Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кинообозрение с Андреем Загданским

Александр Генис: Вторую часть “АЧ” мы начнем беседой с ведущим нашего “Кинообозрения” Андреем Загданским. Андрей, “оскарский” сезон в разгаре, сейчас началось самое интересное, самое главное, кто получит “Оскара”.Как вы относитесь к списку номинаций в этом году?

Андрей Загданский: Я отношусь к списку номинаций совершенно нормально. В нем, по-моему, нет ничего удивительного, кроме нескольких огорчающих деталей: пропущены большие звезды, нет среди номинантов Редфорда, нет Тома Хэнкса и не хватает нескольких фильмов. С моей точки зрения, досадные эти упущения. Пропущен фильм братьев Коэн “Внутри Льюина Дэвиса”, картина, которая мне очень понравилась и которая, с моей точки зрения, незаслуженно обойдена академией.

Александр Генис: Ну что ж, давайте о ней и поговорим.

Андрей Загданский: С удовольствием. Что происходит в новой картине? Картина повествует о мытарствах молодого или уже не очень молодого музыканта в Нью-Йорке холодной зимой 1961 года. Наш герои Льюин Дэвис поет и играет на гитаре и исполняет песни в жанре фолк еще до того, как волна популярности этого жанра охватила всю Америку и затем весь мир, что очень важно - на дворе 61 год. 60-е, знаменитые американские 60-е еще не начались. Характерная деталь: в джинсах в кино, кажется, почти никто не ходит.

Александр Генис: Трудно представить себе Америку без джинсов, собственно, уже весь мир без джинсов не представишь.

Андрей Загданский: Совершенно замечательно, такой маленький сдвиг.

Александр Генис: Это очень похоже на братьев Коэн, которые всегда потрясающе точны в деталях. Я помню их фильм “Серьезный человек”, где действие происходит тоже в 60-х годах, они сказали: вы обратите внимание на то, что у женщин в те времена был больше бюст, чем теперь. Потому что тогда носили специальные лифчики, они докопались до этой детали.

Андрей Загданский: Мы, кстати, вернемся к этому фильму тоже. Итак, в нашем фильме ходят в брюках и пальто, а те, у кого нет пальто, как у нашего героя Льюина, ходят в вельветовых пиджаках. На дворе холодно. Льюин беден, у него нет дома в Нью-Йорке, он постоянно ищет, где бы переночевать, у кого бы одолжить денег. Он выступает иногда в клубе ‘Gaslight’, , был такой реальный клуб в Нью-Йорке в это время, и пытается как-то продвинуть свою карьеру один, совершенно один после того, как его напарник и партнер по дуэту покончил с собой - прыгнул с моста Джорджа Вашингтона, что станет поводом для одной из самых замечательных черных шуток в фильме.
Персонаж, которого играет Джон Гудман, в удивлении вопрошает: “С моста Вашингтона - что это такое? Люди обычно прыгают с Бруклинского моста”. Льюин человек со сложным характером, он не в состоянии ответить на эмоциональное тепло такого же страждущего музыканта, он отталкивает друзей, ссорится со своим агентом, он теряет кота, в моих глазах самое страшное преступление, тех людей, которые предоставили ему кров. Он такой? Или неудачи судьбы, голодное существование в шоу-бизнесе сделали его таким? Когда Льюин поет и играет, мы видим, что он хорош, но не более того, он не изменит наше представление о фолк-музыке. Нет, он не посредственность, но он недостаточно хорош. “Я не вижу в этом большого заработка”, - говорит Льюину после прослушивания легендарный хозяин музыкального клуба в Чикаго, который и сейчас, по-моему, существует. “Я бы порекомендовал вам вернуться к сотрудничеству с вашим партнером по дуэту, а не выступать соло”. При этом он не знает, что партнер Льюина покончил с собой, но мы это уже знаем.
И здесь я хочу сказать несколько слов о братьях Коэн и о том, почему мне так нравится то, что они делают в кино, принципиально нравится - они по-настоящему рискуют. Сделать фильм не о маленьком человеке, а о среднем человеке, среднем музыканте, не гении и не бездарности. Герой фильма - не тот, который вас покоряет, он не завоевывает вашего внимания, и это требует большой профессиональной твердости, - это настоящий профессиональный риск, риск, который вряд ли оправдается в кассе, и риск, который не оценит киноакадемия - это риск настоящего художника.

Александр Генис: Я горячо с вами соглашаюсь. Художник обязан делать то, что он делать не умеет, если он умеет делать, то он повторяет себя. Приаеду литературную параллель. Писатель Владимир Сорокин все время меняется, он все время эволюционирует, и конечно делает ошибки, потому что ошибки - это тоже часть, необходимая для творческого процесса. Но братья Коэн меня особенно покоряют своим разнообразием. Одни и те же режиссеры, как они могут снять, например, вестерн настоящий, великолепный, на мой взгляд, вестерн, тот, что мы с вами перевели как “Жесть”, и в то же время они снимают фильм про еврейскую общину Миннеаполиса “Серьезный человек”, который вообще не имеет никакого отношения к Западу, да и к тем картинам, которые доставили им славу. В этом отношении они идут в одном и том же строю, что и Вуди Аллен, который тоже делает огромное количество разных фильмов, тоже прыгает туда-сюда, или Олтман, если мы вспомним другого режиссера. Эти американские мастера, которые все время меняют свои жанры. Именно поэтому, мне кажется, американское кино может похвастаться сегодня таким разнообразием.

Андрей Загданский: Вы знаете, существует множество определений большого художника, одно из них, вероятно, рискну сказать - это желание уйти от самого себя, избежать собственных дорог. При этом, что из этого получается, не нам судить. Феллини уходил от себя, но остался одним и тем же Феллини, и мы видим определенную последовательность во всех его картинах.

Александр Генис: Потому что его почерк настолько характерен, что его нельзя изменить. Бродский однажды сказал: нельзя ходить по проторенным путям, даже если ты их проторил.

Андрей Загданский: Да! Если чувствуешь, что ты повторяешься, тебе становится неинтересно, исчезает острота эксперимента, исчезает драйв, который заставляет человека пробовать и ошибаться.

Александр Генис: И отсюда риск. Мне очень понравились ваши слова про среднего человека. Про среднего человека вообще снимать трудно, про среднего человека и писать-то трудно.

Андрей Загданский: Вы знаете, это самое главное, что они сделали в этой картине. Это вызывает мое профессиональное восхищение. Между прочим, вы только что вспомнили картину “Серьезный человек”, и в этом фильме, и в том есть определенные параллели. Тот тоже герой не маленький человек, а обычный. В чем параллельность этих фильмов? В “Серьезном человеке” мы видим, как герой получает один удар за другим, одно испытание за другим, и мы должны прочитывать все это в рамках религиозного контекста. Во всяком случае в конце герой получает, когда вроде бы все позади, удар, по всей видимости, смертельный - звонок от его врача, который настаивает на немедленной встрече. Мы понимаем, что разговор с ним предстоит не самый приятный. Что происходит в этой картине? Здесь наш герой тоже получает в конце фильма удар, о котором я сейчас скажу, но в отличие от обстоятельств жизни и перипетий “Серьезного человека” в предыдущей картине эти все обстоятельства Льюином выбраны самостоятельно, он выбрал эту жизнь, он выбрал этот трудный музыкальный мир. Когда вы смотрите такие фильмы братьев Коэн, стоит помнить, что один из братьев закончил философский факультет.

Александр Генис: Они об этом никогда не дают забыть, поэтому в каждой их картине есть разрыв в логике. Когда их спросили, что это означает, они говорят: “Кафка брейк”. Они хорошо знают, что такое философия.
Обратите внимание, что в фильме о музыканте, о котором мы сегодня говорим, нарушается один из самых главных архетипов Голливуда - это фильм не о Золушке и это, по-моему, чрезвычайно важно, это Золушка, которая остается Золушкой.

Андрей Загданский: В этом фильме разрушается столько архетипов, сейчас мы к этому вернемся. Потому что фильм разламывается пополам в самом финале. Что происходит? Так как, я уже говорил, у нашего героя, в отличие от “Серьезного человека”, личный выбор, он хочет быть музыкантом, а не моряком (у него морская лицензия между прочим), он ссорится с друзьями, он невыносим, он оскорбляет нелепую тетку, которая выходит на сцену и пытается петь нелепо и неловко. Он мог бы промолчать, но не такой наш герой. Он обозлен своими неудачами, он оскорбляет тетку. И судьба ему мстит. Даже не судьба, а как я подчеркивал, им же выбранный его же собственный мир, дважды. В конец его избивает муж этой самой нелепой тетки, которую он оскорбил в клубе. Но от этих ударов он отойдет, он не отойдет от другого, главного. После своего выступления, получив свою долю аплодисментов, уходит со сцены, упаковывает гитару и видит, что на сцену после него вышел молодой парень. Лица этого парня мы не видим, только силуэт и прическа, и все в Америке узнают эту прическу. Потом парень берет несколько аккордов и начинает петь. Если вы не узнали прическу, то вы узнаете голос - это Боб Дилан, человек, которому суждено изменить фолк-музыку навсегда и стать самой большой звездой этого жанра и самым знаменитым музыкантом в Америке. Льюин Дэвис посмотрел в сторону этого певца, вероятно, как смотрит горнолыжник на приближающуюся снежную лавину. Все бессмысленно, все усилия, все предыдущие ставки, все ссоры, все репетиции, все выступления, поездка зимой в холодный страшный Чикаго ночью в машине. Все зря, все пропало. Точно так же как звонок врача в конце фильма “Серьезный человек”. Вы знаете, эта картина неприятная, темная, огорчительная, по-своему депрессивная, и вместе с тем это настоящее искусство, это большое кино.

Александр Генис: В этом фильме есть еще один герой, один элемент, о котором мы не можем поговорить, потому что в картине значительную роль играет кот, и кота зовут между прочим Улисс, точно так же, как вашего кота.

Андрей Загданский: Это правда.

Александр Генис: Братья Коэн сказали, что они ненавидят котов после этого фильма, потому что снимать их труднее всего. Мы хорошо с вами знаем, что кота не заставишь делать то, что нам нужно.

Андрей Загданский: Нужно найти того кота, который просто делает в жизни то, что вы бы хотели увидеть на экране.

Александр Генис: Они сказали, что имели дело с дрессированным стервятником в фильме “Жесть”, и это намного лучше, чем иметь дело с котом. Кот в фильме добавляет обаяния картине?

Андрей Загданский: Кот всегда добавляет, кот, где ни появится, всегда будет добавлять обаяние - это неизбежно. Тем более там два кота, в картине происходит определенная подмена, нужно быть к этому готовым, она очень смешная, неожиданная. Там есть определенный комедийный ход, связанный с котом. Принципиально важен выбор имени кота, кота зовут Улисс - это странствующий герой, наш герой тоже Улисс, потому что он путешествует с одного места в другое, всюду пытается найти себя, в отличие от того самого Одиссея, который себя нашел и до дома добрался.

Александр Генис: Мой последний вопрос. Скажите, из года в год перед “Оскаром” мы с вами разговариваем о номинированных фильмах, и вы всегда чрезвычайно точно угадываете, кто получит “Оскара” в каждом году. Меня это поражает, потому что это далеко не очевидные вещи. Более того, фильмы, которые получают “Оскара”, забываются довольно быстро. Например, легко забыть, что в прошлом году приз получил “Арго”, я уверен, что через несколько лет он вообще забудется навсегда. Тем не менее, вы всегда точно угадываете, кто получит “Оскара”. Я не знаю, как вы это делаете, но скажите, нам, кто в этом году получит “Оскара”?

Андрей Загданский: Я несколько раз действительно - это правда, точно угадывал, и мне всегда казалось, что это очень легко. Легко, потому что я всегда подчеркиваю в разговоре с вами и с нашими радиослушателями, что “Оскар” - это не кинофестиваль и здесь не бывает, практически никогда не бывает сильных артистических решений, когда жюри говорит: этот фильм нам нравится потому-то и потому-то. Есть определенный вызов, профессиональный вызов узкого круга людей, 5-6 человек жюри. А здесь голосует подавляющее большинство. Поэтому фильмы, которые собрали большую кассу, которые оказали большое принципиальное впечатление на Голливуд, как на индустрию, у них гораздо больше шансов.

Александр Генис: Но не всегда. “Аватар” несмотря на огромную кассу, так и не получил главного “Оскара”.

Андрей Загданский: Как-то я не особенно переживаю за “Аватара”. Это та картина, которая приходит и уходит и остается всего лишь как трюк в памяти. А что касается, с моей точки зрения, главного важного “Оскара” - “Оскара” за режиссуру, то я бы предпочел, чтобы “Оскара” получил Александр Пейн за фильм “Небраска”, который мне лично очень понравился, раз уж братьев Коэн не номинировали.
Думаю, что в этот раз главный приз скорее всего получит “Гравитация”. По вашим же словам, я очень часто точно предсказываю, кто получит главного “Оскара”, в этот раз я имею полное право ошибиться.

XS
SM
MD
LG