Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
О перспективах отношений Украины и ЕС, о том, почему Виктор Янукович не подписал на саммите "Восточного партнерства" в Вильнюсе договор об ассоциации, и о перспективе развития событий в Киеве в интервью Радио Свобода размышляет директор Европейского центра для современной Украины (Брюссель), немецкий политолог Ина Кирш.

– Когда слушаешь официальных европейских представителей, выступающих в поддержку сближения Украины с Европейским союзом и за подписание ею соглашения об ассоциации, порой создается впечатление, что их заявления такие же малосодержательные и популистские, как и те, что мы слышим от официального Киева. Демократия, европейские ценности, основополагающие права и свободы – кто же против этого будет спорить? И все же, что конкретно стоит за обещаниями Евросоюза находящейся в тяжелом экономическом положении Украине, для которой предстоящий выбор очень непрост. Легче всего поставить подпись в документе. А дальше что?

– Украинское правительство приняло очень непопулярное и очень непростое решение не подписывать договор об ассоциации именно по тем причинам, которые вы указали: нет конкретики, как дальше развивать экономику. Да, договор об ассоциации дает хорошую основу для модернизации украинской экономики в ближайшие годы. Но на это нужно терпение, нужно как минимум пять лет, чтобы дожить до этой модернизации. Поэтому решение нашли такое: сначала надо создать основу для модернизации. Конечно, украинская сторона совершила ошибку, заявив о своем решении так поздно. Все исходили из того, что, конечно, подпись Киева будет, и поэтому Европейский союз не волновался. Сейчас, как мы знаем, начались переговоры насчет того, как Европейский союз с помощью международных финансовых учреждений может Украине помочь выйти на европейские рынки. Но опять же: для этого нужно время, а до этого надо выжить. Поэтому: перспективы Европейский союз дает, но сейчас у Украины нет финансовых возможностей для реализации этой перспективы.

Другим странам Европейский союз помогал в финансовом плане развиваться, структурной помощью. Украине до сих пор такого обещания не сделали. Все, что мы слышим сегодня про макрофинансовую помощь, связано с обещаниями, которые уже делались год назад и которые привязаны к политике Международного валютного фонда. Пока Международный валютный фонд не двинется, этот вопрос для Украины не будет закрыт.

– Многие политики, и в том числе есть такие и в Евросоюзе, отмечают, что никто из Брюсселя не обещал Киеву реальной перспективы вступления в ЕС, как это воспринимается немалым числом украинцев. Вы не находите, что во всем этом есть какая-то двусмысленность?

– Есть. Но мы то же самое видели на Балканах, мы видели то же самое в других восточно-европейских странах. Европейский союз всегда сначала говорит: "Давайте сделаем один шаг, а потом посмотрим дальше". Кто из нас знает
Никакого нового членства Европейский союз Украине не обещает. Это слышат только те, которые это хотят услышать
сегодня, как будет выглядеть Европейский союз через десять лет? Он будет развиваться дальше как единый экономический союз или распадется на экономический и политический союзы разной конфигурации, о чем многие сегодня мыслят? Мы этого не знаем. Сегодня те, кто стоит на Майдане, надеются на европейскую перспективу, но не задают себе вопроса об экономическом развитии. Возникает вопрос: что будет, когда они поймут, что Европейский союз не выполняет те обещания, о которых они мечтали? Ни о каком новом членстве в Европейском союзе в последующие пять-десять лет речи не может быть, и Европейский союз этого и не обещает. Это слышат только те, которые это хотят услышать. Когда говорится о том, что двери открыты, не говорится: "Давайте подавайте заявление на членство!". Украинским политикам говорят: "Не надо подавать сегодня на членство, потому что у вас шансов нет!" Но об этом те люди, которые на Майдане стоят, громко не говорят. И в этом – вранье украинской оппозиции, для которой главная цель – просто добиться смены власти под лозунгом европейской интеграции.

– Официальные лица Евросоюза признают, что гипотетическое присоединение Украины к Таможенному союзу Белоруссии, Казахстана и России несовместимо с построением торгово-экономических отношений между Киевом и ЕС. О том же говорит и Москва. Но далеко не каждому простому человеку понятно, почему Евросоюз, Россия и Украина не могут урегулировать этот вопрос втроем. Как Вы это объясняете?

– На этот вопрос уже ответили другие. Украина – это суверенное государство. Ведутся переговоры между Украиной и Таможенным союзом, ведутся переговоры между Украиной и Европейским союзом. Никто не может решить вопросы за Украину. Украина сама должна сделать свой выбор. Это очень простой ответ. Но чего в этом ответе нет – это идеи, о которой говорили и Россия, и Европейский союз: нам надо обсуждать идею создания зоны свободной торговли от Лиссабона до Владивостока. Тогда все будут сидеть за одним столом. Но это совсем другой разговор. Таможенный союз и Европейский союз ничего общего между собой не имеют. Украина должна сделать выбор, куда она пойдет. Два союза несовместимы из-за разных юридических и экономических вопросов – таких, как таможенные ставки, как квоты, как культура торговли вообще.

– Вам не кажется, что объяснять резкий отказ Киева от подписания соглашения об ассоциации с Евросоюзом прямо перед самым Вильнюсским саммитом "Восточного партнерства" одним только давлением со стороны Москвы недостаточно? Огромная независимая страна шла-шла навстречу Евросоюзу и вдруг испугалась неких угроз. Не было ли здесь ошибок со стороны Брюсселя? Некоторое недоумение осталось и вот от чего: незадолго до саммита в Вильнюсе и официальные лица в Брюсселе, и многие эксперты говорили, что Киев не выполнил требований Совета ЕС, выдвинутых ему год назад, и поэтому соглашение на саммите "Восточного партнерства" едва ли может быть подписано. А когда украинские власти от подписания отказались сами, все это стало преподноситься, как будто бы в подписании документа в Вильнюсе никто и не сомневался. Вам так не показалось?

– Европейский союз не сомневался в том, что Киев подпишет договор. Европейский союз хотел добиться от Украины ускорения реформ и освобождения Юлии Тимошенко. Возник вопрос о том, можно ли связывать судьбу одного человека с судьбой всей страны, привязывать дальнейшее развитие страны к одному лицу. Европейский союз был готов подписать договор в Вильнюсе, это точно. Вопрос был только в том, можно ли еще добиться выполнения других реформ до подписания. В Брюсселе исходили из того, что один раз Украина подпишет договор, а потом опять долгое время ничего делать не будет. Что Украина не подписала – это, конечно, было очень неожиданным для Европейского союза.

Можно ли это связать только с российским давлением? Наверное, нет, хотя давление сыграло какую-то роль. Но Украина вначале должна подготовиться к подписанию договора об ассоциации в финансовом плане. Украина рассчитывала на поддержку Международного валютного фонда и макрофинансовую помощь со стороны Европейского союза. Американское правительство и Европейская комиссия убеждали Украину: "Если вы будете работать с МВФ, вам кредит дадут". Украина была готова выполнить часть требований МВФ, но в конце концов Фонд сказал: "Нам этого недостаточно, выдвигаем новые требования". Все это привело к ситуации, когда в экономическом и в финансовом плане ситуация стала слишком ненадежной. Было ли это решение отказаться от договора на саммите в Вильнюсе правильным – можно спорить. Опять начались переговоры между Украиной и Брюсселем о том, каким образом Европейский союз готов помочь Украине. Может быть, решение Киева в конце концов окажется правильным, несмотря на то давление, которое сегодня народ Украины оказывает на власти.
Народ однозначно хочет модернизации, движения страны в европейскую сторону. Люди разделяют ценности Европейского союза, им надоело постоянное воровство, коррупция и беспредел. Люди хотят, чтобы в стране действовала правовая система. Изнутри Украины вот эти реформы вряд ли возможны.
Когда будет заключен договор, зависит еще и от того, готов ли ЕС помочь Украине. Если нет – сложно сказать, в каком направлении Украина в ближайшее время будет двигаться, – считает немецкий политолог Ина Кирш.

Фрагмент итогового выпуска программы "Время Свободы"

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG