Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Человеческий ум склонен к обобщениям. В глазах “читателей газет, глотателей пустот” (так характеризовала Цветаева человеческую массу, подсаженную на инфотейнмент) чужая страна остается набором штампов. Россия для среднего иностранца – родина березок и балета, медведей и морозов, бабушек и перестройки, “новых русских” с их ярким представителем Романом Абрамовичем. В России правит новый диктатор Владимир Путин, идут политические процессы над инакомыслящими и приняты законы против геев.

То, что Россия – родина Достоевского, Толстого и Пастернака, вспоминается средним иностранцем не по первому интернет-клику: все писатели поумерли, как говорил Хармс. Да и великие художники-конструктивисты сделали свое дело еще 100 лет назад. Остались одни Pussy Riot. Для местного читателя газет имеется специфический ассортимент: Олимпиада – это коррупция, экологическая катастрофа, страх возможных терактов, притеснения гастарбайтеров, “потемкинские деревни” из гостиничных небоскребов, “в кране нет воды”, на праздник молодости и спорта допускают только благонадежных. Местный читатель газет огорчен распилом бюджета, но ждет хорошего шоу по телевизору.

Олимпийские игры – праздник тела, красивого, совершенного. Какова сексуальная ориентация коллективного тела болельщиков, оргиастического тела, орущего в экстазе, когда побеждает его кумир?
Толкового отчета о том, как готовятся российские спортсмены к Олимпиаде и каковы их реальные, а не символические шансы на командную победу, общество не получило. Для журналистов имеются лакомые кусочки: Патриарх на Олимпиаде; Главный раввин России Берл Лазар на Олимпиаде; Юрий Башмет с Денисом Мацуевым на Олимпиаде. Алина Кабаева зажигает олимпийский огонь (“А что ты сделал для своей девушки?” – шутят в соцсетях). Константин Эрнст отвечает за церемонию открытия Олимпиады. “Часовщики Петродворцового Часового Завода “Ракета” готовятся поддержать на Олимпиаде своего стратегического директора Вика Уайльда и члена совета директоров Алену Заварзину. Оба – чемпионы мира по сноуборду”. Это цитата из олимпийского релиза, которых в мою рабочую почту журналиста за последнюю неделю пришло не менее двух десятков.

Поскольку мой ум склонен к обобщениям медийных и социальных штампов и наблюдениям за их летучей жизнью, скажу следующее. В международном контексте сочинская Олимпиада на долгие годы останется гей-Олимпиадой. Никто не сделал больше для пропаганды гомосексуализма в умах обывателей, чем российские законодатели. Это Олимпиада Мизулиной, Милонова, Госдумы последнего созыва. Это Олимпиада Путина, с одобрения Администрации которого принимался закон о запрете гей-пропаганды. Никто в мире давно не вызывал такого ажиотажа вокруг проблем секс-меньшинств. Спорт, искусство, наука, медицина, благотворительность и медиа страны зависят от ее политики, от портрета ее политического лидера.

Все российские акторы сочинской Олимпиады, ее созидатели, хорошие и плохие – спортсмены и строители, коррупционеры и распильщики бюджета, сантехники и электрики, музыканты и актеры, художники сцены и правозащитники, журналисты и пиарщики, потерявшие и выигравшие на сочинском строительстве жители Сочи, представители крупного и среднего бизнеса, список может быть продолжен – автоматически становятся символическими заложниками русской международной гей-пропаганды. О большем мировом влиянии на умы обывателей не могли бы мечтать поп-звезды нетрадиционной ориентации.

Почему на Западе (даже в кругу “читателей газет”) такая страстная реакция в связи с Олимпиадой и законами против геев в России? Потому что права геев – это не гей-сауна и не экстравагантные эстрадные номера, к сексу и его пропаганде эта история вообще не имеет отношения. Это последовательная, примерно сорокалетняя история борьбы за признание прав гомосексуалов в социальном и политическом поле. “Личное – это политическое”, – таков был лозунг феминисток второй волны, которые в Америке и Европе боролись за политические права женщин вместе с геями, чернокожими и мигрантами. “Другой” для среднестатистического западного обывателя, для доминантного самца, для белого обеспеченного мужчины, в социуме уже давно “такой, как я”. Это консенсус. Личные фобии могут высказываться исключительно в личном поле или в маргинальных политических сообществах. Анекдоты об одноногих черных лесбиянках считаются дурным тоном.

Спортсмены Муссолини

Олимпийские игры – праздник тела, красивого, совершенного. Какова сексуальная ориентация коллективного тела болельщиков, оргиастического тела, орущего в экстазе, когда побеждает его кумир? Это пропаганда гомосексуализма или нет? Вопрос для историка культуры и психоаналитика. Древние олимпийцы сражались совершенно обнаженными, женщин на соревнования не допускали. Минувшей осенью в Риме я сделала съемку стадиона Foro Italico, построенного в тридцатые годы ХХ века по заказу Бенито Муссолини при поддержке фашистской Академии физической культуры для итальянского юношества; у диктатора был личный зал для гимнастических упражнений. В 1960 году там прошли летние Олимпийские игры. Стадион вне крупных спортивных событий используется для тренировок современных школьников, я застала их уроки по бегу и прыжкам в длину. Учитель физкультуры трогал и девочек, и мальчиков, поправляя их движения. Дети не обращали внимания на обнаженных атлетов из мрамора. Русской коллективной Мизулиной там было бы на что посмотреть.

Елена Фанайлова – поэт, лауреат нескольких литературных премий, автор и ведущий программы Радио Свобода "Свобода в клубах"

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG