Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Близится к завершению судебный процесс по делу о событиях на Болотной площади, 21 февраля судья Наталия Никишина огласит вынесенный ею приговор. К большому сожалению, нет никакой возможности ознакомиться с материалами этого суда.

По моему глубокому убеждению, пока в интернете не будут размещаться полные аудиозаписи судебного заседания с текстом стенограммы процесса (титрами), о справедливости судов в РФ можно и не говорить. Недавно посмотрел в архивах Сахаровского центра лекцию Сергея Пашина, прочитанную им 5 декабря прошлого года: "Народное участие в отправлении правосудия: формы и смысл". Сергей Анатольевич высоко оценивает роль судов присяжных в становлении справедливой судебной системы.

Пашин знаком с почти тысячей бывших присяжных и, имея столь богатый материал личного опыта общения, безусловно, является главным экспертом в России по судам такого типа. Однако он не совсем корректно производит сравнение судов присяжных с судами общей юрисдикции. Действительно, судебная статистика свидетельствует: доля оправдательных приговоров в судах с участием присяжных составляет более 15 процентов, тогда как в обычных судах она не превышает и одного процента.

Но все дело в том, что суд присяжных по делам, им подсудным, назначается не автоматически, а только по ходатайству подсудимого (если подсудимых несколько, то хотя бы одного из них). С точки зрения здравого смысла, если вина доказана, то выбирать суд присяжных для подсудимого не имеет никакого смысла, поскольку срок наказания все равно устанавливает председательствующий судья единолично, а времени на судебный процесс с участием присяжных тратится гораздо больше, что не в интересах подсудимого.
Таким образом, суд присяжных выбирают только те подсудимые, которые чувствуют себя невиновными, а значит, сравнивать доли оправдательных приговоров в судах общей юрисдикции и судах присяжных ошибочно.

Гипотетически доля оправдательных приговоров в судах присяжных, вообще, должна быть близка к 100 процентам, если все подсудимые будут руководствоваться здравым смыслом. Так что 15 процентов оправдательных вердиктов следует считать даже низким показателем для суда присяжных. Но в чем Сергей Пашин абсолютно прав, так это в том, что участие граждан в качестве присяжных не только полезно для становления справедливой судебной системы, но и для превращения граждан из подданных государства в членов гражданского общества, которые наняли государство для обслуживания общих интересов. К сожалению, суды присяжных рассматривают очень небольшое количество уголовных дел – всего 500 на фоне миллиона уголовных дел в год, то есть 0,05 процента. Отсюда следует печальный вывод: если кардинально не увеличить количество дел, рассматриваемых с участием присяжных (а тенденция сейчас прямо противоположная), то особых иллюзий на то, что суды присяжных помогут сформировать в России справедливую судебную систему, питать не стоит.

Но не так все безнадежно. С 2002 года в России кардинально переменилось одно требование к участникам судебного процесса, на которое почему-то мало кто обращает внимание. В статье 17 Уголовно-процессуального кодекса РФ ("Свобода оценки доказательств") появилась фраза: "…руководствуясь… законом и совестью". Те юристы, которые окончили свои университеты до 2002 года, вспомнят, что раньше (как и согласно УПК РСФСР) участники судопроизводства – судья, прокурор и следователь – должны были руководствоваться: "…законом и социалистическим правосознанием". Различие всего в двух словах, но на самом деле оно – фундаментальное.

Что такое социалистическое правосознание? Если сказать коротко – хорошо все то, что хорошо для пролетариата. Помочь же судьям узнать, что хорошо для пролетариата, должен был специальный орган, передовой отряд пролетариата – коммунистическая партия, руководящая и направляющая сила в обществе, что и было закреплено в Конституции СССР. Поэтому в те не столь далекие времена, действительно, судили не судьи, а суды – районные, областные, городские... А сейчас – по закону! – все должны руководствоваться совестью – внутренним ощущением нравственности, и никакого отношения к пролетариату это не имеет.
Все решения, принятые судьей при вынесении приговора, остаются на его совести. Поэтому правильно говорить, что не суды выносят приговоры, а конкретные судьи.

А вот судебный процесс, действительно, протекает в здании такого-то суда. В частности, во время суда по делу Михаила Ходорковского и Платона Лебедева шла речь о том, чтобы процесс проходил в здании Мосгорсуда, где помещения более удобны и для публики, и для прессы. Тогда могло случиться так, что председатель Хамовнического районного суда Москвы Виктор Данилкин провел бы судебное заседание в Мосгорсуде и вынес обвинительный приговор подсудимым, который впоследствии был изменен коллегией Верховного Суда РФ под председательством (ФИО), в составе судей (ФИО).

У нас же журналисты по традиции продолжают говорить о судах (помещениях), а не о судьях персонально. Так вот, поскольку с 2002 года судьи при вынесении приговоров должны руководствоваться своей совестью, то и нужно непосредственно к ней апеллировать, добиваясь того, чтобы приговоры были справедливыми. На мой взгляд, это можно сделать единственным способом – если вернуть гласность и публичность в залы судов. Технически это вполне реализуемо с помощью интернета.

В начале этого текста я специально подчеркнул, что невозможно ознакомиться с материалами уголовного дела по событиям на Болотной площади, а без этого вынести обоснованное суждение об оценке судьей Никишиной фактических обстоятельств дела невозможно. И опять, в случае вынесения несправедливого приговора на очередном заседании Совета по правам человека при президенте России на прямой вопрос главы государства (юриста, кстати, по образованию) – "…А вы знакомы с материалами уголовного дела?" мы услышим: "…Не полностью, а с некоторыми знаком". А вот в случае размещения в интернете полной аудиозаписи процесса со стенограммой ответ для юриста мог бы быть исчерпывающим – "Да, знаком, я ознакомился с аудиозаписью всего процесса".

Сергей Пашин в своей лекции сказал замечательную фразу: "Если точки зрения у судьи и прокурора всегда совпадают, то кто-то из них на процессе лишний!" Получается, что судья. Я полагаю, что и без массового участия присяжных в судопроизводстве можно добиться становления справедливого суда, если с помощью прессы и размещения в интернете полной аудиозаписи судебного процесса непосредственно апеллировать к совести судьи, выносящего приговор. Информация, попавшая в сеть, остается в виртуальном мире навсегда, и это разбудит совесть даже у тех судей, у кого она почему-то спит.

Валентин Данилов – ученый-физик, бывший директор теплофизического центра в Красноярске. В 2001 году арестован по подозрению в разглашении государственной тайны, в 2004 году приговорен к 14 годам колонии строгого режима. Условно-досрочно освобожден в 2012 году. Дело Данилова было одним из наиболее громких процессов над учеными и проходило, как считают правозащитники, с серьезными нарушениями процессуального кодекса

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG