Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
"Помилование" и "амнистия" – два самых часто употребляемых слова в ленте новостей из России. Для некоторых благая весть, по крайней мере в первом случае, отравлена ощущением самодурства первого лица: захотел – помиловал. Да еще и на исходе срока.

На заре американской государственности, когда обсуждался проект Конституции, против права президента на помилование высказывались многие. Этим правом отцы-основатели наделили его по аналогии с английским королем. Оппоненты считали, что в демократическом государстве миловать должен Конгресс. Автор этой статьи Конституции Александер Гамильтон возражал им так: "Поскольку чувство ответственности прямо пропорционально ее неделимости, можно сделать вывод, что человек единолично с большей готовностью примет в расчет убедительность мотивов в пользу смягчения жесткости закона и с меньшей поддастся соображениям отмщения тому, кто является его объектом... Человек в одиночку в этих вопросах представляется более склонным расточать милости правительства, чем группа людей".

Прецедент создал Джордж Вашингтон – он применил свое право помилования в отношении зачинщиков восстания из-за виски, вооруженного мятежа фермеров, протестовавших против акциза на алкоголь. С тех пор решения президентов не раз вызывали недовольство в обществе, но сама исключительность этой прерогативы сомнению не подвергалась. В 1914 году дело о помиловании рассмотрел Верховный суд США. Редактор газеты New York Tribune Джордж Бардик отказался раскрыть суду свой источник в Министерстве финансов. Ему грозил тюремный срок за неуважение к суду и 500 долларов штрафа.

Президент Вудро Вильсон издал указ о помиловании Бардика, но тот отказался от милости и отправился за решетку. Верховный суд постановил, что человека нельзя миловать против его воли и что его согласие на помилование означает признание вины. Существует определенная бюрократическая процедура подготовки решений о помиловании, но она не носит обязательного характера. Президент может принять решение о помиловании в любой момент: во время судебного разбирательства, после вынесения приговора и даже до предъявления обвинения. Именно так поступил в 1974 году Джеральд Форд – он "полностью и безусловно" освободил своего предшественника Ричарда Никсона, который ушел в досрочную отставку под угрозой неминуемого импичмента, еще до того, как против экс-президента было возбуждено уголовное дело. Помилование может быть полным или частичным, в виде смягчения наказания, относиться к живым или к мертвым людям. Например, Джимми Картер помиловал давно покойного президента Конфедеративных Штатов Америки Джефферсона Дэвиса. Он же объявил амнистию американцам, уклонявшимся от призыва на военную службу в годы Вьетнамской войны.

В случае с Михаилом Ходорковским вряд ли стоит говорить о президентском милосердии. Решение президента продиктовано политическим расчетом, в том числе грядущими Играми в Сочи
В американском праве амнистия – один из видов помилования. Решение о ней президент принимает тоже единолично. Билл Клинтон в свою последнюю перед сложением полномочий ночь в Белом доме удовлетворил 140 ходатайств о помиловании. Этот случай стал предметом разбирательства в Конгрессе. Законодатели не могли отменить решения президента, но они имеют полное право расследовать обстоятельства их принятия. Выяснилось, что родственники первой пары – единоутробный брат Билла Роджер и братья Хиллари Хью и Тони – хлопотали о помилованиях и брали деньги за свои услуги. Клинтоны отреагировали единственно возможным образом: велели родственникам немедленно вернуть гонорары и извинились перед публикой. Джордж Буш-младший пользовался своим правом помилования очень осмотрительно. Однопартийцы ожидали, что он простит ближайшего сотрудника вице-президента Чейни, отбывавшего срок за организацию политически мотивированной утечки информации – Льюиса "Скуттера" Либби. Но президент лишь сократил ему тюремный срок до уже отбытого (из двух с половиной лет Либби отсидел год) и оставил в силе штраф в 250 тысяч долларов.

В случае с Михаилом Ходорковским вряд ли стоит говорить о президентском милосердии. Решение президента продиктовано политическим расчетом, в том числе грядущими Играми в Сочи. Некоторые возмущаются, говорят, что Ходорковский сломался, что он не должен был писать ходатайство, даже если в нем нет признания вины. Он не сломался. Он достойно отбыл почти полный срок, ни в чем не изменил себе и просится на свободу только из-за тяжкого недуга матери.

Какими бы ни были мотивы президента, абсурдно злиться на его решение. В тот же день, что и заявление президента Путина о помиловании Ходорковского, из Вашингтона пришло известие о том, что Белый дом отказался расширять список Магнитского, хотя кандидаты на включение в него имеются – в их числе глава Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин. Не могу утверждать, что между двумя событиями есть прямая связь. Но и в совпадение не верится.

Владимир Абаринов – вашингтонский обозреватель Радио Свобода

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG