Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Есть в New-York Times колумнист по имени Дэвид Брукс. Он в либеральной газете представляет некий консервативный оттенок. Вообще корпус колумнистов NYT составлен по принципу "радуги" (не буду объяснять это неприличное сегодня в России слово): есть либералы и консерваторы, иудеи и католики, есть женщина (блистательная Морин Дауд), есть и штатный гей (Фрэнк Бруни).

Брукс – консерватор не столько политический, сколько культурный. В свое время, работая в газете Wall-Street Journal, он способствовал публикации положительной рецензии на книгу профессора философии Алена Блума "Упадок американского сознания", чем способствовал ее грандиозному успеху на книжном рынке: книга, говорящая о трудных, отнюдь не популярных вопросах университетской жизни и преподавания, стала бестселлером.

Брукс и сам вскоре написал бестселлер – книгу "Бобо в раю". "Бобо" – это первые слоги bourgeoise bohemia, то есть нового заметного социального слоя в США: хорошо зарабатывающие, состоятельные, одним словом, “буржуазные” люди, усвоившие привычки и нравы то ли старой артистической богемы, то ли новейшей “контркультуры”. Раньше, до Брукса, такое поведение называлось “лимузинный либерализм” или “радикальный шик”. Но Брукс зарегистрировал широкое распространение этого явления, ставшего в некотором роде массовым.

Культурный консерватизм Брукса в этой книге сказался тем, что описание этих "бобо" было достаточно сатирическим. По Бруксу, это культурный эрзац, а не самостоятельное культурное явление. В общем, Брукс был и остается культурным консерватором, но он остается и американцем. Именно по этой последней причине произвела сильное впечатление его колонка в NYT от 9 апреля. Она называется "Что дает страдание" ("What Suffering Does"). Сенсация в том, что, по Бруксу, оно вообще что-то дает, что-то "делает" в позитивном смысле, что это не просто негатив, а в некоторых отношениях ценное приобретение, необходимый жизненный опыт.

Мы живем в культуре, заполоненной разговорами о счастье, пишет Брукс. Но обратим внимание: когда люди вспоминают прошлое и его уроки, они вспоминают не счастливые, а горькие, страдальческие события. Страдание, неудачи явно облагораживают человека. Тут же приведен американский пример – президент Ф.Д. Рузвельт, инвалид, взявший на себя руководство огромной страной в тяжелые для нее годы и сумевший побороть общие беды. Еще один важный момент: люди, пережившие несчастье, гораздо точнее оценивают себя и свои возможности, страдание помогает самосознанию, углубляют его.

Преодоленное страдание – это не то, что излеченная болезнь: болезнь прошла, а человек остался прежним, здоровым; в отличие от болезни несчастье создает нового человека. Еще пример несчастья, пошедшего на пользу, – американская Гражданская война и победитель, президент Линкольн. Польза была не только индивидуальная, не только президенту, но и всей нации.

Брукс ссылается на немецкого психолога Виктора Франкля, выжившего в нацистском лагере смерти и написавшего широко известную книгу об этом опыте. В книге Франкля главное: правильно принятое и понятое страдание не уменьшает, а увеличивает достоинство человека. Книга Франкля широко известна, ее автор заслуженный и уважаемый человек. Но Брукс не назвал главного имени, угадываемого за его рассуждениями о благодетельности страдания: Достоевский, конечно.

Культурный человек Дэвид Брукс, несомненно, его читал и соответствующие его мысли заметил и запомнил. Но ставить в пример американцам какого-то мало им известного русского было бы неправильным для журналиста тактическим ходом, тем более что русские нынче в США оказывают раздражающее действие. И это тем более укрепляет читателя статьи Брукса в скрытом ее смысле: "месседж" – необходимость психологической подготовки к войне. Упаси Бог, не подумайте, что, по моему мнению, колумнист влиятельной американской газеты намекает на какие-то тайные планы Пентагона и вашингтонской администрации. Войны скорее всего не будет, происходящее сейчас с российской стороны – типичный дипломатический блеф с тем, чтобы на будущих переговорах выложить на стол некие козыри. Да и вообще не об Украине речь идет в сюжете статьи Брукса: он просто хочет напомнить соотечественникам, привыкшим ко всяческому комфорту, что в современном мире, да и на Земле вообще гарантированного счастья не бывает.

Это не "хочешь мира – готовься к войне", относящееся к мертвым вооружениям, а призыв к живым людям не расслабляться, быть готовыми к испытаниям. Ведь "расслабленный" демократический Запад уже дважды, в двух мировых войнах, доказал свою готовность к несчастью и способность к победе над экстремально "мужественным" врагом. Запад на пушку не взять, и не надо пробовать. Дэвид Брукс об этом напомнил в крайне интеллигентной и как раз потомкам Достоевского понятной форме.

Будь готов! – Всегда готов! – это ведь лозунг не советских пионеров, а американских бойскаутов.

Борис Парамонов – нью-йоркский писатель и публицист

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции Радио Свобода

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG