоциональную реакцию на проявления гомосексуальности. То есть "гомо" в составе слова теперь обозначает "гомосексуал". И тут начинаются споры и путаница. Многие из тех, кто отрицательно относится к ЛГБТ-сообществу, кричат, что к фобии эти эмоции никакого отношения не имеют. Что они, мол, не боятся никого, а просто считают однополые контакты неправильными, грешными и так далее. И тогда появляется новое слово – "гомонегативизм".

Это отрицательное отношение к гомосексуальным отношениям и контактам, но исключительно рациональное. Гомонегативист может не приходить в ярость при виде однополых поцелуев, не испытывать к ним отвращения – он просто путем умозаключений пришел к выводу, что это плохо, неправильно и может навредить другим, и теперь свою точку зрения отстаивает. Но грань между гомофобией и гомонегативизмом очень тонкая. До сих пор в среде психиатров, психотерапевтов и психоаналитиков нет единого мнения, как различать эти понятия. А сам человек и подавно неспособен понять, рационален его страх или нет.

Так в чем же заключается фобия? Гомофобы боятся того, что их собственная сексуальность может приобрести оттенки, налет однополой. Они страшатся, что созерцание однополых ласк и отношений пробудит и в них желание заняться чем-то подобным, что визуализация их страхов заставит их соблазниться и отведать "запретного плода". Или выпадут из шкафа скелеты прошлого. Ведь в подростковом возрасте многие экспериментируют и практикуют либо разовые, либо продолжительные однополые контакты. Причем, если речь идет о мальчиках, то чем недоступнее девушки – из-за обычаев (Кавказ или Индия) или из-за религии (исламские государства), – тем выше вероятность зарождения подобных контактов, тем выше потребность в зрелом возрасте все отрицать.

Гомофоб-мужчина (а их по статистике гораздо больше, чем женщин) считает, что гомосексуальность лишает его мужественности. Как только он позволит себе хотя бы фантазию, мир его якобы рухнет, он станет ненавидеть себя, ненавидеть
То ли наше правительство не верит в гомосексуальность, то ли не верит в то, что людей нетрадиционной ориентации можно ненавидеть. Или же считает ненависть нормой, что совсем прискорбно
соблазн, а поскольку злость, ненависть и досаду вымещать на себе любимом не очень приятно, весь негатив перекладывается на фигурировавший в фантазии объект. Почти всегда это делается с показательной целью. Сидя дома в одиночестве, гомофоб не кричит, какие плохие "гомосеки" и как их нужно наказывать. Он всегда работает на публику, пытаясь всем доказать, что он "не такой". В России один из самых высоких уровней гомофобии в мире (не считая исламские государства). В России гомофобия в мужской среде процветает еще и потому, что огромной популярностью пользуется все, связанное с преступным миром. Вроде бы маргинальные члены общества становятся чуть ли не народными героями, на похороны криминальных авторитетов приходит больше людей, чем на прощание с легендарными актерами. "Блатняк" давным-давно обозвали красивым словом "шансон" и возвели в ранг национального достояния.

Естественно, что в стране, управляемой "партией жуликов и воров", люди живут по воровским понятиям. А на зоне, как известно, "петух" – последний человек, да и не человек вовсе. Как у животных: самец, покрытый другим самцом, теряет свой статус, а покрывший становится доминантным. Часто уходит на второй план такой факт, что унижением пассивная роль в сексе становится только тогда, когда она не добровольная, когда человек становится жертвой насилия. В остальном же – это осознанный выбор, вполне адекватный.

Мало кто задумывается о том, что мужчина, выступающий в активной роли при однополом контакте, гораздо гомосексуальнее "пассива". В среде геев даже выработалась защитная реакция: кто больше всех распаляется, тот сам геем и является. То есть, действительно, гомофобия – страх подобного. В этом плане показательным является исследование, проведенное в 1990-е годы западными учеными. Двум группам мужчин, условно названным "гомофобами" и "негомофобами", демонстрировали изображения гетеросексуального, женского гомосексуального и мужского гомосексуального характера. И если на первые две группы возбуждение было зафиксировано у всех испытуемых, то на последнюю партию картинок "вставало" только у "гомофобов".

Однако нельзя всех чесать под одну гребенку. Есть даже версия, что мужская гомофобия – это результат преодоления эдипова комплекса. В любом случае, явление стали серьезно изучать не так давно, на многие вопросы до сих пор нет ответа, и гомофобия пока что ни болезнью, ни психическим расстройством не считается. Однако в европейской практике она ставится в один ряд с расизмом, ксенофобией, антисемитизмом и сексизмом. К сожалению, в нашей стране действуют двойные стандарты. И если вас будут убивать под крики: "Смерть гомикам!" – то преступление не будет рассматриваться как совершенное на почве ненависти. То ли наше правительство не верит в гомосексуальность, то ли не верит в то, что людей нетрадиционной ориентации можно ненавидеть. Или же считает ненависть нормой, что совсем прискорбно.

Андрей Озёрный – начинающий писатель, поэт, автор-исполнитель. Живет в Сочи

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG