Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Россия расширила пограничную полосу на границе с Абхазией на 11 километров, включив в приграничную зону несколько абхазских населенных пунктов. Ранее Россия укрепила границы между Грузией и Южной Осетией, протянув колючую проволоку через населенные пункты со смешанным населением.

Очевидно, Олимпиада в Сочи стала для Кремля удобным предлогом для решения некоторых внутренних и внешнеполитических задач, прежде всего вопросов общественной мобилизации и подъема патриотизма на фоне международных спортивных соревнований. К внешним аспектам можно отнести наращивание военного присутствия в Закавказье и на Черном море. Путинская Москва расширяет свое присутствие в Абхазии и Южной Осетии, хотя начиная с 2008 года эти территории и так интегрируются в политическое, экономическое и информационное пространство России.

Замена абхазских пограничников на российских военных представлялась единственно возможной мерой – из-за неспособности Абхазии самостоятельно отвечать на угрозы безопасности, среди которых ключевое место занимает террористическая, как оказалась, исходящая не из Грузии, но из некогда дружественного Сухуми Северного Кавказа. В число врагов Абхазии попали и черкесы, принимавшие участие в грузино-абхазском конфликте на стороне абхазов.

"Невыносимая легкость абхазского бытия" заключается в том, что независимость, которую Абхазия получила от России, в реальности оказалась ловушкой
Россия ввела в республику 3500 военнослужащих и 1500 сотрудников Федеральной службы безопасности (эти данные приводятся в докладе Международной кризисной группы "Абхазия: Долгий путь к восстановлению"). За последние несколько лет Министерство обороны России взяло под контроль абхазские порты, в частности, военно-морской порт в Очамчире, оснащенный современными системами наблюдения и контроля. Для сравнения: общая численность российской группировки в Южной Осетии во время грузино-осетинского конфликта в 2008 году составляла чуть более 10 тысяч человек, включая чеченский полк. Численность личного состава абхазской армии едва превышает две тысячи человек. При этом финансовая помощь России частично признанным республикам, предусматривающая строительство военных объектов, в разы превышает те суммы, которые выделяются на восстановление инфраструктуры и социально значимых объектов.

Согласно данным "Кавказского узла", на обустройство совместных баз в Абхазии Российская Федерация выделяет 15-16 миллиардов рублей. На социально-экономическое развитие отпущено несравнимо меньше – 3 миллиарда рублей. Явный "военный акцент" в действиях России в Абхазии, который с каждым годом вызывает все больше вопросов у части абхазского общества, аргументируется исключительно заботой о безопасности. Проведение Олимпиады в Сочи умножает эти угрозы многократно. К тому же недавно в Грузии поймали "чеченского ваххабита", подозреваемого в убийстве российского дипломата в Абхазии. В результате – всесторонняя забота, которой Москва предупредительно окутала маленькую республику.

В Абхазии сложилась тупиковая ситуация, вызывающая ассоциации с названием романа Милана Кундеры. "Невыносимая легкость абхазского бытия" заключается в том, что независимость, которую Абхазия получила от России, в реальности оказалась ловушкой. Российские паспорта открыли жителям Абхазии двери в Россию и другие страны мира. Но путь в Европу для абхазов закрыт. А ведь именно туда, в Европу, чаще всего стремятся отправить на учебу своих детей представители абхазской элиты. Внешнеполитические контакты Сухума ограничиваются неофициальными визитами в Турцию и латиноамериканские страны. МИД Абхазии фактически превратился в представительство России в самой же Абхазии. При этом деликатная сфера внешнеполитической деятельности также предупредительно регламентируется Москвой.

У Москвы и Сухума разное понимание перспектив в отношении Абхазии. У Абхазии, как заметил политолог Сергей Маркедонов, в большей степени выражен интерес к самостоятельной государственности (пусть и при сильной зависимости от внешней политики РФ), в то время как в Южной Осетии откровенно побеждает "объединительная идея" (союз двух Осетий под эгидой России). Москву же в первую очередь интересуют геополитические сюжеты (сохранение влияния на Кавказе и в Черноморском регионе). Число сторонников присоединения Абхазии к России в республике с каждым годом падает. Об этом свидетельствуют данные социологических опросов, проведенных пражским информационным агентством Medium Orient. Если в августе 2006 года 68 процентов опрошенных предпочитали присоединение Абхазии к России и только 25 процентов выступали за независимость, то в сентябре 2011 года положение принципиальным образом изменилось: число сторонников полной независимости абхазского государства выросло до 73 процентов.

Трудно сказать какое место занимает Абхазия в современной концепции евразийства, ставшей идеологической основой путинской империи. Но очевидно, что абхазское общество не едино в вопросе будущего статуса Абхазии. По данным опросов Medium Orient, в 2013 году 88 процентов абхазов высказались за развитие отношений со странами – членами Евросоюза. 79,8 процента опрошенных в Абхазии армян и 85,7 процента русских указали Россию в качестве государства, с которым необходимо развивать отношения в первую очередь. Прозападные предпочтения обнаружили представители грузинской диаспоры в Абхазии, среди которых 21,4 процента выступают за развитие отношений в первую очередь с Евросоюзом.

Абхазское бытие пребывает в состоянии невыносимой легкости. А сам проект "Абхазская мечта" застрял между прошлым и будущим.

Ислам Текушев – кавказский журналист, главный редактор интернет-сайта Caucasustimes
XS
SM
MD
LG