Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Китай занял выжидательную позицию по отношению к кризису в российско-украинских отношениях

Китай, обладающий в Совете Безопасности ООН правом вето, может оказывать серьезное влияние на урегулирование кризиса в отношениях России и Украины. По мнению руководителя Центра восточных исследований Высшей школы экономики в Москве Алексея Маслова, Пекин сейчас занял выжидательную позицию, хотя в целом склоняется к поддержке Москвы.
Алексей Маслов

Алексей Маслов


– Позиция Пекина очень осторожная и взвешенная. Официальная позиция была изложена в разговоре между Председателем КНР Си Цзиньпином и Бараком Обамой, потом в беседе Си Цзиньпина с Ангелой Меркель. Си Цзиньпин призвал к политическому урегулированию кризиса, выразил сожаление таким развитием событий вокруг Украины и сказал, что только два метода – политический и дипломатический – могут быть использованы для урегулирования этого кризиса. Нигде официально Си Цзиньпин не выразил однозначной поддержки России, хотя осудил те события, которые происходят на Украине. По ситуации в Крыму, в том числе и о возможной аннексии Крыма Си Цзиньпин и китайские власти не высказываются.
Пекин крайне не любит перевороты и насильственные свержения правительства, потому что это очень болезненная тема для самого Китая, в том числе и в связи с тибетским, и синьцзянским вопросом, и некоторыми выступлениями, которые идут даже сейчас в регионах по отношению к местным властям. Поэтому для Китая самое главное – максимально мягкое урегулирование вопроса. Китай осуждает позицию нынешних властей на Украине, но и не выражает открыто поддержку России

Но есть целый ряд вещей за официальными словами. Украина долгое время была в прицеле внимания китайских политиков, потому что Китай активно продвигался в сторону Восточной и потом Западной Европы. Украина, Белоруссия являются важными партнерами для Китая, не столько в экономическом плане, сколько в политическом – для закрепления там своих позиций. Китай выдал очень много кредитов Украине. Например, был заключен знаменитый контракт на 3 миллиарда долларов – так называемый "кукурузный контракт", в котором речь шла не только о кукурузе, но и о поставках украинской кукурузы в обмен на сельскохозяйственную технику и химикаты китайского производства. Этот контракт был сорван украинской стороной, и неслучайно Китай пошел на такие беспрецедентные меры, как требование 3 миллиардов за сорванные поставки зерна с Украины. Причем попытался взыскать их через лондонский арбитраж. То есть, несмотря на такие форс-мажорные обстоятельства, Китай жестко относится к Украине. Китай выдал кредиты Украине на 280 миллионов долларов на модернизацию электростанций, около 450 миллионов долларов на ремонт дорог. Из-за того, что происходит сейчас, Украина замораживает официальное развитие отношений с Китаем на долгое время, потому что основным партнером в данном случае может оказаться Европа.

Кроме того, Пекин крайне не любит перевороты и насильственные свержения правительства, потому что это очень болезненная тема для самого Китая, в том числе и в связи с тибетским, и синьцзянским вопросом, и некоторыми выступлениями, которые идут даже сейчас в регионах по отношению к местным властям. Поэтому для Китая самое главное – максимально мягкое урегулирование вопроса. Китай осуждает позицию нынешних властей на Украине, но и не выражает открыто поддержку России.

– Эта выжидательная позиция связана с желанием полностью отстраниться от конфликта, не вмешиваться?

– Безусловно, уже сегодня китайская позиция ближе к российской, нежели к западной. В Китае есть целый ряд нерешенных проблем, в частности с Тайванем, и Китай, занимая такую позитивную позицию по отношению к Москве, наверное, рассчитывает на то, что Россия поддержит китайские шаги в направлении "объединения родины". И здесь, скорее, Китай не столько поддерживает Россию против Украины, сколько решает свои собственные задачи.

– Поддержка Москвы будет означать конфронтацию с США и ЕС. Насколько этому вопросу в Пекине уделяют внимание?

– Пекин меньше всего этого боится. Более того, он даже ищет такой политической конфронтации, памятуя об одной простой цифре: доля экспорта Китая в США составляет около 17 процентов, доля экспорта в Европу – 18 процентов, а в Россию – 2 процента. То есть в любом случае и США, и Европа являются основными партнерами Китая, и разделить сейчас Китай и США практически невозможно. Ну, если только в случае фронтального столкновения. Страны настолько привязаны друг к другу, в том числе по акциям, по покупке и продаже активов, что совсем разругаться практически не получится.

– То есть нельзя говорить, что Китай, поддерживая, пусть и неофициально, Москву, стремится создать с Россией некий альянс, который был бы противопоставлен США?

– Очень сложно сказать, готов ли Китай создать некое азиатское НАТО с собой во главе, при участии России и, возможно, стран Центральной Азии. Но, конечно, Китаю нужно такое небольшое обособление. Потому что некоторые силы внутри Китая обвиняют китайское правительство в том, что оно заигрывает с Западом. В Китае привыкли жить в состоянии конфронтации. Наличие врага, или хотя бы образа врага, стимулирует развитие внутреннего национализма, а эти тенденции практически одинаковы и в России, и в Китае. И самое главное, все это позволяет выделять большие средства на развитие вооруженных сил, обеспечение военных, то есть открывает новые области реализации денег внутри страны.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG