Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Украина вытеснила даже Путина"


Елена Рыковцева: У нас в гостях Арина Бородина. Телекритик, который пишет о рейтингах, разбирается в телевизионных процессах. Тот процесс, который мы сегодня анализируем, называется ровно так: когда наконец-то российское телевидение прекратит говорить исключительно об Украине и начнет разговаривать с россиянами о жизни внутри страны? Потому что дошло до смешного, до абсурда – день и ночь нон-стопом. Арина, давайте в цифрах, действительно ли так много показывают Украину?

Арина Бородина: Не "так много", а просто одна Украина. Более того, это длится, я думаю, два месяца. А последний месяц, если мы говорим о марте, то это исключительно Украина. Я уже даже об этом сказала, я скоро начну скучать по трансляциям съезда "Единой России", но это, конечно, я утрирую. Вне зависимости от политических взглядов каждого из нас мы живем в Российской Федерации, в России. Наши федеральные телеканалы, национальные телеканалы – это прежде всего новости о жизни страны. Понятно, что бывают какие-то международные события, сейчас сложная политическая обстановка, но даже с поправкой на это я не могу объяснить, почему итоговые программы двух государственных общенациональных телеканалов уже после того, как свершилось в понимании нашей власти и Владимира Путина, в частности, когда свершилось главное событие, что фактически Крым уже становится субъектом Российской Федерации, нам два часа на двух федеральных каналах, которые охватывают 100% населения страны, говорят только о событиях на Украине. Это аномально, ненормально и противоречит любой здравой логике. Я понимаю сверхзадачу власти, которая держит в руках, контролирует телевидение, даже не два канала, а три, и все остальные тоже, что эта тема волнует россиян, согласно многочисленным опросам и телевизионным рейтингам показатели итоговых программ резко выросли и даже опережают сериалы и развлекательные шоу часто. Но ведь это же вызовет отторжение у людей. Почему бы нам не рассказать, я проецирую себя на людей, которые формируют информационную повестку дня на телевидении, о пенсиях в России, об урожае предстоящем, о летнем отдыхе. А нам говорят только об Украине. Выборы президента Украины в новостях государственных телеканалов становятся важнее, чем строительство домов на Дальнем Востоке, где люди пострадали от наводнения и находятся в бедственном положении, живут в каких-то временных жилищах.

Елена Рыковцева: Мы скоро начнем отстаивать права российских оппозиционеров: почему вместо прослушек Алексея Навального мы слушаем прослушки Юлии Тимошенко.

Арина Бородина: Мне ближе видеть депутатов, которые говорят о "Единой России", чем депутатов, которые в георгиевских лентах или сенаторы из Совета федерации постоянно говорят про Крым. У нас своих проблем что ли мало в стране?

Елена Рыковцева: Мы сейчас с вами зафиксировали это явление. Я предлагаю все-таки разобраться в причинах этой сверхзадачи, о которой вы говорите. Если сейчас проанализировать этапы того, сколько показывалась Украина, получится так. Первый этап, Майдан, октябрь-ноябрь, это когда они показывали в таком объеме: один сюжет на выпуск, когда их начали называть фашистами, бандеровцами, нацистами. Потом полное молчание месяца два, было ощущение, что они объявили Украине просто бойкот. Потом было странное замешательство в головах федеральных начальников, как показывать кровавые события, резкие, острые, которые начали происходили на Майдане.

Арина Бородина: Это было в выходные дни, когда информационный поток действительно снижается и выпусков немного.

Елена Рыковцева: Казалось бы, показывайте вот это, но они не решались, чуть ли не сутки или двое, ждали установки. А вот дальше началось. Дальше они стали показывать исключительно баррикады, чтобы пугать: не дай бог, что у нас такое начнется. Не показывали мирный Майдан, показывали баррикады. Сейчас они показывают только Украину. Я задаю вопрос одному из коллег, который там работает: а почему? Мне говорят: но ведь россияне воспринимают это как свое. Хорошо, пусть воспринимают как свое, тогда зачем же отпугивать, они же показывают страшную Украину. Какую они показывают Украину, расскажите нам?

Арина Бородина: Разумеется, логика коллеги, про которого вы говорите, мне понятна. Мне тоже доводилось говорить с коллегами, работающими на государственных телеканалах. Да, они убеждены и это опять же подкрепляют рейтинги телевизионные, что это востребовано аудиторией. Рейтинги, конечно, не дают ответа на вопрос, согласны зрители или не согласны, но они, безусловно, фиксируют, что большое внимание к теме Украины. И дальше логика какая включается: во-первых, накручивать, нагревать и накачивать информационную повестку этой темой, раз она дает отдачу. Это точно так же с сериалами или шоу, если его смотрят, давайте больше. То же самое с новостями. Оказалось, что российской аудитории это важно. Такого не было даже во время грузинской войны 2008 года, ни в какое сравнение не идет. И понятно, там Грузия – это другая совершенно территория, другая ментальность, а тут Украина – родственники, близкие, знакомые, друзья, практически буквально соседи. Это первая часть. Вторая: надо убедить население, людей, живущих в России, о том, что только Путин и его политика является главной, справедливой и правомерной. Это очень важно показать гражданам, что у нас сильная страна с сильным руководителем, которому наплевать на мнение мировых лидеров и злосчастной Америки. Это очень важно особенно на фоне каких-то социальных неурядиц, невысоких зарплат в части регионов, пенсий, проблем, существующих у людей. Проще говорить о силе, завоевании и освобождении в понимании власти, чем говорить о каких-то своих сиюминутных проблемах. И даже оппозиция, про которую все говорили, что они национал-предатели или враги народа, это такая мелкая тема, которая людей, живущих в Липецкой области совершенно не волнует, они не очень понимают, кто такой, условно говоря, Навальный, Немцов, Яшин и так далее. А вот то, что американцы хотят завоевать Крым, а мне самой лично доводилось от вполне разумных нормальных людей, с которыми я много лет общаюсь, слышать эту теорию: ну как же так, американцы первыми полезли в Крым, они хотели его у нас отнять.

Елена Рыковцева: Точно как с Афганистаном. Как же не войти в Афганистан, если американцы войдут.

Арина Бородина: Если это попадает в этот нерв, как оказалось, и впервые, надо признать, государственная пропаганда оказалась эффективна ровно потому, что мы такие мнения слышим, это накручивается, этот градус, чтобы убедить людей, что там враги, бандеровцы, фашисты, предатели. Это действительно в той или иной мере есть, и национализм, и раздрай, и какой-то хаос политический, это все есть, но не в тех, конечно, пропорциях, в каких показывает наше телевидение. Потому что важно не то, что два часа показывают итоговые программы "Воскресное время" или "Вести недели с Дмитрием Киселевым", а то,что эти два часа наполнены антиукраинской темой. Они повторяют одни и те же темы, одни и те же мотивы, одни и те же сюжеты. И даже с точки зрения информационной логики мне, подготовленному человеку, который привык это видеть в силу своей работы, я не понимаю, как можно смотреть одно и тоже, это для меня непонятно. А логика, почему это показывают, к сожалению моему, она понятна. Потому что это находит отклик у зрителя, отвечает задачам власти и за счет этих имперских завоевательских историй позволяет уйти от проблем внутри страны и показать сильную власть зрителям. Какое-то время это будет работать. Но вот вчера, не знаю, может быть мне так показалось, у меня была точка невозврата именно в связи с историей с Дальним Востоком. Я смотрела ночной выпуск новостей Первого канала, он был целиком об Украине и только в самом конце был даже не сюжет, а подводка ведущего о том, что в Воронеже начали отгружать дома-коттеджи для людей, которые пострадали на Дальнем Востоке. Собирали всем миром, всей страной, об этом говорил Первый канал и, казалось бы, это общероссийская новость, ее можно ставить первой, второй, третьей, но не последней. Я подумала, что на месте людей, которые живут на Дальнем Востоке, я бы задумалась: почему жилье, которое им должны поставить на Дальний Восток в новостях на Первом канале идет последним номером, а перед этим на две позиции выше нам рассказывают уже пережеванные сто раз истории про кандидатов в президенты Украины, о том, как плоха Тимошенко, а этот националист, этот в маске, этот клоун, этот такой-сякой. Какое нам дело? С точки зрения обывателя я бы уже задумалась. Поэтому, мне кажется, это уже не самая умная позиция, которую занимают наши телевизионные каналы.

Елена Рыковцева: Я понимаю, почему они показывают этих кандидатов: их заведомо развенчать, заведомо унизить, принизить эти выборы.

Арина Бородина: Еще два месяца впереди.

Елена Рыковцева: Что они дальше будут делать? У них же новых не появится.

Арина Бородина: Я должна привести факт, чтобы нашим слушателям было понятно. Поскольку я работаю, как Лена справедливо сказала, с рейтингами, весь март самой популярной телевизионной программой в Москве, что важно, и по всей стране в целом, у общероссийской аудитории остается программа "Время", она занимает первые строчки всех рейтингов, заметно опережая сериалы и шоу. Я такого, как человек, много лет следящий за рейтингами, не помню давно, лидирует она с большим отрывом. Все события программы "Время" говорят только об Украине и в этой конкретной стилистике агрессии, в подавляющем большинстве искажения ситуации, если не на все сто процентов, это говорит о том, что влияние телевизора колоссальное, к радости чьей-то или к сожалению, но оно колоссальное. Более того, нет у нас, к сожалению, альтернативных источников. Есть программа Марианны Максимовской "Неделя" на канале РЕН ТВ, но охват РЕН ТВ не сопоставим с охватом двух государственных каналов и примкнувшего к ним НТВ.

Елена Рыковцева: И охват программы Марианны Максимовской с охватом продукции собственно РЕН ТВ тоже не сопоставим.

Арина Бородина: К сожалению, чем дальше от Москвы, тем сложнее людям получать информацию, и нет привычки, надо тоже отдавать себе отчет, не будем идеализировать людей, зрителей, они хотят смотреть телевизор, они узнают информацию из телевизора – это остается основным источником не просто досуга, а именно получения информации, о чем, повторюсь, свидетельствуют рейтинги телевизионных программ.

Елена Рыковцева: Арина, вы сказали: впервые эта кампания оказалась эффективна. Почему впервые? Может быть, вы имели в виду в применении к Украине, когда проиграна в 2004 году была явно информационная кампания?

Арина Бородина: Нет, это очень важный момент. Она не была никогда эффективной. Я говорю о том, насколько возросли рейтинги информационных и политических программ. Несмотря на то, что месяц они целиком заполняют эфир, из-за них смещаются линейки сериальные, развлекательные, и это находит отдачу. Потому что ни Майдан 2004-го, ни война с Грузией 2008-го и даже российские теракты, Беслан, "Норд-Ост", уже давно не выводили рейтинги новостей в таком массовом порядке вверх.

Елена Рыковцева: То есть здесь количество перешло в качество, чем больше смотрят, тем больше людей подвергается влиянию.

Арина Бородина: Поэтому в том числе идет такой накал. Я вам больше скажу, это вызвало мое сильное недоумение, но я посмотрела рейтинги итоговой программы последней "Воскресное время", они все равно были высоки, хотя мне казалось, что с точки зрения обычной человеческой логики зрителя два часа смотреть сюжеты только про Украину – это тяжело физически и непонятно, зачем. Но, оказалось, рейтинг все равно был высокий, хотя там прекрасный был совершенно последний сюжет, слава богу, не украинский, про молодого испанца, великолепный сюжет, таких бы историй побольше. Но он был один.

Елена Рыковцева: Давайте сразу скажем, что это история человека-дауна, но он успешен в жизни.

Арина Бородина: Он преподает в университете, он общается, у него полноценная жизнь. Это, конечно, пример мужества. Прекрасная история, таких бы историй как раз побольше на государственных каналах. К сожалению, это очень редко бывает, а в основном моно-картина с Украиной.

Елена Рыковцева: То есть смотрите, что было за эти два часа: сплошная Украина, сюжет о малайзийском пропавшем самолете и Испания. Как будто эта программа совсем не из России.

Арина Бородина: Даже хроники Владимира Путина, которыми пестрили всегда новости, их нет.

Елена Рыковцева: Только если он говорит об Украине.

Арина Бородина: Да, безусловно. Показали вчера Медведева в Крыму. Это я хотя бы понимаю, тут хотя бы есть информационный повод, все остальное, честно говоря, не вписывается.

Елена Рыковцева: Когда Путин говорит об Украине, мы еще можем понять, почему показывают Путина, и почему не показывают понимаем – значит, не говорил об Украине. Сергей из Барнаула, здравствуйте.

Слушатель: Добрый вечер. Кроме того, что телевидение показывает искажение информации, мягко говоря, есть еще одна грань на телевидении, на которую мало обращаются внимания, эта грань очень опасная – это правовой нигилизм. Сегодня утром я ехал в такси, разговорился с таксистом по поводу, естественно, "горячей" темы – Украины. Он, естественно, за путинскую аннексию, оккупацию, "фашисты", "нацики" и так далее. Видно, что человек активный пользователь телевидения. Я с ним начал спорить. Я говорю: "Смотри, но ведь это же противозаконно. Как можно взять и захватить землю?". Он говорит: "А как же, мы же сильнее. Тот прав, кто круче, кто сильнее". Я ему говорю: "Давайте такой пример приведем: ты сдаешь квартиру 4-комнатную разным семьям. И вот в одной из комнат у тебя живет семья, пожили они два-три года и говорят: "Слушай, мы тут посовещались, референдум провели между собой, теперь эта комната будет наша". Что ты будешь делать, ведь это же незаконно?". И он мне, знаете, что ответил? Он говорит: "А что я сделаю, ведь они же сильнее". Понимаете, что насаждается? Вот этот правовой нигилизм, законы забываются, право силы – это, по-моему, очень опасная штука, о которой мало говорят. Правовой нигилизм в мозг въедается человеку, ведь он на бытовом уровне.

Елена Рыковцева: Сергей, спасибо вам большое, что вы нам об этом сказали. В ток-шоу бы вас не взяли на федеральных каналах с такой позицией, вы бы им точно не подошли. Я вчера спорила с Сергеем Железняком, депутатом, который заявлял, что: как же так, на Украине нет свободы слова, потому что там закрывают российские каналы, а сами украинские каналы занимаются пропагандой. Я сказала, что вы обратились бы к руководству российских каналов, чтобы они хоть как-то разнообразили свои ток-шоу. Вы спорите с Сергеем Марковым, с которым вы сейчас сидите, либо вы спорите с украинскими коллегами из Партии регионов. На что он мне говорит: "Ну как же, мы в последнем эфире Соловьева сражались с пеной у рта с украинскими товарищами". Я поднимаю эфир Соловьева, и что же я вижу: вот эти украинские товарищи – один зовет новую власть фашистами, другой эту же власть нацистами, а третий – о чем спорит с российскими товарищами? А российские товарищи – это политолог Мухин, Затулин и Железняк, известная позиция у российских трех товарищей. О чем он спорит: "Плохо вы нас защищаете, активнее надо". "Нет, мы хорошо защищаем". "Нет, – наезжает украинский товарищ, – сильнее вмешивайтесь в наши украинские дела". Вот вам, пожалуйста, спор на российских каналах. И сейчас какая логика у руководителей российских каналов: стрелки переводить туда – это у вас цензура, это вы запретили, а у нас свобода слова.

Арина Бородина: Да, безусловно, такая точка зрения есть. Я как раз говорю, что когда ситуация, близкая к боевой, а местами там была действительно боевая ситуация, не может быть, чтобы две стороны, одни правы, другие неправы – неправы все. Неправильно было, на мой взгляд, отключать российские каналы, с другой стороны, можно понять логику – это реакция на Украине на то, что они видят и слышат на российских каналах. Беда в том, что российским зрителям по телевизору Украину рисуют только черными красками. У меня с самого начала надежда была и по-прежнему остается только на непосредственное общение людей, живущих в России, со своими близкими, живущими на Украине, чтобы, как говорится, из первых уст понимать, что происходит. К сожалению, действительно проблем много с пенсиями, с зарплатами, с не очень устойчивой ситуацией в жизни.

Елена Рыковцева: И политической.

Арина Бородина: Политический хаос, конечно, никто не отменял. Этим умело пользуется наша власть и, соответственно, трансляторы ее позиции – федеральное телевидение. Но вызывать такое чувство ненависти, безысходности, формирование, как справедливо сказал наш слушатель, позиции беззакония!.. Доводилось несколько раз спорить с этой позицией, что ведь это территориальная целостность, как к ней ни относись, это часть другой страны. Более того, у нас слишком много проблем внутренних, очень много экономических проблем, неустроенности, чтобы так на сто процентов, полностью закрывать информационное поле и говорить только о том, что нам надо спасать Крым. Они, собственно, никогда не кричали и не голосили, что помогите нам, мы голодаем. Поэтому совершенно непонятна эта истерия, которая звучит в итоговых и дискуссионных программах.

Елена Рыковцева: Мне нравится, как они быстро забыли, какие кровавые информационные войны разворачивались против Крыма на этих же информационных каналах перед летним сезоном в пользу краснодарских курортов и в пользу Сочи. Как все в Крыму начинало взрываться и тонуть. То есть они этот прекрасный бизнес им подтапливали для того, чтобы пропиарить свои собственные.

Арина Бородина: Вот я почему и говорю об этой грани. А как же курорты Кавказа, Краснодарского края? Получается, что сейчас все, включая депутатов, Владимира Жириновского, срочно едут в Крым, в лагерь "Артек", все едут туда целыми семьями. Кто же будет отдыхать на курортах Краснодарского края, ведь отдыхающие дают людям работу, пополняют местный бюджет. Нелогичная и аномальная получилась ситуация. Мне кажется, что кто-то все же должен быть либо в телевизионной среде, я имею в виду руководящий состав, либо в Кремле, поскольку мы понимаем, что там формируется повестка дня, но кто-то должен один, кого может быть слышат или услышат, дать этот посыл, что надо останавливаться, надо, что называется, возвращаться на свои рубежи, насколько это возможно. По идее, я живу совершенно другой жизнью, меня не должно заботить то, как общественное мнение будет относиться к руководству страны, хотя, безусловно, я как гражданин страны тоже должна об этом думать. Я предполагаю, что это начнет вызывать такое же отторжение и раздражение. Потому что когда говорит Медведев в новостях и это показывают первым сюжетом, что каждый месяц на 25% должна повышаться пенсия у пенсионеров, живущих в Крыму, я думаю, у пенсионера, живущего в Нижегородской области или в Калужской области, должна быть реакция: так, а почему каждый месяц мне не должны повышать пенсию на 25%, чем я хуже? И почему стоимость путевки на курорт у них будет такой, а у меня другой? Я лично считаю, что реакция здесь может быть только одна. Это к тому, что верните Россию на экраны.

Елена Рыковцева: Тем более, когда, наконец, до них дойдет и им объяснит та пресса, которая прорвется когда-нибудь к их сознанию, за счет чего формируются все эти пенсионные повышения.

Арина Бородина: Я, конечно, не очень надеюсь, что прорвется пресса, но я надеюсь на то, что у всех пенсионеров, людей все равно есть какие-то родственники, более молодые и современные, и что курс евро 50 рублей или 35 рублей за доллар – это не из космоса берется. Мы все покупаем продукты, и почему они дорожают сейчас так резко – это все единая связь.
Я считаю, что первично за это отвечает телевидение, потому что сформирован образ врагов с одной и с другой стороны. Украинское телевидение тоже ответственно за то, что оно формирует образ России в глазах Украины. Ответная ли это реакция? Конечно, в большей степени ответная, потому что этот накал, этот градус прежде всего начался на российских каналах. А уж то, как формирует образ Украины в целом российское телевидение, мы об этом говорим, говорим каждый в меру своих возможностей не в первый раз и, к сожалению, все последние два месяца мы об этом говорим. Это совершенно недопустимая вещь сеять такую ненависть, агрессию. Искажение – это безусловно. Ненависть, на мой взгляд, это ключевое слово, которое проходит через все сюжеты информационных программ. Причем на компании ВГТРК в их новостях и в авторской программе Дмитрия Киселева эта ненависть и неприятие происходящего на Украине и вокруг, она, на мой взгляд, просто зашкаливает. Поэтому мне совершенно понятно, почему за последнее время так люди относятся и воспринимают друг друга. Именно в приграничных районах это особенно остро чувствуется. Потому что когда тебе изо дня в день каждые два часа рассказывают о том, что там нацисты, предатели и бандеровцы, которые изгоняют людей, там ненавидят евреев...

Елена Рыковцева: Не продают продукты, потому что по-русски разговаривает.

Арина Бородина: Или девушка вышла замуж за русского, поэтому ее выгнали из института.

Елена Рыковцева: В Николаеве!

Арина Бородина: Да, именно. Это какая-то совершенно запредельная история. Я не понимаю, как этого можно не понять и как на таких чувствах можно спекулировать. Это, к сожалению, ответственность телевидения и средств массовой информации государственных.

Елена Рыковцева: Я думаю, что это слово "ненависть" и легло в основу решения киевского суда, который запретил показывать эти каналы на территории Украины. Когда кричат депутаты российские сегодня: у вас нет свободы слова, у вас запретили каналы – это разжигание ненависти. Это сделал суд, это уголовная статья.

Арина Бородина: Какая свобода слова, если у нас только одна точка зрения и никакой другой не существует в российском эфире – конечно, никакой свободы слова. Есть несколько альтернативных средств массовой информации, но, повторюсь, их охват, влияние и объем никак не сопоставим с мощью федеральных телеканалов.

Елена Рыковцева: Нам очень кстати звонит Иван из Краснодара. Иван, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Я хочу сказать, что Владимир Владимирович Путин, наш бывший коммунист и чекист, очень хорошо усвоил заповеди Владимира Ильича Ленина: газеты выполняют необходимую работу агитации, организации и пропаганды. Вот поэтому все это и продолжается. Постоянно показывают репортажи, что ущемляются права русских, но на самом деле это не соответствует действительности. Надо, как говорится, найти врага, чтобы действовать так, забыв о том, что творится в нашей стране. По данным Росстата на сегодняшний день количество людей, находящихся за чертой бедности, увеличилось на 57%.

Елена Рыковцева: Иван, мы вашу мысль поняли, мы поняли, что в России положение не сладкое. Даже если бы не было Украины, они бы все равно не стали в каждом информационном выпуске рассказывать о том, где Россия находится – это не их приоритеты.

Арина Бородина: Как у вас курортный сезон? Люди, кто занимается организацией, наверняка у вас есть знакомые, родственники, как у вас с подготовкой курортного сезона?

Слушатель: Пока к курортному сезону готовятся, но еще думают, куда люди больше поедут – или в Крым, или к нам.

Арина Бородина: То есть озабоченность есть такая?

Слушатель: Обсуждают и не могут понять, ухудшит это положение или продолжат приезжать сюда. Мне кажется, больше, наверное, поедут в Краснодарский край.

Елена Рыковцева: Арина, я хочу с вами поделиться своим исследованием, которое я провела. Это одна крошечная ситуация, в которой мне показалось интересным разобраться. Я увидела на Фейсбуке в воскресенье очень много фотографий, прекрасных видео с совершенно роскошной, чудесной, теплой акции, которая прошла в Одессе в выходной день. Тысячи людей, по некоторым подсчетам 7-10 тысяч, приняли участие в этой мирной, красивой, солнечной демонстрации с желто-голубыми флагами. И они несли по украинским улицам километровое полотнище украинского флага. Пожалуйста, давайте посмотрим клип сначала, который сделал одессит Алексей Элс.

Елена Рыковцева: Угадайте, Арина, увидели ли эту акцию зрители федеральных каналов?

Арина Бородина: Я думаю, что вариантов два: а) не увидели, б) если увидели, то она интерпретирована какими-нибудь националистическими лозунгами, что это вышли последователи Бандеры.

Елена Рыковцева: Вариант "а" сработал правильнее, чем вариант "б" – ее не увидели. Теперь я расскажу, что увидели, мне же было интересно, что увидят. Потому что не заметить, казалось бы, невозможно. Нет, оказалось возможным ее не заметить. Что заметили на федеральных каналах? Теперь я вам расскажу, что произошло вокруг этой акции. Утром собралась эта огромная группа людей, тысяч 7-10, устроили это шествие. Закончилось оно примерно в час дня, но закончилось, к сожалению, одной очень нехорошей, очень некрасивой точкой: когда эта процессия пришла к памятнику Неизвестному солдату, пресс-секретарь партии "Удар" вдруг бросила георгиевскую ленточку в Вечный огонь. В тот момент этого никто не заметил, но на следующий день стало об этой выходке стало известно, ее страшно осудили в сетях, выкинули с этой работы. Но первое, о чем я подумала: ага, вот это мы точно увидим на федеральных каналах. То, что эта девушка устроила своим же одесситам – это без сомнения большая пакость, то, что она сделала по глупости скорее всего.
Итак, происходит эта мелкая акция, на которую на тот момент никто не обратил внимания. А после этого шествия была устроена демонстрация сторонников федерализации, не такая большая, там было три тысячи человек, они шли своим курсом.
Однако в какой-то момент маленькая группа "Правого сектора" пришла к памятнику Дюка, где на них хлынула толпа большая "федералов", будем их так называть, их еще грубо зовут "рашисты" в Одессе. Милиция отделила "федералов" от группы "Правого сектора". Те спустились по Потемкинской лестнице – без кровопролития. Вот это я вам рассказала полную картину дня. При этом вся интеллигенция одесская, все мои знакомые, друзья, кто участвовал в первой акции – с флагом – они этих событий у Дюка даже не видели, потом увидели на YouTube.
И что же мы увидели на российских федеральных каналах? "Вести": "В Одессе жгут георгиевские ленточки". С этого начинается рассказ о событиях дня в Одессе. Во-первых, сожгли георгиевскую ленточку, во-вторых, состоялась демонстрация в поддержку референдума о федерализации. Дальше: на Приморском бульваре "Правый сектор"(!) напал на участников вот этого "пророссийского" шествия. "И нетрудно догадаться, – говорит ведущий Второго канала, – на чьей стороне будут симпатии милиции".
Демонстрацию с украинским флагом не показали вообще.
РЕН ТВ, который мы с вами хвалили, "Неделя с Марианной Максимовской", к сожалению, одна, там есть еще выпуски новостей, которые начинались точно так же: одесские фашисты жгут георгиевские ленточки. И опять же: в Одессе прошло шествие сторонников федерализации, на которых напали активисты Майдана. По НТВ: сторонники федерализации провели акцию, встретились с активистами Майдана, закидали друг друга яйцами. Никакого флага, никакого километрового полотнища на этих кадрах нет, только "федеральная" демоснтрация.
И теперь мы переходим к Первому каналу, здесь более сложная ситуация, потому что в воскресенье они сказали только об этой акции – федеральной. Про демонстрацию с флагом они тоже ничего не говорили.
Но на следующий день они делают большой сюжет об Одессе, где показывают наконец-то этот длинный огромный флаг. Конечно, они обставили его миллионом оговорок, типа: участники этого шествия якобы шли за мир, а на самом деле вот как накручивал "Правый сектор" своих бойцов перед началом этого выступления. Показывают каких-то людей с палками, подверстывают этих людей к флагу справа, слева и как угодно. Но к чести Первого канала по поводу георгиевских ленточек они все-таки, сквозь зубы, но сказали, что сама организация "Удар" открестилась от этого поступка своего пресс-секретаря. И самое главное, что Первый канал рассказал действительно как было дело, что все-таки сторонники федерализации напали, попытались взять в кольцо "Правый сектор" и его защитила милиция. Получилось, что четыре канала дали одну версию происходящего, Первый канал дал другую версию происходящего.

Арина Бородина: Есть более буквальный и понятный жителям Москвы пример, который касался шествия, это был Марш мира Украина – Россия, здесь не было никаких лозунгов. Я даже не буду сейчас говорить о том, как искажали содержание, потому что прошло время, но про то, как подавали численность, скажу. На канале "Россия-1" в программе "Вести" автор материала Андрей Медведев говорит, что по данным ГУВД пришло три тысячи человек, хотя невооруженным глазом, если показать общий план съемки этих бульваров, там, конечно, гораздо больше, чем эти три тысячи человек. На Первом канале все-таки не назвали три тысячи, сказали, что сторонников этой акции было меньше, чем сторонников акции Кургиняна. Здесь, конечно, можно спорить по численности, но хотя бы не назвали три тысячи человек. Уже кажется, что по нынешним временам это даже прилично выглядит, хотя, конечно, искажения и там, и там.

Елена Рыковцева: С этими двумя акциями, которые Первый канал назвал, тоже очень смешно по цифрам. Потому что первая, то, что вы видели у нас сейчас, гораздо больше второй. Они же не могут себе позволить это назвать, спасибо, что кадры показали, я им уже за это благодарна. Они не могут сказать, что первая больше, чем вторая, и они говорят: в сумме участников этих акций было не меньше 30 тысяч.

Арина Бородина: Возвращаясь к московской акции, это вообще был Марш мира. В новостях федеральных каналов и на НТВ, что важно, говорили о том, что это был митинг против того, чтобы Крым был в составе России. Не было даже близко каких-то лозунгов, безусловно, у кого-то были плакаты, но изначально в повестке этого марша не стояла такая тема – это именно был Марш мира. Конечно, это слово "мир" в новостях не звучало близко. Искажение здесь по традиции было очень большое. Поэтому я даже не удивляюсь, что таким образом интерпретировали события в Одессе.

Елена Рыковцева: В Донецке еще смешнее. Корреспондент говорит: донецкая пресса говорит о тысяче митингующих а ведь эта площадь вмещает 10 тысяч, на мой взгляд там было 10 тысяч. Раз вмещает – значит 10 тысяч.

Арина Бородина: То же самое можно перенести на Москву, сколько народу вмещает площадь Сахарова и бульвары, которые были полностью заполнены людьми, уж точно никак не три тысячи человек, о которых нам рассказывала программа "Вести".

Елена Рыковцева: Нам пишут СМС: "Если не показывать Украину, придется показывать путинские воровские дела". Имеется в виду, что показывать придется негатив российский. Они не будут никогда показывать негатив.

Арина Бородина: Этого никогда и не было. Все равно, конечно, пришлось бы чем-то заполнять. Нам бы, наверное, рассказали про различные законы, которые сейчас принимаются в думе. Наверное, опять бы рассказали про плохого Навального, хотя его сейчас не видно и не слышно в связи с домашним арестом. Нашлось бы что-нибудь показать, каких-нибудь национал-предателей, но это все очень мелко и локально. Ведь нам же не расскажут о состоянии экономики, о проблемах, какие у нас есть. В этом смысле, конечно, заполняют эфир такой риторикой победоносной, что мы впереди всех и самые сильные.

Елена Рыковцева: Пишет Наталья: "Российские события нужно смотреть в интернете, который придется осваивать даже пенсионерам, чтобы знать какую-то правду о происходящем в стране. Призывать лживое прокремлевское ТВ показывать жизнь страны, все равно, что сотрясать воздух". Это хороший вопрос, он часто возникает: зачем телекритики обращают внимание на эту ложь, которая звучит сейчас с экранов, на эту черную антиукраинскую ложь? Зачем мы это смотрим, зачем обращаем внимание? Давайте выключим и не будем об этом говорить, не будем друг друга убеждать, мы же согласны между собой, у нас нет спора никакого. Зачем мы об этом говорим, если они все равно нас не слышат?

Арина Бородина: Это действительно очень важный вопрос и сложный. Во-первых, есть профессиональный долг. Если я говорю о себе, потому что не люблю обобщений, если я это фиксирую, то я фиксирую для того, как бы это пафосно ни звучало, это исторический факт. Потому что многим работающим людям на государственном телевидении, возможно, кажется, что они проживут пять жизней и у многих короткая память. Для того, чтобы зафиксировать, что в данный момент времени происходило в эфире, как это все происходило, как освещалось и как подавалось, для этого надо фиксировать – это, собственно, и для будущего, и для истории все равно это важно, как мне представляется. Второе: есть такой момент, и я его тоже активно иногда советую, потому что есть какие-то вещи, которые кажутся совершенно оголтелыми для людей думающих и для людей, имеющих альтернативные источники информации – и тогда не нужно смотреть телевизор. (Наша слушательница написала, что пенсионерам надо осваивать, они может быть и рады освоить, но у них нет ни возможностей технологических иметь компьютер дома и оплачивать интернет, даже если бы такие возможности были, к сожалению, в маленьких городах, поселках и деревнях очень плохо с интернетом. Я была два года назад в Салехарде, там нет широкополосного интернета, там только спутниковое телевидение, потому что за Полярным кругом с интернетом было не так просто, сейчас уже лучше, но два года назад, когда я там была, там была с этим большая проблема в силу климатических и географических особенностей). Так вот, есть вещи совершенно одиозные, даже с точки зрения власти уже неактуальные. Например, к слову об Аркадии Мамонтове. Я уже заметила не первый раз, сегодня очередная его продукция про Майдан – у него нет высоких рейтингов, в отличие от Соловьева, у которого рейтинги всегда очень на высоком уровне, у него стабильная своя аудитория. Мамонтова практически перестали смотреть. Зачем мне тогда лишний раз тратить свое время, свои душевные силы, чтобы смотреть эту пропаганду? То же самое я могла бы сказать про программу "Вести недели", потому что примерно понятна стилистика. Некоторые смотрят для того, мне приходилось с этой точкой зрения сталкиваться: мы смотрим, потому что мы хотим понимать позицию власти, что они хотят, показывая это по телевизору. Но когда из раза в раз ничего не меняется, а показывают одно и то же, я считаю своим долгом сказать, что не надо смотреть и создавать ажиотаж. Если вам это не нужно по работе, по роду вашей деятельности, для школы, для поездок знать, что там происходит, наверное, смотреть это не надо или если у вас есть альтернативные источники информации. Мне же иногда приходится в силу своей производственной деятельности, поскольку я нахожусь в информационном поле, я за этим слежу и пишу об этом.

Елена Рыковцева: А я в таких случаях говорю: я смотрю, чтобы вы не смотрели.

Арина Бородина: И это тоже важно. Как мне часто тоже говорят: вы нам облегчаете жизнь. Мы узнаем от вас, что там происходит. Просто фиксировать это все равно приходится.

Елена Рыковцева: Арина, очень важный вопрос, он не самый приятный, но важный, принципиальный. У меня начинает создаваться впечатление, я разговариваю со своими коллегами неформально, которые заняты в пропаганде, в газетах и СМИ такой направленности прокремлевской, что люди отстаивают эту позицию, эту точку зрения уже как бы от себя, они говорят, что мы верим. Когда на телемосте в "РИА Новости" Железняк сказал, что перестаньте отключать российские каналы, не нужно давить на российскую прессу, я сказала: но ведь они же разжигают ненависть. И вдруг ко мне разворачивается коллега и с такой ненавистью говорит: "Кто это сказал?". Я говорю: "Это суд сказал, это суд зафиксировал". То есть коллега, его никто не просил, но он лично был возмущен.

Арина Бородина: Мне тоже приходилось с этим сталкиваться.

Елена Рыковцева: Они себя убедили или они так думают?

Арина Бородина: Я думаю, что очень многие убедили. Один коллега, работающий в государственном эфире, довольно известный человек, он мне сказал: "Я настоящий патриот, я державник, и я действительно так считаю". Вы знаете, я не первый раз с ним обсуждала какие-то вещи, и я поняла, что он абсолютно искренен в своей позиции. Подводки, стилистика, то, как человек говорит, пишет – это же все видно. Видно, что он так искренне считает.

Елена Рыковцева: То есть не нужно самообманываться, что они все по указке Кремля?

Арина Бородина: Я думаю, что есть и такие ситуации, их много, они уже встроились в эту систему и так они оправдывают свою работу, убеждая себя. Но именно в этой истории, так же, как и среди моих знакомых, не имеющих отношения к журналистике, сплошь и рядом встречается такая поддержка и согласие с государственной линией, которая проводится в СМИ. К сожалению, есть такая позиция, и есть журналисты, работающие на государственном телевидении, которые искренне считают, что Россия права.

Елена Рыковцева: Мы с вами заканчиваем на том, что перемен мы не ждем.

Арина Бородина: Я не жду. Более того, мне кажется, что ситуация будет усугубляться. Но я надеюсь, что все-таки хотя бы новости российских государственных телеканалов начнут вспоминать о том, что мы живем в Российской Федерации.































Показать комментарии

XS
SM
MD
LG