Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Плющенко, Прохоров и любовь на Олимпиаде


Елена Рыковцева: Все события сегодняшнего дня связаны с любовью, начиная со Святого Валентина. Второе событие: мы должны поздравить армянскую армию - сегодня День вооруженных сил Армении, будем любить их вместе. И наконец Олимпиада. Мы объявляем сегодня днем любви к Олимпиаде. Представляю наших гостей: Алексей Николов, генеральный директор телекомпании Russia Today и спортивный аналитик Александр Горбунов. Как вы расцениваете итоги Олимпиады на сегодняшний момент, вы разочарованы или наоборот все ваши надежды сбываются? Алексей, давайте сразу брать быка за рога, обсуждать с конца. Сейчас мы ждем победы биатлонистки российской?

Алексей Николов: Нет, не будет никакой победы биатлонистки российской. Там Даша Домрачева, по-видимому, всех удушила в очередной раз. Поразительная совершенно девушка из Белоруссии.
Елена Рыковцева: Значит сегодня еще и день любви к Белоруссии.

Алексей Николов: Получается, что так. У Даши Домрачевой точно день любви, она ее заслуживает — замечательная биатлонистка.

1. ФИГУРНОЕ КАТАНИЕ
Елена Рыковцева: Спрошу вас по поводу истории, которая случилась с Евгением Плющенко . Вы знаете, что разошлись радикально мнения. Кто-то считает: молодец, сделал все, что мог, хотел до конца, но не получилось — травма. Есть вторая сторона, которая считает, что все разыграно как по нотам, что изначально планировалось сыграть травму, сделать некий спектакль на льду и уйти без справки, а по состоянию здоровья, которое подвело во время разминки. Вы считаете, как было дело, оцените всю эту историю с точки зрения спорта, морали и здравого смысла?

Алексей Николов: Надо еще добавить — и с точки зрения фигурного катания. Это такой хитрый вид спорта, который на протяжении истории неоднократно расходился со спортом, моралью и здравым смыслом. Это такой специфический вид спорта. Сейчас пытаются в судействе что-то исправить. Исторически я много встречался с судьями фигурного катания и много чего знаю, что меня просили не рассказывать. В общем, это специфический вид спорта. Давайте для начала вспомним, можно придумать все, что угодно, но придумать то, как катался Плющенко много лет, нельзя, он правда выдающийся спортсмен и правда великий чемпион - это объективно. Вторая история связана с тем, что у нас всего один участник был в мужском одиночном катании.
Елена Рыковцева: И в большой степени из-за Максима Ковтуна.

Алексей Николов: Получается так. Да, его молодого бросили туда.
Елена Рыковцева: На чемпионат мира, где он занял 17 место.

Алексей Николов: Совершенно справедливо. Можно сказать: он молодой, у него есть право на ошибку. Рядом 15-летняя Юлия Липницкая, которая вышла и пока совершенно железная девочка. И вообще таких девочек много. И у американцев появилась, так же Саша Коэн в неполные 15 лет вышла на международную арену. Если Ковтун сорвал в очень ответственный момент на чемпионате мира свое выступление, наверное, он мог теоретически так же сорвать свое выступление и в командном турнире.
Елена Рыковцева: Алексей, но это был все-таки давно. Тот чемпионат мира, когда он подвел Россию тем, что она не смогла выставить двоих на Олимпийские игры, был давно. Но потом же был чемпионат России, где он обошел всех.

Алексей Николов: А потом был чемпионат Европы.
Елена Рыковцева: Где он был седьмым.

Алексей Николов: А выиграл Воронов.
Елена Рыковцева: А Плющенко не участвовал. Мы не знаем, какое бы место занял на чемпионате Европы Евгений Плющенко.

Алексей Николов: Не знаем. Я понимаю, что всегда у любого решения были бы критики. Я не знаю, какой выбор. У нас худо-бедно есть одна более-менее гарантированная золотая медаль - в команде. Мы понимаем, что там есть совершенно потрясающий японец и очень сильный канадец, плюс есть испанец и так далее. В короткой программе больше ста баллов — это абсолютное мировое достижение. Шансов выиграть там золотую медаль, все, наверное, реально понимают, что нет. Никто об этом не говорит вслух.
Елена Рыковцева: Ни у Плющенко, ни у Ковтуна?

Алексей Николов: Ни у кого из наших. Никто по программе не мог. Значит нам нужно делать ставку на золотую медаль, понятно, должна пара выиграть золотую медаль, мы надеемся, что Липницкая, хорошее женское катание вдруг, то не было ни гроша, то вдруг алтын, сразу столько девочек замечательных, и надо выигрывать золотую медаль обязательно в команде. Кого выбрать: человека очень талантливого и его надо накатывать на будущее или человека, который уже четвертую Олимпиаду, понятно, что он боец. Есть логика своя, чтобы выбрать Плющенко. Главный вопрос, который задают: он знал, что снимется или не знал? Никто кроме него это не знает. Даже Яна Рудковская, я думаю, не знала, хотя она, конечно, сейчас всем раздает интервью о том, что «он катался для меня». Человек живет в каком-то своем мире, иногда он сам себя убеждает. Как это трактовать? Наверное, в глубине души он знал, что травмируется, но при этом искренне верил, что последний раз он может. Где граница? Нет этой границы.
Елена Рыковцева: Скажите мне, пожалуйста, это действительно получается, что за ним решение? Все, что вы сейчас говорите, это он принимает решение и ответственность. Но вокруг же масса людей — тренеры, команда, врачи. Эти люди могли здраво, рационально на все это посмотреть и решить, что да, командную он потянет, а на индивидуальную выставляем Ковтуна. Такая возможность была.

Алексей Николов: На индивидуальную нельзя выставить Ковтуна.
Елена Рыковцева: Замена была возможна. По медицинским показаниям была возможна.

Алексей Николов: Да, но честно говоря, замена по медицинским показаниям не очень красиво бы выглядела. Я думаю, что на самом деле правильно наша федерация фигурного катания сделала, что этой возможностью не воспользовалась. Это первый раз разыгрывается медаль команды фигуристов, такого никогда не было. Поэтому очень многие вещи происходят в первый раз. Теоретически такая замена была. Было ли разумно ею пользоваться? Я не уверен, честно говоря. Опять-таки, фигурное катание очень специфический вид спорта. Сейчас скажу вещь, которую фигуристы не захотели бы говорить, а мне чего, дедушка старый, ему все равно. Там имеет некое значение какая-то аура во взаимоотношениях, можете называть это по понятиям, по-пацански, но какие-то вещи в видах спорта, которые основаны на субъективных показателях, лучше не делать. Мне кажется, это выглядело бы не очень и с точки зрения публики, с точки зрения международной федерации, по-пацански не очень как-то чисто, если бы мы формально имеющейся у нас, безусловно, возможностью воспользовались. Так что в этом смысле, мне кажется, увы, может быть была бы бронза, а может быть ничего бы не было, посмотрим в итоге, кто окажется третьим. Потому что там сомнительно, не факт, что была бы даже бронза.
Елена Рыковцева: Вы скорее придерживаетесь такого порядка вещей, который и был. Вы считаете разумным все, что произошло, и даже на этапе отбора Плющенко. Я, кстати, хочу вернуться в самое начало, когда решался вопрос, кто поедет. Потому что формально должен был ехать чемпион России на Олимпийские игры, но посмотрели — 7 место на Европе, хотя тут, допустим, не очень корректно, потому что не участвовал Плющенко, а потом был закрытый показ между ними, и выиграл Плющенко. Вы считаете, что сам отбор правильный?

Алексей Николов: Это очень хорошо чувствовать себя стратегом и тем более со стороны. Я в тот момент, когда вся эта история началась, для себя внутренне сказал: если бы я отвечал — это же такое большое сослагательное наклонение, я бы даже рискнул своей репутацией и с самого начала сделал бы ставку на кого-то из молодых. Необязательно на Ковтуна. Понятно, что за Ковтуном стоит Татьяна Анатольевна Тарасова, и это не только авторитетный, это правда потрясающий тренер. С другой стороны все так ждут, что в Сочи мы должны выигрывать, хотя понятно, что в Сочи мы не можем победить, скорее всего даже попасть в тройку в зачете. Мы сейчас в Сочи создаем себе задел на будущее, мы наконец видим, что у нас жизнь. В Ванкувере была смерть практически, если бы не спринтеры-лыжники, одна медаль в биатлоне, то это была бы точно смерть. А сейчас какая-то жизнь видна, потому что составы все молодые. Но на это тоже надо было решиться. Я понимаю, какая была сверху ответственность, какое было давление, что надо максимум, что можно выиграть — выиграть. Тоже можно понять. Лично я бы с самого начала сделал ставку на молодого.
Елена Рыковцева: В эту минуту мы поздравляем Белоруссию, которая взяла и золотую медаль, и бронзовую медаль в биатлоне, серебро получили швейцарцы. Вот это Белоруссия выдала. Я думаю, что в командном зачете она резко начинает подниматься и еще больше укрепляются позиции Швейцарии.

Алексей Николов: Колонья феноменальный. Это та же самая история, в Белоруссии есть одна супер-гонщица, так же, как у Швейцарии в лыжных гонках есть один Колонья, и он взял и всю сборную Норвегии прославленную и сказал ей ку-ку.
Елена Рыковцева: Что вы думаете, Александр, по поводу всей истории, что случилась с Плющенко? Как вы расцениваете сам выбор, когда отправили Плющенко? Считаете ли вы, что правильно, что после командных соревнований не воспользовались той возможностью, которая была предоставлена, и не заменили фигуриста?

Александр Горбунов: Я бы заметил вот что: изначально сразу после чемпионата России, который выиграл Ковтун, Плющенко, как все помнят, заявил, что на Олимпиаде в Сочи он намерен выступать только в командных соревнованиях, впервые проводившихся. А для того, чтобы кто-то выступил в индивидуальном зачете, российская федерация фигурного катания, как известно, пробила вариант с запасным фигуристом. То есть Плющенко изначально был готов выступать только в командных соревнованиях. Потом его заявление назвали руководители фигурного катания эмоциональным и подлежащим корректировке. Затем устроили закрытый показ. Наверное, впервые в истории мирового спорта на основании закрытого показа делается выбор в пользу того или иного спортсмена и это, конечно, нарушение собственно спортивного принципа. Что касается дальнейших событий, конечно, можно сомневаться, можно не сомневаться, но мне думается, что все шло к тому, что Плющенко изначально был готов выступить только в командном турнире. Поскольку это было практически гарантированное первое место, поскольку других команд в мировом фигурном катании такого уровня нет, мне думается, что даже если бы не было Плющенко, а выступал кто-то из молодых фигуристов, дело закончилось бы золотом. Но выступил Плющенко. И трудно сказать, кто ему посоветовал, сам ли он решил, где были взрослые люди, ответственные за фигурное катание. Все знали о состоянии его здоровья, тем не менее, разрешили ему заявиться на индивидуальный вид. Здесь уже говорилось о том, что мы делаем задел с этой Олимпиадой на будущее, в том числе и в фигурном катании, мне думается, что было бы гораздо разумнее поздравить Плющенко с тем, что он сделал для победы в командном турнире и выставить на индивидуальный вид запасного фигуриста.

2. БИАТЛОН
Елена Рыковцева: Но этого, к сожалению не случилось. А почему потеряли позиции в биатлоне. С чем это связано?

Алексей Николов: Это у Прохорова надо спрашивать.

Елена Рыковцева: Вот у кого начнутся неприятности после олимпиады.

Алексей Николов: Он мужественный человек, он сам сказал, что если мы ничего не выиграем, если я правильно помню, что он уйдет. У нас эстафета впереди, я верю, что в эстафете мы должны выиграть. Я не знаю, это нужно находиться внутри команды. Вообще в биатлоне я не могу сказать, что у нас какое-то падение произошло. Даже в конце 90-х — начале 2000-х, когда много чего падало в стране, биатлон так или иначе держался, Зайцеву уговорили остаться, она почти ушла, ее уговорили остаться до Олимпиады. Вроде все в прошлом году на подъем шло. Может быть, заболела, может быть это болезнь, о которой мы когда-то узнаем. Или судьи промахнулись, так же, как с Дмитрием Малышко, похоже, промахнулись с выводом на пик. Потому что Малышко бежал потрясающе, вдруг даже на экране видно, что не так бежит Малышко, как он может бежать. У меня такое впечатление, что это отдельная история. Вообще история того, как Прохоров пришел в биатлон, очень успешный, очень хороший бизнесмен, и наверное, как бизнес-проект это и выстраивал. А тут такой странный мир, где понятие любви гораздо большую роль играет, чем в бизнесе. Разве можно сравнить горы во Франции или Норвегии, или у нас, а там возникает целая плеяда и выигрывают золото за золотом, обгоняя нас и норвежцев.

Елена Рыковцева: То, чего бизнес-мозги просчитать не могут, что-то такое неуловимое присутствует?

Алексей Николов: Кущенко очень хороший спортивный менеджер, я видел в свое время, как он выстраивал «Урал-грей» в Перми, изначально не баскетбольном городе, там было много хороших разумных вещей, то есть человек совершенно точно понимает, что он делает, школа есть. Что надо сделать? Надо купить лучшего тренера. Кто лучший тренер? Вот шведки бежали у Пихлера, Пихлер ушел — шведок нет. Пихлера купили — наши не бегут. Это какие-то такие вещи, которые не всегда укладываются в простую логику.

Елена Рыковцева: Александр, как вы оцениваете личную роль в биатлоне Михаила Прохорова? Что от него зависело, что он мог сделать, чего он не сделал и почему?

Александр Горбунов: Я думаю, что если Прохоров уйдет, то очень сложно будет найти кого-то или группу людей, которые смогли бы так, как он, финансировать биатлон. Иной вопрос, что люди, ответственные за организацию биатлонного хозяйства нашего, они, мне думается, Алексей сказал, что при Пихлере шведки бежали, сейчас их нет, сюда приехал, наши перестали бежать. Мне кажется, что все заключается в уровне тренеров, которые готовят тех или иных спортсменов. Включая Фуркада, у которого своеобразный бег на лыжах, который стреляет замечательно. Но Фуркад сам по себе никогда бы не стал биатлонистом, если бы рядом не было высококлассного специалиста, который готовит Фуркада и причем не один готовит, а с бригадой людей психологов, диетологов и прочих людей, в современном спорте без которых не обойтись. Мне думается, изначальная ошибка Прохорова и людей, которые его окружают в биатлоне, в неумении подобрать высококлассных тренеров для того, чтобы они работали с тем материалом, который есть в нашей стране и в биатлоне. Дело в том, что биатлонные традиции в России довольно серьезные и известные, биатлонисты наши еще во времена Союза и потом довольно регулярно побеждали на крупных соревнованиях, включая кубок мира. Но все идет вперед, методики продвигаются вперед и российский биатлон отстал от мирового. Дело не в том, что Шипулин промахнулся на последнем рубеже и оказался в результате четвертым — это частности, удача, неудача сопровождает во всех видах спорта. Дело в том, что российский биатлон не поспевает, мне сложно сказать, по каким причинам.

Елена Рыковцева: Все-таки деньги есть, тренеров приглашают ого-го каких, а почему не поспевают, в чем дело? Должны быть причины.

Александр Горбунов: Я не уверен в серьезной квалификации Пихлера. Может быть у шведов он попал на какое-то поколение, которое сумело добиться серьезных результатов. Сегодня наши в Сочи, те, с которыми Пихлер работал, они же ничего не показывают. Почему тренер, который работает с Белоруссией, добился грандиозных, я считаю, успехов? Причем с девушками, которые... Домрачева могла и за Россию выступать, между прочим.

Елена Рыковцева: Может быть не тот тренер?

Алексей Николов: Может быть. В прошлом году мы перекупили белорусского тренера Каракевича, кстати сказать, при этом Велухина, которая работала в группе Каракевича, она единственную медаль нам и принесла, сейчас, увы, опять не повезло. В принципе мужчины были хорошо готовы, Шипулин шел на подъем, Малышко. Гараничев в последнюю минуту попал в сборную, что интересно, он двумя выступлениями последними доказал, слава богу, нам пока одну медаль принес. При том, что я человек, который не очень верит в мистику, у меня какое-то мистическое объяснение есть. Все хорошие специалисты, закупался лучший инвентарь.

Елена Рыковцева: То есть он был объективно хороший тренером?

Алексей Николов: Я с ним не работал. Я понимаю, о чем Александр говорит, такое действительно бывает — попал на хорошее поколение. Но с другой стороны та же Лена говорила: я только с Пихлером могу работать. Бывает такое, что этот спортсмен с этим тренером, как Вячеслав Веденин с Павлом Колчиным, они друг друга понимали и у Колчина другого такого супер-гонщика не было никогда. Это что-то от Дня Святого Валентина, где-то любви чуть-чуть. Не хватило.

Елена Рыковцева: Мне кажется, что кончится тем, что будут перекупать тренеров у белорусов.

Алексей Николов: Каракевича уже перекупили в прошлом году. Нужно верить в будущее, нужно строить базу на будущее. У нас, слава богу, несмотря на все провалы, которые были в последние годы, у нас тренерская школа была очень хорошая. Нужно Александра Привалова возвращать хотя бы консультантом сборной. Мне очень жаль, что Гербулова немножко от сборной, во всяком случае от принятия решений по сборной отстранили.

Елена Рыковцева: У вас есть ощущение, что иностранный тренер кажется надежнее в любом случае, что ставка на иностранца существует в голове, в планах, в стратегиях?

Алексей Николов: Для тех видов, мы взяли в керлинге, например, понятно, что у нас нет. В биатлоне, мне кажется, отношение к этому как к бизнес-проекту, а спорт — это что-то другое, тем более такой сумасшедший, как биатлон, человек бежит-бежит, вдруг раз — минута штрафа и все.

3. ХОККЕЙ

Елена Рыковцева: Пройдемся по другим видам спорта, я все 15 выписала, но понятно, что не за все болеют так вместе и дружно. Давайте к хоккею перейдем. Какие у вас прогнозы? Было сказано Овечкиным: 23 февраля финал по случаю Дня защитников Отечества наш, российский. Что вы думаете по поводу этого прогноза?

Алексей Николов: Я уверен в одном, что Овечкин совершенно точно будет играть на полную, по-другому не умеет. Человек, который принципиально ходит со своим выбитым зубом — это действительно редкий человек, который плевать хотел на журналистов, которые время от времени его хоронят, потом выходит и всем доказывает. Конечно, должны. Я не так болею за хоккей, меня все-таки больше лыжи и биатлон, честно скажу, волнуют, но понятно, все очень ждут хоккея. Ощущение такое, что у нас очень хорошая атмосфера, очень хорошие болельщики. Я пока вижу одно огромное достижение Сочи: у меня такое ощущение, что у нас появился новый болельщик, то, чего у нас, к сожалению, 20 лет не было. Сначала у нас были пустые трибуны, Александр как известный футбольный специалист ко мне отнесется критически, но увы, наши футбольные болельщики не всегда самые лучшие болельщики. Помните, мы с вами обсуждали Универсиаду в Казани, потрясающий город, замечательные команды. Не заполняются трибуны, потому что нет этого ощущения, что надо придти, поддержать, что это классно, что это очень интересно. То, что не так много иностранных болельщиков в Сочи— ну и ладно, все равно понятно, что это статья дохода, которая мало что вернет, а то хорошо, что там все забито людьми с флагами, на которых написано — Уренгой, Владивосток, Казань, неизвестные какие-то названия городов. Люди приехали, и что мне нравится, всех поддерживают. В 90-х было очень неприятное ощущение: да, у нас плохо, но зато мы чужого освищем. Все пишут о том, что всех поддерживают. Финиширует человек, выигрывает у россиян, все равно какой-то позитив от этого есть.

Елена Рыковцева: Наверное, действительно россияне добрые люди. Если они видят, что больше некому поддержать, кроме них самих, то они, конечно, распределяют свою любовь как-то, если мало иностранных болельщиков.

Алексей Николов: В хоккее будут поддерживать, будут радоваться, такое ощущение, что атмосфера очень хорошая. Но при этом, я думаю, ребята ощущают ответственность точно так же, как канадцы. Когда канадцы нас обыграли в Ванкувере, они до этого проиграли нам чемпионат мира. Они вышли и разорвали нашу команду. Можно все, что угодно, говорить про ошибки тренерские, но они, правда, разорвали, было ощущение, что мы сейчас умрем. Я думаю, что эта атмосфера Сочи, доброжелательность, то, что такое количество своих болельщиков, хороших болельщиков, я думаю, что она должна завести. И это ощущение «клуба миллионеров», которое от нашей сборной создается - я думаю, что не будет клуба миллионеров, они будут драться.

Елена Рыковцева: Не могу не рассказать одну историю, которую записал наш коллега Василий Головнин, он живет в Японии. Безумно смешная история, когда российская и японская сборная по керлингу сражались женские, выиграла японская. Когда подошли к знаменитой японской керлингистке и спросили: как же вас удалось победить, при том, что трибуны все время кричали, орали «Россия, Россия!»? «Как? Они меня поддерживали! Они кричали «Юисида, юисида. Как же я могла не победить?». Она в этом крике услышала свое имя. На что Василий Головнин говорит: аккуратнее надо с японской фонетикой, не того поддерживаете, дорогие друзья. Александр, вы тоже заметили. Что мало иностранных флагов у болельщиков?

Александр Горбунов:На домашних олимпиадах, на своих олимпиадах хозяйских флагов всегда больше и хозяйской публики всегда больше. Вспомните Ванкувер и матч, который Алексей упоминал, Канада -Россия. Мне думается, что болельщики хоккейные, люди, которые заполнят трибуны, я надеюсь, на матчах с участием российской сборной — это очень хороший дополнительный стимул для нашей команды. Есть такое выражение: публика гонит команду вперед. В данном случае речь не о том, что все побегут вперед и будут пытаться забросить шайбу, а речь о том, что поддержка публика — это очень серьезный момент для спортсменов в любом игровом виде спорта. Конькобежцы, лыжники мчатся по дистанции, стоят какие-то люди, что-то кричат — это не такая реакция, как в игровых видах спорта, в хоккее, в баскетболе. У нас на футболе, правда, этого нет, потому что при наших болельщиках лучше не ходить, потому что можно наслушаться, особенно с детьми и женщинами, такого. Это один момент. Второй момент, что касается хоккея, мне кажется, что очень большой плюс нашей команде можно поставить за то, что создана действительно хорошая атмосфера, тот самый редкий случай, когда «клуб миллионеров» превратился на сочинский турнир в клуб хоккеистов, спортсменов, желающих победить на своей арене, и клуб этот возглавляет очень квалифицированный, на мой взгляд, специалист, фамилия которого Билялетдинов. Он очень хороший тактик, он очень хороший мотиватор, он очень хороший знаток игры соперников. Мне думается, что от матча к матчу российская сборная будет выстраивать свою игру таким образом, чтобы побеждать в каждом следующем матче, особенно, когда начнутся встречи так называемого плей-офф, то есть встречи на вылет, на выбывание. Квалификация Билялетдинова, которому поверили те люди, которых он позвал в сборную, мне думается, может сыграть свою положительную роль. Вспомните матч Канада - Россия в Ванкувере, после той игры хозяева Олимпиады канадцы еле-еле вползли, можно сказать, в финал. Если бы вернуть время назад, то, думаю, наши тренеры не допустили бы тогда таких ошибок тактического порядка, которые они допустили и позволили канадцам выиграть с таким счетом.

Елена Рыковцева: То есть у вас прогноз, я чувствую по вашему настроению, позитивный, вы в 23 февраля верите?

Александр Горбунов: Очень сложно прогнозировать такие вещи, как успех в хоккейном турнире. В хоккейном турнире все фавориты. Я не беру, конечно, команды второго ряда, а такие как Канада, Соединенные Штаты, Чехия, Швеция, Финляндия и наша российская сборная, они все фавориты. Любая из этих команд может оказаться в финале.

Елена Рыковцева: Так нечестно. Я почему хочу из вас выжать прогноз жесткий? Потому что я потом скажу через неделю: а вот у нас в эфире были Александр Горбунов и Алексей Николов, они предсказывали в финале российскую сборную, а этого не случилось. Или случилось.

Алексей Николов: Давайте я на себя возьму ответственность: я предсказываю победу России.
Елена Рыковцева: А вы, Александр, что скажете? Я хочу из вас вытащить какую-то определенность. Предскажете финал?

Александр Горбунов: Предсказываю выход России в хоккейном турнире в финал, а там уж как сложится.

4. МЕДАЛЬНЫЙ ЗАЧЕТ

Елена Рыковцева: Мы поговорим сейчас о командном зачете. Это болезненная тема, как я понимаю, больная. Может быть не настолько больная, как была в Канаде, но тем не менее. Мне кажется, что ждали большего все равно. Надеялись, что раз Сочи, раз своя земля, раз своя территория, это все-таки будет не 7 место, а чуть-чуть повыше. Визуально даже стараются подтянуть, я вчера смотрела в «Вестях»: рисуют таблицу — три первых места, потом прочерки и на седьмом месте Россия, как будто бы она на четвертом. Что такое это седьмое место?

Алексей Николов: Это меньше, чем ожидали. В летних олимпиадах часто говорят некомпетентные люди: мы все проигрываем. Но подождите, у нас во всех единоборствах сильнее тяжелые веса, в тяжелой атлетике сильнее тяжелые веса. Были не наши виды, а были американские, немецкие, китайские. Здесь нельзя сказать, что были не наши виды, потому что лыжи — это вид, на который мы рассчитывали, биатлон — это вид, на который мы рассчитывали. При всем при том Швейцария впереди нас, я думаю, что все-таки это ненадолго, потому что у швейцарцев нет коньков, у швейцарцев нет саней, есть хоккей, безусловно, неплохой, но все-таки, я думаю, что мы швейцарцев одолеем. Впереди две эстафеты лыжные, впереди спринт лыжный. У нас была трагедия в спринте лыжном, когда совершенно наш гонщик попал в завал. Это очень редкая ситуация, это не велоспорт, где завалы бывают очень часто. Чтобы два человека упали перед ним на спуске и ему полностью перекрыли дорогу, такое бывает очень редко. Есть эстафета в спринте, есть гонки лыжные, есть фигурное катание. Я думаю, что 7 место — это не окончательный диагноз. Я верю в то, что мы если не четвертыми, то пятыми будем, возможность для этого есть. Если будут так же бежать биатлонисты, как они до этого бежали, у меня ощущение что Малышко вторую гонку бежал получше, у меня ощущение, что кто-то, кто промазал, ко второй половине Олимпиады у гоночных видов должно что-то начать налаживаться, плюс спринт, который у нас очень приличный.

Елена Рыковцева: Александр, ваша оценка того, что Россия сегодня занимает 7 место? Много, мало, хотелось бы что и, конечно, прогноз на итоговое место?

Александр Горбунов: Я вспомнил по медалям, я помню, как Виталий Мутко, спортивный министр, перед Олимпиадой сказал: «Засыпаю я, и перед сном мне снятся 11 медалей золотых. А когда просыпаюсь — 14». Медальный план у всех стран существует, но в России это обязаловка. Хоть и оговаривается все время, что у нас медальных планов нет, но медальные планы, тем не менее, существовали и существуют. 14-15 золотых медалей на Сочи, насколько мне известно, планировалось. Швейцарцы ничего не планировали, но золотые медали выигрывают. Наверное, и наша команда еще будет выигрывать, пока выезжают на фигуристах. Но я должен заметить прогресс российской сборной. Вспомните Ванкувер — 11 место по медалям, а сейчас уже 7. Все начальники спортивные говорили, что если попадем в тройку — это будет достижение, а так они говорили о 4-5 местах, держа в памяти при этом перед сном 11 золотых медалей, а утром, когда проснулись, 14. Я не уверен, правда, что будет 11 или 14 золотых медалей, но в пятерку, я думаю, российская сборная по медалям попадет.

Елена Рыковцева: Правильное ли у меня создалось впечатление перед этой Олимпиадой уже не так, как в прошлый раз педалировали количество плановых медалей?

Алексей Николов: Я возьму на себя смелость за двоих ответить — да, этого гораздо меньше стало. Это говорит о том, что хотя бы люди научились пиаровским технологиям и методикам — это уже хорошо.

Елена Рыковцева: Меня больше всего поражало перед Ванкувером: ну как же, вы же русские люди, как вы не боитесь сглазить? Почему вы объявляете цифру золотых медалей и не стучите по дереву? Послушаем Владимира из Нижегородской области.

5. БОЛЕЛЬЩИКИ

Слушатель: Добрый вечер. У меня вопрос гостям. Господа, а правда ли, что болельщики — это курсанты милицейских училищ? У нас такие разговоры идут.

Алексей Николов: Конечно, я не могу исключить, что там есть курсанты милицейских училищ. Но посмотрите сами, во-первых, только из моего канала там 120 человек, и я ничего такого не слышал. Во-вторых, как вы прекрасно понимаете, курсанты милицейских училищ, даже если их одеть в штатскую одежду, они отличаются похожим возрастом, доминирующим полом одним, одинаковыми прическами. Вы это видите на трибунах? Я очень внимательно смотрю Олимпиаду, я вижу на трибунах самых разных людей, мужчин и женщин разного возраста, очень живых. Что-что, в смысле зрителей Сочи — это самая большая удача пока. Вы прекрасно видите, что сидят люди явно со своими, от руки многие нарисованы, со своими маленькими городами, написанными на флаге. Насколько я знаю, сейчас мы перевалили за миллион проданных билетов на игры — это уже очень прилично. Честно говоря, столько меня доставали, как купить билет на игры, то мысль о том, как там заполнять, мне кажется несколько странной.

Елена Рыковцева: У нас был материал из региона о том, что распределяли централизовано по регионам не очень большое количество билетов. Мы так поняли, что центр олимпийский хотел, чтобы болельщики от каждого региона были представлены в Сочи и чтобы им помогли местные власти. Там не очень понятно, то ли это разнарядка, то ли это наоборот помощь людям в обретении билетов.

Алексей Николов: Все очень просто: вы выходите на Манежную площадь в Москве, где продавались билеты, там стоит длиннейшая очередь.

Елена Рыковцева: Александр, заметили ли вы курсантов на трибунах?

Александр Горбунов: Курсантов я видел, недавно смотрел лыжные гонки или биатлон, финских курсантов с флагами.

Алексей Николов: То есть своих не хватало? Вот до чего проклятый режим дошел — своих курсантов не стало.

Александр Горбунов: Я бы сказал, что каждое соревнование и спорт вообще всегда сопровождается различными слухами — это общеизвестно, тем более в нашей политизированной стране, когда политику видят во всем — в спорте, в книгоиздательстве.

Елена Рыковцева: С этой Олимпиадой понятно, почему вокруг нее было очень много политики.

Александр Горбунов: Поэтому, когда видят эту политику и думают только в политическом плане, то, конечно, верят и про курсантов, и про женщин-курсантов, по всей вероятности, разного возраста, от 17 до 65.

6. ЛЮБОВЬ

Алексей Николов: Про любовь-то будем говорить?

Елена Рыковцева: Говорите, никакой цензуры нет.

Алексей Николов: Слово «презерватив», оно цензурное. На всех олимпиадах последних лет, как начали заботиться, раздают кучу презервативов бесплатно. И в Сочи тоже это уже принято. Молодые люди туда приехали, отвыступали и дальше начинается нормальная жизнь, они знакомятся. Есть масса людей из разных сборных, познакомились — это закончилось счастливой семейной жизнью. С местными молодыми людьми и девушками знакомятся, молодыми людьми, которые из других стран приезжают. Хорошая атмосфера.

Елена Рыковцева: Я не поняла, вы начали прямо с презервативов. Почему?

Алексей Николов: Чтобы как-то к теме любви привязаться.

Елена Рыковцева: Без них привязаться было невозможно? Привязка очень необычная, обычно ею заканчивают.

Алексей Николов: Мы пропагандируем безопасный секс.

Елена Рыковцева: А мы пропагандируем безопасный секс?

Алексей Николов: Однозначно, безопасный секс.
Елена Рыковцева: Александр, вы присоединитесь к пропаганде безопасного секса?

Александр Горбунов: Мне бы хотелось в этом контексте верить, что и курсантов не обделили. Я бы заметил вот что, очень известный факт, что после олимпиад, чемпионатов мира вряд ли, а вот олимпиад очень много возникает браков. Люди встречаются, влюбляются, женятся, довольно часто это происходит. Я вспоминаю выдающуюся пару наших выдающихся спортсменов, которые познакомились на Олимпиаде в Мельбурне в 56-м году, на летней Олимпиаде, гимнастка Лидия Калинина и футболист Валентин Иванов. Валентин Иванов, как известно, ушел уже из жизни. Он ухаживал за Лидой на теплоходе «Грузия», на котором они плыли.

Елена Рыковцева: Я понимаю так, что вы предлагаете ввести еще один критерий успешности Олимпиады — это количество браков, которые образовываются после нее.

Алексей Николов: Какая хорошая мысль! Более того, командный зачет проводить.
Елена Рыковцева: Я сейчас же вам испорчу настроение, потому что из-за того, что такие повышенные меры безопасности на Олимпиаде, резко отделили болельщиков от спортсменов, смешения между ними не получится никакого.

Алексей Николов: Отделили в олимпийской зоне, там нельзя пройти без аккредитации.

Елена Рыковцева: Браки между болельщиками и спортсменами возможны после этой Олимпиады, несмотря на отделение?

Алексей Николов: Я вам делаю предсказание, можете меня записать — будут.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG