Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Суд в Екатеринбурге запретил Аксане Пановой заниматься журналистской деятельностью в течение двух лет

В Екатеринбурге завершился судебный процесс по делу журналистки Аксаны Пановой, бывшего шеф-редактора информационного агентства "Ура.ру". Оглашение приговора сначала было назначено на 30 декабря 2013 года, но затем было перенесено на 9 января 2014 года.

Следствие и судебный процесс проходили весьма драматично. В начале следствия была задержана главный бухгалтер Ura.ru Наталья Попова, а в редакции информационного агентства проводились обыски. В октябре прошлого года, уже в ходе рассмотрения дела в суде, прокуратура внезапно потребовала ареста Пановой, мотивируя это тем, что Панова разгласила информацию о секретных свидетелях обвинения. Впрочем, суд в аресте отказал.

Эксперты, строившие прогнозы относительно исхода дела, сходились на том, что будет назначено условное наказание.

В итоге гособвинение также потребовало условного наказания, а именно – пять лет лишения свободы условно, со штрафом 1 миллион рублей, а также, что многим показалось абсурдным, запрета заниматься журналистской деятельностью в течение двух лет.

В ходе процесса по ходатайству прокуратуры было снято обвинение в мошенничестве на 100 тысяч рублей. Еще один эпизод, с хищением 12 миллионов рублей, суд счел недоказанным. Обвинение в вымогательстве, где потерпевшим являлся директор "Областного ТВ" Антон Стуликов, было переквалифицировано судом на принуждение к сделке, и Аксана Панова была освобождена от наказания за истечением срока давности.

Тем не менее Аксана Панова была признана виновной в вымогательстве, под угрозой публикации порочащих сведений, у бизнесмена Кремко.

Прогнозы на условный приговор оправдались. Суд приговорил Аксану Панову к 2 годам тюремного заключения, с испытательным сроком 3 года, и штрафу в 400 тысяч рублей. Кроме того, суд запретил Пановой заниматься журналистской деятельностью в течение 2 лет. Присутствовавшие на заседании отреагировали на это возгласами разочарования и недоумения.

На процессе было много журналистов. Кто-то пришел по долгу службы, а кто-то просто поддержать коллегу. Был также и мэр Екатеринбурга Евгений Ройзман, сразу после окончания процесса уехавший на заседание городской думы.

Несмотря на обвинительный приговор, Панову на выходе из суда встретили аплодисментами, как победителя. Сама Аксана Панова тоже считает себя победителем – ее первое, после вынесения приговора, сообщение в соцсети Facebook, состояло из одного слова: "Победа!"

Можно ли в этой ситуации считать обвинительный приговор считать победой Аксаны Пановой? Мнение политолога Федора Крашенинникова.

– Несомненно, если исходить из того, как все начиналось и какие силы были вовлечены в эту ситуацию, то, конечно, победила Аксана Панова. В целом получилась ситуация крайне неприятная для той стороны, которая это дело возбудила, для всех тех, кто был вовлечен в него со стороны обвинения, потому что, в итоге, честно сказать, "гора родила мышь". Полтора года поливания грязью, привлечения всевозможных ресурсов – и что, собственно, они получили? Ничего. И на старте всей кампании у нее было собственное СМИ, которое им не нравилось, и по окончании кампании у нее есть свое собственное СМИ, которое власти тоже не нравится. Вопрос: чего вы добились-то? Она на свободе, она явно будет продолжать в той или иной форме свою деятельность, она явно не собирается сложить оружие и отступить. В общем, если подводить итоги, то, конечно, она победила, потому что выдержала эту осаду, осталась при своем. А вот чего добилась другая сторона, кроме своей тотальной дискредитации, я, честно сказать, совершенно не понимаю. Причем это, конечно, дискредитация власти. Власть показала и свою подлость, и свою склонность к грязным приемам, и свою беспомощность, потому что, по сути, власть ничего не добилась.

Власть показала и свою подлость, и свою склонность к грязным приемам, и свою беспомощность
В материалах нового информационного агентства Znak, созданного Аксаной Пановой, губернатор Свердловской области Евгений Куйвашев прямо назывался заказчиком уголовного дела против Пановой. Но, как бы то ни было, скандал вокруг этого уголовного дела не добавил популярности областным властям.

Антон Стуликов, директор "Областного ТВ", проходивший по делу в качестве одного из потерпевших и единственный из потерпевших, явившийся на оглашение приговора, после окончания суда был проигнорирован представителями прессы.

Ходатайства общественности, поддерживавшей Панову на протяжении всего процесса, были упомянуты судьей в списке остальных причин, повлиявших вынесение условного приговора. А на самом деле – повлияла ли как-то на вердикт суда поддержка, которую оказала общественность Аксане Пановой? Продолжает Федор Крашенинников:

Я думаю то, что дело вышло на уровень федерации, и даже в нескольких случаях на международный уровень, сыграло свою роль. В каком-то смысле, я думаю, Пановой повезло с неким предолимпийским "смягчением нравов", потому что взять и посадить в тюрьму журналистку перед Олимпиадой – это очень глупо будет смотреться. Моя личная версия, ничем не подтвержденная: приговор огласили не в декабре, как должны были, а сейчас, потому что его как-то перелицовывали, чтобы он стал мягче, чтобы каким-то образом соблюсти все интересы – вроде вот и приговор есть, но он не такой жесткий, и никого в тюрьму не посадили. И я не удивлюсь, если в судах высшей инстанции его как-то еще смягчат.

Александр Белоусов, глава экспертного совета Консультационного центра "Департамент политики", считает, что такими судебными процессами власти сами создают оппозиционных политиков. По его мнению, Аксана Панова, до начала уголовного преследования мало известная широкой публике за пределами Свердловской области, сейчас поставлена в один ряд с Навальным и участницами группы Pussy Riot.

– Благодаря таким решениям можно за очень короткий срок сделать из совершенно неизвестных людей новых политиков протестного формата. Здесь, соответственно, властям нужно задумываться, а нужно ли им таким вот совершенно "недорогим" образом взращивать людей, которые в любом случае будут эту власть критиковать?

Кроме того, он считает, что процесс каким-то образом контролировался на федеральном уровне власти, и усматривает своеобразный сигнал региональным властям.

Тут важно оценивать это событие именно как раз с федеральной точки зрения. Приговор – это "желтая карточка" и сигнал всем региональным элитам, что не надо "баловаться" здесь на местах и напрягать судебную систему, чтобы она решала ваши конфликты. Решайте сами, договаривайтесь, а ресурс судебных решений остается для крайних случаев, и он целиком и полностью направлен на решение федеральных проблем, а не региональных.

Запрет заниматься журналистской деятельностью — случай уникальный в истории отечественной юриспруденции. Для сторонников Аксаны Пановой этот запрет является однозначным указанием на то, что именно журналистская деятельность Аксаны стала причиной уголовного преследования.

Кроме того, не очень понятно, чем же, собственно, запретили заниматься Пановой? Случаи, когда по приговору суда обвиняемым запрещали заниматься, например, педагогикой или занимать должности в органах государственной власти – не редкость, но в таких случаях достаточно легко проконтролировать, соблюдается ли запрет. А как контролировать журналистскую деятельность в эпоху интернета, блогов и социальных сетей, когда само понятие "журналистика" выглядит достаточно размытым?

Федор Крашенинников, отмечая абсурдность этого запрета, видит и практическую причину его появления:

Решительно непонятно, как можно что-либо где-либо запретить писать
– Это непонятный, дикий запрет на профессию – это что-то совершенно необъяснимое. И я надеюсь, что суд высшей инстанции каким-то образом отменит эту очевидную глупость, потому что мне, как пишущему человеку, решительно непонятно, как можно что-либо где-либо запретить писать. Совершенно непонятно, как все это чисто практически можно контролировать. Предположим, она будет писать под псевдонимом; предположим, она просто будет присутствовать в редакции, но за ее подписью ни одна статья не будет выходить. И что, будет ли это означать, что она не занимается журналистикой? Ведь если у человека есть некий авторитет, он может руководить таким бизнесом по телефону, электронной почте, да и просто находясь в редакции без всякого звания и должности. Я говорю это не к тому, чтобы подсказать варианты, просто это настолько смехотворный запрет, что непонятно, как к нему можно серьезно относиться. Хотя, конечно, условный срок предполагает, что он в любой момент может стать реальным. Если против нее выдвинут еще какое-то обвинение [в нарушении запрета на профессию], ее посадят.

Видимо, точку в процессе пока ставить рано. Наверняка последует обжалование приговора в суде высшей инстанции. По некоторым обвинениям, которые были сняты в ходе уголовного разбирательства, могут быть предъявлены гражданские иски. Пока же главным итогом судебного разбирательства стало то, что Аксана Панова осталась на свободе.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG