Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Единственная. Анфиса.


Видеоверсия программы доступна на нашем канале в Youtube по ссылке

Леонид Велехов: Сегодня наш гость единственная в своем роде гостья - не просто олимпийская чемпионка и даже не просто трехкратная олимпийская чемпионка, но единственная в мире олимпийская чемпионка в двух зимних видах спорта - дважды в биатлоне и единожды в лыжных гонках. Анфиса Резцова - золото и серебро в Калгари 1988 в лыжных гонках, золота и бронза Альбервилля 1992 в биатлоне, золото Лиллехаммера 1994 также биатлон.

Наш спортивный обозреватель Алексей Кузнецов дает краткую биографическую справочку на даже такого знаменитого спортсмена как вы.

Алексей Кузнецов: Анфиса Резцова начала заниматься лыжами в 5 классе. В это время врачи обнаружили у девочки шумы в сердце и запретили заниматься спортом. Анфиса повторно прошла диспансеризацию, на этот раз с чистой медицинской картой, после чего продолжила тренировки.

Спортивная карьера Анфисы Резцовой началась в 1979 году. Она начала тренироваться в спортивном обществе "Динамо" во Владимире под руководством Леонида Резцова, который впоследствии стал её мужем.

На сборах, проходивших перед Олимпийскими играми 1984 г., молодая спортсменка показала хорошие результаты, но на Олимпиаду не поехала. В состав сборной Анфиса вошла на чемпионате мира, который проходил в 1985 г. в Зеефельде, и получила первую золотую медаль за эстафету. На чемпионате мира 1987 г. в Оберсдорфе Анфиса Резцова получила золотую и две серебряные медали. На Олимпиаде 1988 г в Калгари Анфиса Резцова завоевала золотую медаль в лыжной эстафете и серебряную - в гонке на 20 км.

После Калгари, олимпийская чемпионка за четыре года между играми стала мамой и переменила амплуа - ушла в биатлон.

На Олимпиаде 1992 г в Альбервилле она показала прекрасный результат на 7,5 км, выиграв золотую медаль и став первой из биатлонисток мира, которая получила золото в этой дисциплине. Кроме того, на этих играх Резцова завоевала бронзу в эстафете.

На следующих Играх, которые проходили через два года в Лиллехаммере, Резцова завоевала золотую медаль в биатлонной эстафете. Она выступала на заключительном этапе, на огневых рубежах не промахнулась ни разу и пришла к финишу на 4 минуты быстрее своей соперницы по этапу Петры Шааф (Германия).

После очередного допингового скандала в лыжной сборной России в интервью журналу "Лыжный спорт" Анфиса Резцова сделала заявление, что употребляла запрещенные препараты в сезоне 1998/1999 годов.

Леонид Велехов: Как не посмотришь биографии наших лыжников и биатлонистов, все родом откуда-то из-за уральского хребта. А вы из Владимирской губернии. Лыжное место?

Анфиса Резцова: Не лыжное. Но не обязательно из-за Урала. В нашей лыжной державе много и из Смоленска, и из Воронежа.

Леонид Велехов: Но с северо-запада.

Анфиса Резцова: Самородки везде встречаются. Как поработают тренеры. Самородки надо отыскать и предать огранке, чтобы был алмаз. Сейчас все так поменялось в природе. Может из Москвы олимпийским чемпионом стать, где ни зимы особой нет, условий нет, стрельбища нет. Как правило, те спортсмены, которые далеко из глубинки, они выносливые, целеустремленные, не избалованные.

Леонид Велехов: Это точно! Как дети приходят в такой прекрасный, но все-таки физически очень тяжелый вид спорта как лыжи, и уж тем более биатлон? Какой-то особый характер нужен?

Анфиса Резцова: В сравнении с тем периодом, когда я пришла заниматься лыжным спортом, это было бесплатно. Была сразу выдана экипировка - лыжи, палки, ботинки, обмундирование.

Леонид Велехов: Это как-то манило, мотивировало?

Анфиса Резцова: Да, манило, что у меня многодетная семья, четверо детей. Не все родители могут позволить приобрести инвентарь. Во-вторых, я думаю, что все-таки не было много соблазнов. Было доступно все - хочешь этим занимайся, хочешь тем. Дети, не понимая, где лучше, где интересней, шли кто, куда. Я начинала с гимнастики. Потому что у нас во Владимире очень сильная школа гимнастики. А потом пришел педагог в школу, набрал детишек, в т. ч. меня. Интересные какие-то были эстафетки, катание с горок. Для ребенка это нормально.

Леонид Велехов: А сегодня ведь совсем другая жизнь. Идут дети в лыжи?

Анфиса Резцова: Сегодня идут гораздо меньше, но идут заниматься те дети, у кого есть в жизни кумиры в спорте. Если есть кумир в определенном виде спорта, он идет туда заниматься. На сегодняшний день такой вид как наш биатлон, настолько популярен, настолько обозреваем, детишкам никакого фигурного катания, никакого шоу не надо. Они хотят идти в биатлон, они хотят стрелять, они хотят побеждать как Свенсен, как Бё, как Бьорндален.

Леонид Велехов: Но когда вы начинали, когда вы пришли из лыж в биатлон, таких идолов не было. Вы как пришли в биатлон? Как получился переход из лыж в биатлон, потом обратно в лыжи?

Анфиса Резцова: Это только Резцова, наверное, могла.

Леонид Велехов: Это уж точно! (Смех в студии)

Анфиса Резцова: Так сложилось в спортивной жизни. Мы все стремимся к высшей награде, к высшей ступени пьедестала на Олимпийских играх. К первой своей победе в Калгари в 1988 я шла практически 12 лет. Поэтому для меня это все - или пан или пропал.

Леонид Велехов: А ведь мог быть 1984 год.

Анфиса Резцова: Да. Я практически по результатам проходила. Но я тогда еще юная была. И наш главный тренер Виктор Александрович Иванов сказал: "Анфиса, ты последний год по юниоркам должна достойно выступить здесь. Успеешь во взрослом спорте. У тебя хорошие задатки. Я знаю, что мы с тобой дальше сделаем. Я могу тебя взять в Сараево, но ты будешь там, на скамье запасных. Это не нужно нам на сегодняшний день". Он профессионал.

Леонид Велехов: Он мудрый человек. Он один из великих лыжных тренеров.

Анфиса Резцова: Да, он не одну плеяду подготовил олимпийских чемпионов. Поэтому мы поступили так, и я считаю, что это правильно. А 1988 год… Я к нему стремилась. Я на него попала. Но, к сожалению, чуть-чуть меня не хватило на индивидуальной гонке 20 км, к которой я была готова только к золоту. Много всяких подводных течений произошло за этот период. После Калгари, когда я родила доченьку Дарью, я вернулась в лыжный спорт.

Но на тот период, 1990 год, лыжный спорт стал уже не как спорт, наверное, а больше политическое такое. Уже началась какая-то коммерция. Мы покупаем спортсменов, мы продаем других спортсменов. Мы по каким-то критериям отбираем в команду - кто мне нравится, кто не нравится, хорошенькая они или не хорошенькая. Здесь было немножко такое недопонимание с тренером.

Леонид Велехов: А это кто был?

Анфиса Резцова: Грушин Александр Алексеевич, знаменитый наш женский тренер. Он пошел у девчонок на поводу - почему она пришла после родов и такое же мнение имеет, как и мы. Естественно, в команде появились новые лидеры и Люба Егорова, и Лена Вяльбе, и Лариса Лазутина, и Тамара Тихонова, которая в Калгари выигрывала. Какое-то немножко ущемление в мою сторону стало.

Супруг Леонид на тот момент закончил свою спортивную карьеру и приступил к тренерской деятельности. Он мне предложил - давай попробуем. Терять нам нечего.

Леонид Велехов: Попробуем биатлон?

Анфиса Резцова: Да, биатлон. В лыжах мы уже достигли вышей ступени пьедестала, давайте попробуем в биатлоне. И вот так я перешла в биатлон. Наверное, я счастливый человек. Как раз в этот период женский биатлон, который не был до 1992 года олимпийским видом, стал олимпийским видом. Почему я стала первой олимпийской чемпионкой? Опять же мне повезло. Потому что первая дисциплина была моя - спринтерская, где за счет скоростного бега я могла выиграть. Если бы была классическая гонка с 4-я рубежами, то я бы не была первой олимпийской.

Леонид Велехов: Стреляла все-таки не очень, да?

Анфиса Резцова: Стреляла не очень, потому что у меня было очень мало времени подготовки. 1, 5года - это нереально. Любой вид спорта нужно лет 5 изучать. Азы, которыми владел супруг, он мне поставил. А вот свой ритм стрельбы, свой подход на рубеж, свой уход с рубежа у меня не были отработаны, отшлифованы до автоматизма. Тем не менее, я на тот период влетела в этот биатлонный мир с лыжных гонок, наверное, как ракета, и внесло новое, что скорость, скорость и еще раз скорость. Не только стрельба должна быть хорошей и стабильной, но и скорость, что на сегодняшний день одно от другого неотделимо.

Леонид Велехов: Но потом снова был пик в лыжах?

Анфиса Резцова: Да. А потом я родила вторую доченьку и вернулась в свой родной биатлон. Но здесь у нас был главный тренер из Тюмени Леонид Александрович Гурьев, который практически полкоманды набрал своих тюменских девчонок.

Леонид Велехов: (Смеется) Из-за уральского хребта.

Анфиса Резцова: Да, они ближе ему. Он их готовил на месте. И он за собой их потянул в команду. И мне в команде вроде уже как не хватает места. Началась такая дележка - пусть она докажет, пусть она еще попадет. И вот эта передряга меня вывела из равновесия. Я ушла не совсем в глубокую, но в депрессию. Почему они в команде, а меня не берут? Но меня в команду не включили, хотя я выиграла летний чемпионат в Белоруссии. Я, немного подумав с супругом, закончила сезон в Нагано в лыжах. Выступала на всех соревнованиях, где только проводились лыжные гонки. Потому что стрелять не было возможности. На отборочные на Олимпийские игры в Нагано меня отстегнули. Сезон 1998 года я заканчивала в лыжных гонках. Меня включили в состав, и чемпионат мира 1998 года в Австрии мы выиграли эстафету. В 2000 году я закончила со своей карьерой.

Леонид Велехов: Грандиозная карьера. И все-таки где вам было лучше, комфортнее? Где был ваш звездный час - в биатлоне или в лыжной гонке?

Анфиса Резцова: Для меня родней, теплей и ближе, конечно, биатлон. Но биатлон не может состояться как биатлон без лыжной базы, без лыжной подготовки. У меня в семье три брата, я росла с мальчишками. У меня такой заведенный характер. Поэтому, когда я пришла в биатлон, я тренировалась с мужским составом. Меня не устраивал женский состав. Мне было комфортней с пацанами.

Леонид Велехов: Биатлон - женский вид спорта?

Анфиса Резцова: Нет, конечно. Когда я занималась биатлоном, я всегда говорила мужу: "Что это такое - баба с ружьем?!" А он говорит: "Подожди, подожди". И когда замуж вышла, я не воспринимала биатлон, но мне нравилось стрелять. Я приходила к мужу и просто стреляла.

Леонид Велехов: А стрелять начала еще до биатлона?

Анфиса Резцова: Да, мне это нравилось. Но, чтобы бежать с винтовкой, потом прийти, как ужаленной, и опять дальше бежать - такого я не представляла. И уже, будучи биатлонисткой, я никогда не желала, чтобы мои дети занимались биатлоном, причем, у меня девочки, но они выбрали биатлон. Я считаю, что какой-то шарм, какая-то изюминка в этом есть.

Леонид Велехов: Ни у кого такого сочетания, чтобы золотые олимпийские медали были и в биатлоне, и в лыжах. Это такая счастливая случайность или у вас какие-то уникальные природные данные?

Анфиса Резцова: Я не до фанатизма, но верующий человек. Я считаю, что всю мою жизнь, начиная с пеленок, ведет Господь Бог. Много было преград, чтобы заняться спортом. Потом дальше, когда шла по спорту, было тоже много барьеров. Тем не менее, я преодолевала их. Потому что у меня впереди была целью - если я чем-то занялась, надо к цели до конца идти. Моя путеводная звезда вела меня в правильном русле.

Леонид Велехов: Когда поднимались, дух не захватывало, головокружения от успехов не было никогда, звездной болезни и т. д.?

Анфиса Резцова: Со стороны видней, но не было такого в мой адрес высказано, что ты великая, ты зазналась и не признаешь никого. Мне кажется - нет.

Леонид Велехов: И все-таки, наверное, олимпийские медали - это самое заветное и важное. Какая из них для вас, во-первых, самая важная из ваших Олимпиад, во-вторых, тяжелее и труднее всего далась?

Анфиса Резцова: Важны они, наверное, в равной мере все. Потому что если взять первую, к которой стремился, была бы она или не была, потому что перед Олимпиадой случилось так, что, выйдя замуж в 1985 году, мы хотели сразу родить ребеночка и дальше заниматься спортом. Не получилось. Три года мы не могли родить детей. 1988 год - моя первая Олимпиада и вдруг я забеременела. Советский Союз. Я человек государственный. Я должна ковать медали. Мне запретили. Меня вызвали в Олимпийский комитет, собрался тренерский костяк, и сказали: "Ты не имеешь права рожать". Меня заставили сделать первый аборт.

И опять же Господь привел меня к Калгари. Я выиграла там золото. Потом сошла немножко ниже на ступеньку, родила первую доченьку, пошла подниматься по ступенькам дальше. Я считаю, что я родилась под счастливой звездой. Конечно же, не без вмешательства генов родителей, которые заложили, наверное, какой-то талант.

Леонид Велехов: В конце концов, это тоже от Бога.

Анфиса Резцова: Да. Хотя родители мои из простых рабочих. Мама почтальоном работала, папа строителем. Им некогда было заниматься детьми, но, тем не менее, отложилось - что мне хочется что-то, и я пошла заниматься. Мне были родители в помощь, Господь в помощь.

Я счастливый человек. Чтобы вот так добиться в двух видах, родить потом четырех девчонок, четверых детей! Это просто! Я всегда говорю, что меня Господь любит.

Леонид Велехов: Поцеловал в макушку. Не страшно было делать первый аборт?

Анфиса Резцова: Страшно. Все это на чаше весов взвешивалось. Я, конечно, общалась со своим доктором. Она мне сказала: "Анфиса, конечно, обидно первые Олимпийские игры, может быть, и последние. А с другой стороны, первый аборт зачастую приводит к бесплодию. Вы только с мужем можете правильное решение принять". Я говорила - нет, я буду рожать.

Леонид Велехов: А муж что?

Анфиса Резцова: А муж сказал - как решишь? Вот это меня подломило. Что значит - как решишь? Мы одна семья. А если вдруг потом не получится? Мы что, будем жить с медалями нашими? Он говорит - ты мне любая нужна. И мы решили - как Господь распорядится. И даже у меня уже внучок родился, и еще четвертую Машеньку дал. Такая у меня Машенька! Самая лучшая сейчас.

Леонид Велехов: Не только вас Господь любит, но и простил за грех - аборт.

Анфиса Резцова: Я так предполагаю, что грех был не только мой. Поэтому, наверное. Он сверху видел, как все происходило.

Леонид Велехов: Это была принятая такая практика, что Спорткомитет мог запретить рожать?

Анфиса Резцова: Обязательно! Например, на сборах у нас Лариса Лазутина и Гена Лазутин, оба лыжника, оба в сборной команде, они жили в разных номерах. Их не селили как семью, чтобы не забеременеть, чтобы ничего лишнего не было. В советское время это было. Потом стало модно - возить маму, ребенка, бабушку, дедушку. Мама готовит еду, ребенок с тобой. А в советское время было жестко - только медали.

Моим первым тренером был Виктор Михайлович Прокофьев, который меня привел в секцию. Но когда у меня появились первые результаты, только-только выходила я из Владимира, я попала на первый чемпионат мира среди юниоров, 1982 год. После чемпионата мира я приехала и привезла кое-какие подарки: у меня братья, семья - какие-то сувениры. И ему что-то там подарила. Ему не понравилось. Я должна была ему какой-то костюм привезти, еще что-то. И сразу на меня наезд, что ты за границей была, а мне не привезла. И у нас начался разлад с ним. Хотя я первый год, когда получила экипировку, лыж много - 6 пар, я все привезла на базу. Потому что на следующий год мне еще дали. Я оставила все ребятам заниматься. Ботинки какие-то. Я все привозила туда. Но пошло недопонимание с такой нотой.

А Юрий Иванович нашел меня. На следующий год более старшие девочки ездили по линии "Динамо". И одна из девочек неважно выступила, и он меня поменял. Потому что вроде видел во мне перспективу. С того момента, наверное, с 1981 года мы с ним вместе нога в ногу. И сейчас мы общаемся. Это мой по жизни наставник - Юрий Иванович Сорокин.

Леонид Велехов: Анфиса, вы человек предельно искренний, откровенный при этом на язык острый. Чего ради все - ради премиальных, ради славы, ради музея медалей? Все-таки очень многое приносится в жертву.

Анфиса Резцова: Не знаю. Ради цели. Это жизнь. Ну, не спортом бы я занялась, а другой деятельностью. Все равно стремилась бы к тому, что я должна до конца дойти и сделать то, что я умею. Никаких корыстных задач. Во-первых, премиальных на тот момент практически не было. 1992 год. Сезон удачный - я выиграла олимпийскую медаль, я выиграла кубок мира, не считая всех чемпионатов России. Я получила 1000 долларов за весь сезон.

Леонид Велехов: Не густо даже по тем временам.

Анфиса Резцова: Не густо. Да, был плюс - нам за олимпийскую медаль помогали с жильем. Спортсменам выделялась жилплощадь. Это единственное. Но опять же самоцели не было такой - ради квартиры. Нет. У каждого человека в жизни должна быть цель. Сейчас у родителей есть возможность помочь детям найти эти цели.

Леонид Велехов: Спорт в этом смысле очень многим помогал.

Анфиса Резцова: Очень много! Меня очень часто спрашивают - что вам дал спорт? Мне он дал все - дисциплина, режим, сила воли, доброту. Я общаюсь с артистами, с Олегом Газмановым лично мы общались. У них заметно высокомерие - я с тобой общаюсь, а ты никто - я не общаюсь. Вот этого нет. У спортсменов зачастую нет такого. Они доброжелательны, они отзывчивы.

Леонид Велехов: Но на лыжне-то всякое бывает. Палкой по спине приходилось получать?

Анфиса Резцова: Лыжня - это другое! Приходилось, и матерки слышать приходилось. Это другое. Здесь конкуренция.

Леонид Велехов: А сама на лыжне кого-нибудь огревала палкой?

Анфиса Резцова: Я не огревала, но со злости могла сказать... Несмотря на то, что я такая взрывная, но все равно какое-то уважение и такт подсознательно должно существовать.

Леонид Велехов: Что вас заставило в свое время признаться в употреблении допинга? Это был, если не ошибаюсь, 2009 год.

Анфиса Резцова: Я сказала, что не допинг. Не так я сказала. Я сказала, что мы обязательно принимали что-то дополнительно с подачи доктора. Он нам давал. Потому что организм такие объемы уже не выдерживал. Но это не значит, что какие-то запрещенные. Я сама не знаю - запрещенные или не запрещенные. С доктором оговариваем, заключаем договор, что мы это должны употребить в помощь организму. Вот и все. Мы употребляли. А что это? Мы не знали.

Леонид Велехов: Значит, доктор виноват.

Анфиса Резцова: В чем виноват?

Леонид Велехов: Что показано это или противопоказано?

Анфиса Резцова: Доктор не виноват, он ответственный за то, чтобы было все четко и гладко, чтобы все эти препараты были не запрещены, доступны.

Леонид Велехов: Тем не менее, это выглядело как такое ваше признание, очень сильное и яркое. Несколько месяцев назад Александр Иванович Тихонов сказал, что он в своей жизни единственный допинг, который употреблял, это была водка. Когда он был президентом федерации, ведать не ведал и знать не знал, что...

Анфиса Резцова: Вы в это верите?

Леонид Велехов: Конечно, нет.

Анфиса Резцова: Вот! Никто никогда честно не признается. Но у меня есть нормальное человеческое объяснение этому: не пойман - не вор. Я знаю, что Бьорндален тоже не обойдется без этого. Извините меня, 10 лет быть лидером, быть сильнейшим, непобедимым! Организм изнашивается. Это не робот.

Леонид Велехов: Потом надо видеть, в каком виде приходит Бьорндален на финиш!

Анфиса Резцова: Конечно, здравомыслящий человек понимает, что все равно какое-то вмешательство идет. Но не пойман - не вор. Я преклоняюсь перед Бьорндаленом, потому что это человек трудяга. Для меня это самое главное. Если ты хочешь чего-то добиться, не нужно бояться, не искать легкого пути и соблазнов, который на сегодняшний день просто испортили спортсмена и нарушили систему советского спорта.

Леонид Велехов: Если говорить вообще о допинге. А что, спорт высших достижений без него не может?

Анфиса Резцова: Думаю, что - нет, причем, любой вид спорта. Человек, попробовав вкусное, ему хочется еще, еще и еще. Поэтому я не думаю, что есть на сегодняшний день спортсмен, который вообще ничего не пробовал вкусного. Любой спортсмен лукавит. Бог им судья, и это их право. Да, тот спортсмен, который признается на следствии, что я ничего не совершал, ничего не принимал и тут же пойман на допинге - срок.

Леонид Велехов: Вы же признание свое сделали. Вы говорили о 1999 годе, когда вы выиграли чемпионат мира. Признание сделали через много лет. А если бы за это признание вам сказали: "Анфиса, ту золотую медальку"...

Анфиса Резцова: Не имеют право. Еще раз говорю - не пойман - не вор, не доказуемо. То, что мы с доктором это делали - помощь организму, я ни одного названия не знаю до сих пор. Что там делалось, как там делалось?! Доктор несет ответственность. Мне это помогало. Я чувствовала, что у меня организм восстанавливается. Организм чувствовал восстановление - значит это хорошо.

Леонид Велехов: Но мы же знаем, что потом организму очень дорого за это приходится расплачиваться. Многие спортсмены начинают этим злоупотреблять и т. д., а потом сколько сломанных жизней, сколько ранних смертей и т. д. А стоит ли вообще тогда игра свеч?

Анфиса Резцова: Ответ вопросом. А артисты? А модели, которые диетами себя изнуряют? Значит, есть ради чего-то.

Леонид Велехов: Мы приходим к той же мысли - ради цели надо жертвовать.

Анфиса Резцова: Я к ней стремлюсь, да. Те же модели, артистки, спортсменки говорят - ну, что я не успею замуж выйти, не успею детей родить? Ах, вот, извините - не успел, не смог. Это очень жестко. Но ты же хотел этого - получи! И я тоже жертвовала - пошла и первый аборт сделала. Мне была нужна медаль. Да, провались она пропадом. Прежде всего Бог создал Адама и Еву, чтобы детей рожали, была семья. Самое ценное, что у человека есть - это семья. А потом, если получится, значит работа любимая. А многие ставят работу на первое место, а потом - успеем. Ан, нет. Каждый из нас идет к своей цели, умышленно жертвуя чем-то.

Леонид Велехов: Наступят ли когда-нибудь такие времена, когда спорту удастся избавиться от допинга или, наоборот, он навсегда сохранится, и его влияние и значение будет только усиливаться?

Анфиса Резцова: Смотрите, какая сейчас аномалия в природе. Переворот просто глобальный. Так и здесь, в большом спорте. Чтобы вернуть вспять, к тому времени, где мы ничего не умели, ничего не знали, мы только догадывались... А когда все есть, хочется все больше, больше и больше. Не произойдет того, что мы от этого всего откажемся, и вернемся к тому, что не знаю, не понимаю, да и не надо. Не вернемся к этому!

Леонид Велехов: Поговорим о современном состоянии дел в биатлоне. Все мы помним потрясающие успехи советской сборной. Даже распад СССР биатлон пережил лучше многих зимних видов спорта, собрал еще на первых после советских олимпиадах много наград. Но последние годы, по-моему, дела идут не очень. Почему?

Анфиса Резцова: Не знаю. Вопрос очень сложный.

Леонид Велехов: Что там за бесконечные скандалы с этим Пихлером женской сборной и т. д. и т. п.?

Анфиса Резцова: Рабы гниет с головы. Поэтому это 4-летие к Сочи. Мы избрали нового президента - Михаила Дмитриевича Прохорова. Человек весомый в сфере бизнеса, имеет много финансов, которые вкладывает в биатлон.

Леонид Велехов: А он много в биатлон вкладывает?

Анфиса Резцова: Не настолько много, сколько хотелось бы.

Леонид Велехов: "Нью Джерси" он купил, если не ошибаюсь, за 220 млн.

Анфиса Резцова: Я не хочу считать его деньги. То, что доносится в прессе для людей, искажено в отношении Михаила Дмитриевича, что он содержит команду биатлона. Нет. Команду биатлона, как и любой другой вид спорта, содержит Минспорт России. Выделяются финансы, проводятся учебно-тренировочные сборы. Командой разрабатывается программа, план подготовки и все. Михаил Дмитриевич, конечно, помогает конкретным спортсменам. В зависимости от результата зависит и сумма. Я так предполагаю, что Михаил Дмитриевич, наверное, выбрал не тот вид спорта, может быть.

Леонид Велехов: А он сам выбрал? Может быть, ему выбрали?

Анфиса Резцова: Я не знаю. Я в выборах не участвовала нашего сегодняшнего президента в биатлоне.

Леонид Велехов: Но это уже ненормально.

Анфиса Резцова: Это ненормально. И те многие специалисты-консультанты, которые пытались в это 4-летие помочь и подсказать неправильные ходы и выходы, их никто не слушал. Потому что они пришли, великий. У них есть грузовик с евро, с баксами и т. д. и т. п. И они считали, что - все! Мы все сделаем - Сочи будет наш. Но не тут-то было.

Вернемся в советское время - труд, труд и еще раз труд. Он только обогащал человека, а уж в спорте тем более. Труд всегда себя оправдывал. Та советская система подготовки любого спортсмена всегда оправдывала конечный результат. И те спортсмены любой страны, которых сейчас взять, они готовятся по советской системе. У нас самая сильная система, самая правильная была в спорте система. Мы ее нарушили.

Леонид Велехов: Каким образом?

Анфиса Резцова: С приходом Прохорова нарушили. Мы стали пробовать все другое, все новое, все современное. Мы забыли про трудолюбие. Мы забыли, что у нас есть деньги, у нас есть красивые места проведения тренировочных процессов. У нас есть прекрасные восстановители. У нас есть немереные экипировки лыж и всего остального. Мы заблудились. Мы изощряемся, как хотим. У нас есть команда сервисеров, которые тебе просто вылизывают лыжи. Столько соблазнов!

Леонид Велехов: В ваше время сами готовили лыжи?

Анфиса Резцова: Мы сами готовили лыжи. Естественно, тренер готовил уже к соревнованиям. Но пробовали мы свои лыжи сами. А здесь зачем сам? Ты можешь спать спокойно, для тебя все подготовят, тебе принесут, пылинку сдуют. Вот это не есть правильно. Человек к хорошему быстро привыкает. Образно говоря, команда сборной живет в шоколаде. У них все есть. Они уже не знают, за что зацепиться.

Леонид Велехов: Премиальные колоссальные.

Анфиса Резцова: Мы не хотим услышать, мы считаем, что вы устарели. Вы - те, которые в свое время завоевывали медали, - устарели. Сейчас все по-другому. Да, не по-другому сейчас. Все то же самое. Если ты трудишься, у тебя есть план программы советский, который мы выполняли, ты будешь здесь. А у нас сейчас на первом месте не только в спорте, а вообще в Российской державе, деньги, деньги, деньги, деньги.

Леонид Велехов: В жизни осталась одна идея - деньги.

Анфиса Резцова: Все! Где начинаются деньги, там заканчивается все.

Леонид Велехов: А в советское время казалось, будут деньги - будет все. А оказалось, что не так. Мы жили бедно и, казалось, чего не хватает, так это денег для полноты счастья.

Анфиса Резцова: Да, и мы к этому стремились, и они у нас были. Мы что-то делали. А сейчас, когда они есть, к чему стремиться-то? Можно расслабиться. Ну, проиграл, ну, и... Ну, не взяла ты свои премиальные, ну и что. Как у нас сильнейшая наша биатлонистка, которую превозвысили настолько, что она носом небо задевает, а толку никакого - Слепцова Светлана. Она нам, болельщикам, сказала: "Мы вам ничем не обязаны".

Леонид Велехов: То есть как?!

Анфиса Резцова: Ну, вот так. То, что для нас создали и сделали, мы в шоколаде, а отдавать мы не обязаны. Вот, это наши члены сборной. В свою бытность мы такое разве могли позволить сказать?! Мой пример верну. Нам сказали - не имеешь права рожать, будь любезна медали куй. Получится, не получится, умеешь, не умеешь - попала в сборную, сидишь на этом месте, может быть, чужое занимаешь? Докажи, что это твое место. Ты доказываешь. Чем? Трудом. А на сегодняшний момент мы всю эту систему нарушили. Мы начинаем искать, мы начинаем пробовать.

Я никого не хочу унизить. У нас сейчас в биатлонной державе, начиная с Прохорова. Это человек бизнеса. Может быть, в волейбол играл, в баскетбол. Ему это нравится. Ну, иди в игровые. Он даже сам как-то признался: "Мне кажется, я не туда попал". (Смех в студии) Тоже на букву "б", но не биатлон надо было, а баскетбол. Ну, так случилось. Раз уж пришел сюда, надо что-то делать. Переворот какой-то делать. Они хотели как лучше. Для того чтобы было лучше, ты делай, но делай от души.

Леонид Велехов: Каким образом тогда две дочки оказались в биатлоне?

Анфиса Резцова: Две, третья на подходе. Я все время говорю: хозяин - барин. Я никаких палок в колеса не вставляю. У меня никогда не было такой задачи - только спорт. Никогда! У меня такое - чем хотите занимайтесь - ваше право. Моя миссия и миссия вашего папы - вам помочь, подсказать, что мы знаем. А остальное - вы. Например, моей маленькой Маше очень нравится рисовать. Ей 5,5 лет. Мы на лыжах катаемся для здоровья, но ей больше нравится на коньках. Мы идем с ней и каждый вечер катаемся на коньках. Ради Бога. Гением не рождаются, им становятся. Если им это понравилось, они пошли в 1 классе заниматься лыжным спортом, - пожалуйста. Они поставили перед собой цель. У меня получается. Бьорндален может, а я не могу? Они сами пошли. У них получается. Мы где-то подсказываем, что правильно, что не правильно.

Леонид Велехов: У них ваш характер и ваше понимание?

Анфиса Резцова: У всех разный характер. Все 4 девочки и все с разным характером. Биатлон же двоякий вид спорта - стрельба и лыжи. В лыжах нужно быть сильным и выносливым, а в стрельбе нужно быть устойчивым, спокойным, уравновешенным. Как это совместить? Я ворвалась на лыжню и поперла, а надо остепениться, успокоиться, встать, забыть, никого не вижу, никого не слышу и хладнокровно стрелять.

Старшая очень спокойная скромная девочка. Она лучше стреляет, но слабо бежит. Вторая девочка одаренная от природы физически. Она третий сезон в биатлоне. У нее задатков больше. Стрельба у нее в процессе изучения. Но это их выбор. Наше дело - помочь.
XS
SM
MD
LG