Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Михаил Соколов – о покаянии для Кремля

Майская трагедия в Одессе уже разобрана поминутно, можно изучать, почему позволили столкнуться двум колоннам демонстрантов, кто из-за спин милиционеров стрелял в центре города в сторонников единства Украины, как толпа беспрепятственно осадила здание Дома профсоюзов и чьими руками его подожгли…

Революция оборачивается пожаром интервенции, в огне которого гибнут невинные люди, а бензин в огонь беды льют идейные и профессиональные провокаторы-революционеры, государственные деятели и люди в погонах.
17 октября 1905 года

17 октября 1905 года

В истории Российской империи был похожий трагический эпизод. Волна искреннего ликования дарованным под воздействием всеобщей забастовки манифестом 17 октября 1905 года была недолгой. Радикалы грезили об углублении революции, и выводили сторонников на улицы. А люди, считавшие себя патриотами, хотели помочь Государю в подавлении "крамолы". Одни из них несли убытки от забастовок, другие имели тесные связи с полицией, третьи готовы были под лозунгом спасения "единой и неделимой" заняться откровенным разбоем.

Полиция же всерьез восприняла тезис Манифеста об успокоении граждан как право на подавление беспорядков любой ценой. И по империи прокатилась волна октябрьских погромов.

В Одессе 17-22 октября шел пятидневный еврейский погром. Самооборона (знакомое слово!) стреляла в черносотенцев. Войска и черносотенцы – в самооборону. Погибло более 400 человек. Среди них 55 дружинников, чье сопротивление предотвратило большее число жертв, позволило горожанам дожить до запоздалого приказа о разгоне погромщиков.

В сибирском Томске 20-22 октября 1905 года произошли события, еще больше похожие на нынешние одесские. Две противостоящие силы столкнулись в центре города. Жертвами стали студенты, интеллигенты, случайные люди.

Историк Михаил Шиловский считает, что томский погром "не был организован властями, а явился результатом противостояния либерально-радикальных и консервативных элементов, недовольных агрессивной, наступательной тактикой "революционеров", резким ухудшением своего материального положения в результате всеобщей забастовки. Не случайно ударной силой "черносотенцев" выступали извозчики, мелкие торговцы, мясники, кузнецы, занятые в сфере предоставления услуг, поскольку массированное свертывание экономической деятельности в городе оставило их без заработка".

Прикрытая полицией демонстрация черносотенцев, уже успевшая разгромить городскую управу, убить и искалечить несколько человек, пыталась ворваться в театр, где начинался революционный митинг. Члены созданной земством городской охраны стреляли из револьверов по погромщикам. Толпа сначала отступила. Затем атаковала своих противников, загнав часть дружинников в здание Управления Сибирской железной дороги, где в осаду попали также инженеры и служащие.

Желающими искренне продемонстрировать патриотическую верность Империи и Государю и наказать "японских агентов" овладели самые низменные страсти. Трехэтажный особняк подожгли, людей из него не выпускали. Выбегавших из здания служащих железной дороги прямо на площади убивали или зверски избивали как врагов престола и отечества, "иностранных агентов". Потерявших сознание грабили. С крыши горевшего здания в ответ стреляли. Пожарных тушить здание толпа не пускала. Погибли 66 человек, 129 были ранены.

Замечу, что финал событий в Одессе был иным, хотя с крыши горевшего здания тоже стреляли. Пожарным здесь не мешали, но они явно сами опоздали на час, и явно не спешили в пламя. После того, как здание загорелось уже всерьез, часть осаждавших "патриотов Украины" пыталась помочь своим противникам из числа "патриотов России", попавшим в огненную ловушку, покинуть Доме профсоюзов. Но избиения на пожарище тоже были… Человеческое озверение и через столетие похоже и не менее отвратительно, но накал его уже все же нерелигиозный и, кажется, стал он чуть ниже.

Главное, что объединяет события 100-летней давности: неадекватное поведение силовых структур. Томский губернатор Всеволод Азанчеевский-Азанчеев не отдавал приказа пресечь беспорядки и вывести людей из пламени. В сотне метров от пылавшего здания бездействовало несколько рот солдат и сотня казаков. Иногда они помогали погромщикам.

При расследовании трагедии в Одессе еще предстоит разобраться, как получилось, что часть милиционеров помогла "антимайдановцам" напасть на участников марша за единство Украины. Нужно понять, почему правоохранители и не пытались предотвратить новый погром палаточного лагеря на Куликовом поле, приведший к пожару в Доме профсоюзов. Пока что руководители одесской милиции отстранены от должности. А что делали мэр Одессы и губернатор?

…В 1909 году состоялся суд над томскими погромщиками. Под следствием было около сотни горожан. Часть попала под амнистию. 47 человек были оправданы, 16 – получили смешные наказания: до 2 лет тюремного заключения или ареста. Как пишет М.В. Шиловский, адвокаты грамотно квалифицировали погром как политическую акцию против носителей прогрессивных устремлений и участников освободительного движения, происшедшую при попустительстве местной администрации и "осуществленную люмпенами, загнанными модернизационными процессами в тупик".

Результаты расследования действия властей Томской губернии были и вовсе постыдны. Никто не был наказан по суду. 8 ноября 1906 г. губернатора В.Н. Азанчеевского-Азанчеева уволили в отставку. Как писал историк, "властные структуры пытались бороться с революционным пожаром методом встречного пала, используя ненависть к нему и его носителям черносотенцев. Этим можно объяснить бездействие власти на начальном этапе движения манифестантов… отсутствие реакции на факты избиения, убийств и грабежей". "В силу либо низкого уровня квалификации, либо настойчивого желания сокрушить "революционную гидру" высшее должностное лицо утратило контроль над ситуацией", – отмечает М.В. Шиловский. Именно за это, а не за поддержку погрома губернатор потерял должность.

Прошедшее столетие должно было бы научить, как расследовать новый одесский погром, чтобы все виновные и в попустительстве криминалу, и в конкретных преступлениях были наказаны. Но нужно расследование не только самой трагедии 2 мая в Одессе. Следует разобраться в глобальные причинах эскалации насилия в Украине. К сожалению, их стоит искать не столько на месте трагических событий, сколько в Москве, в Кремле.

В прошлом десятилетии Президент России Борис Ельцин вел дела с Украиной как с дружественным независимым государством-союзником. Его преемник Владимир Путин, особенно со времени появления Виктора Януковича у власти в Киеве, решил обращаться с Украиной как с безгласным сателлитом метрополии.

Попытка Виктора Януковича найти противовес давлению Москвы на Западе была сурово пресечена Путиным с помощью экономических санкций. Принуждение к сожительству в качестве колонии осуществлялось жестко и решительно. Именно этот демонстративный путинский отказ Украине в праве на самостоятельную внешнюю политику вызвал явное озлобление части украинской элиты, в решающий момент противостояния вставшей на сторону Майдана.
Степень прямого вмешательства Кремля в события на Украине такова, что вменяемой российской власти следовало бы не бросаться обвинением, что у политиков в Киеве "руки по локоть в крови"
Крах путинского проекта "евразийская Украина" после победного восстания в Киеве вызвал спонтанную истерическую реакцию Москвы: "мирный" рейдерский захват Крыма, его аннексию, информационную войну, провоцирование беспорядков на Востоке Украины, создание там специалистами из ГРУ военизированных формирований, "ополчений" и "самооборон", вобравших в себя местных авантюристов и уголовников. Начались и спецоперации, обеспечивавшие развитие первого успеха сепаратистов Донбасса. Когда киевские власти решились на подавление открытого вооруженного мятежа в Славянске, видимо, решено было нанести удары в глубоком "тылу".

Провоцирование конфликта в Одессе стало такой спецоперацией. О возможности беспорядков в Одессе было известно заранее, но власти не ожидали масштаба провокации, того количества горючего материала, социальной и национальной ненависти, который удастся зажечь известными с начала XX века приемами шовинистической пропаганды.

Трагедия в Одессе 2 мая 2014 года показывает, что неподотчетная народу российская власть недолго поиграла на международной арене со спичками шовинизма, а довела дело до пожара таких масштабов, какой мы видели в прошлом XX веке лишь в период конфликтов, проложивших дорогу Первой, а потом и Второй мировой войне.

Степень прямого вмешательства Кремля в события на Украине такова, что вменяемой российской власти следовало бы не бросаться обвинением, что у политиков в Киеве "руки по локоть в крови". Новоявленным московским фанатам "русского мира" можно предложить взглянуть на себя в зеркало и оценить свою степень вины в происшедшем.

После одесской трагедии Кремлю стоило бы увести свою агентуру с улиц украинских городов, призвать своих союзников-террористов в Донбассе к сдаче оружия. Сепаратисты в Славянске вполне управляемы: они отпустили заложников – наблюдателей ОБСЕ, как только получили прямой приказ из Москвы.

Сегодня Владимиру Путину следовало бы прекратить бряцать оружием и в качестве акта покаяния объявить в России траур и по российским, и по украинским гражданам, погибшим в Донбассе и в Одессе. Не стоит следовать дурному примеру Российской империи: формально православное государство траура по жертвам погромов не объявляло.

Михаил Соколов – политический обозреватель Радио Свобода, кандидат исторических наук

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG