Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Трагические события на юге и востоке Украины заставляют экспертов размышлять о возможности прямого российского военного вмешательства в события на территории соседней страны.

Среди тех, кто считает российскую военную агрессию неизбежной и скорой – публицист и политик Константин Боровой, председатель политической партии "Западный выбор":

– К сожалению, у Путина уже нет другого выхода. В России нагнетается истерика в высокой степени. 300 журналистов-пропагандистов получили государственные награды. Состояние общественного сознания совершенно истерическое. Степень накала этого истерического так высока. 9 Мая, я думаю, включатся еще дополнительные пропагандистские механизмы. Если Путин отступит (а любое не-начало военных действий – отступление), это может привести к очень сложной для него ситуации внутри России. Очевидно, что вторжение произойдет в ближайшее время. Все подготовлено, уже есть обращение к Путину Зюганова, Жириновского, Миронова с требованием немедленно ввести войска на Украину. Эти политики просто так ничего не делают, видимо, разрешение требовать вторжения они в Кремле уже получили. Я думаю, что сейчас идет корректировка планов: одно дело, когда диверсионно-террористические группы контролируют аэропорты в Донецкой области, другое дело, когда они блокированы украинскими военными или вообще выдворены. Уже танки выкрашены в миротворческие цвета. Уже солдаты в голубых касках подготовлены.

– Такое развитие событий вам кажется безальтернативным?

– По-другому выйти из этой ситуации Путин не может – тогда придется отдавать Крым. Украина в очень короткие сроки создала боеспособную армию. Своими действиями Путин фактически способствовал консолидации общества на Украине, конечно, не желая этого. Если будут нейтрализованы действия террористических групп, то Украина вполне может начать освобождать и Крым. Но самое главное для Путина – это внутренняя ситуация в России. Кремль всему уже подобрал имена: "В Киеве фашистская хунта". Это уже не сумасшедшие политики произносят, а Путин и Лавров.

– Когда вы говорите о том, что российские танки и шлемы выкрашены в такие-то цвета, что Украине удалось создать боеспособную армию, – это ваши политико-публицистические допущения или у вас есть информация на этот счет?

– Эта информация идет и по российским каналам. Например, информация о подготовке Национальной гвардии. В России, правда, она подается в своем ключе – "националисты и экстремисты создают карательные отряды". Есть и обращение в Совет Безопасности ООН со стороны России по поводу необходимости ввода на Украину миротворческих сил, заявления о необходимости проведения миротворческой операции сделаны МИД России, "против этого нелегитимного фашистского режима в Киеве".

– Вы считаете, что Путин заинтересован в установлении эффективного военного контроля над юго-восточными районами Украины или речь идет о каких-то точечных ударах?

– Стратегические цели Путина – это контроль над всей Украиной, контроль над Киевом, создание коридора к Приднестровью. Опыт Крыма показывает, что никакие частичные приобретения невозможно легитимизировать.
Стратегические цели Путина – контроль над всей Украиной, контроль над Киевом, создание коридора к Приднестровью
Следовательно, Путин будет стараться взять под контроль Киев. Уже слышны заявления – из числа "народных чаяний и требований" – "захватить и судить киевскую хунту как военных преступников за Хатынь, которую они устроили в Одессе". Все это произносится не только простыми людьми, но и политиками. Основное преимущество Путина в этой предполагаемой военной операции – численность армии и размах операции. Понятно, что локальные действия могут быть отражены и не дадут нужного эффекта. Предположение о том, что Путина интересует Восток и, может быть, часть юга Украины, не верны. Чтобы реализовать свое преимущество, русское наступление должно быть массированным сразу по нескольким направлениям – с востока, с юга, с моря, из Приднестровья. Недавние учения ясно показали, что готовится именно такая массовая операция на большой территории.

– Вы считаете, что нет силы, которая могла бы помешать осуществлению этого зловещего сценария?

– Такой силы нет. Для Путина это принципиальный вопрос, стратегический. Это вопрос выживания его власти и его личного выживания. Его ничто сейчас не может остановить, кроме военной силы. Никакие дипломатические усилия не производят на Путина никакого впечатления. Любые добронамеренные действия тут же извращаются, тут же превращается в пропагандистские штампы с противоположным смыслом. Наблюдатели ОБСЕ мгновенно превращаются в шпионов Америки и вообще Запада. Это все предмет расследования экспертов трибунала в Гааге. Меня волнует не только та составляющая, которая касается ведения агрессивных захватнических войн, но и то, что касается воздействия на российское общество. Эти мощнейшие пропагандистские кампании, которые построены на совершенно человеконенавистнических идеях, создают просто больное общество. Это одно из тех преступлений, за которые Путин должен будет когда-то ответить.

– Предположим, что ваши мрачные предположения верны. Рискнете сказать, чем может окончиться такая военная операция?

– В прогнозе развития этой ситуации много неопределенных составляющих. Главное – это действия европейского сообщества, США. Запад сделал очень сильные заявления, введены санкции, которые, безусловно, производят впечатление на Путина, на Россию. Кстати, это же еще один фактор, который создает для Путина совершенно безальтернативную стратегию. Санкции уже разрушают российскую экономику, а ведь это еще, что называется символические санкции. Чтобы остановить эти санкции, по логике Путина, нужно просто повысить ставки в противостоянии. Это можно достичь только началом военных действий. Как предполагает Путин, начнутся переговоры, можно будет что-то выторговывать.

Европа сейчас разделена на две составляющие. В Польше, которая страдала от нескольких восточных агрессий, очень хорошо понимают, что такое русский империализм и русский национализм. Поэтому Варшава готова помогать Киеву, несмотря на довольно сложную историю отношений Украины и Польши. Страны
72 часа продержаться – вот что требуется от Украины
Балтии – вообще просто следующие объекты агрессии, у границ Балтии тоже проходят учения. Другая часть Европы относится к действиям Путина как к какому-то далекому, непонятному, плохо прогнозируемому процессу. Понимание приходит, но со временем. Некоторые страны очень осторожно смотрят не необходимость введения санкций, Германия, например, очень осторожно себя ведет. Эти неопределенные составляющие позволяют говорить о том, что на первом этапе, безусловно, военная операция будет успешной и она позволит Путину захватить часть территории Украины. Европейцам, американцам понадобится время, чтобы понять: "невозможное возможно". Все это будет сопровождаться пропагандистской кампанией Кремля, которая после 15 лет пребывания Путина у власти имеет возможности воздействовать на информационные потоки и в Европе, и в США. Во многих странах создана своего рода агентурная сеть – сеть из политиков и экспертов, усилия которых так или иначе оплачиваются.

То, что надо было бы сделать в идеале, – немедленно остановить российскую агрессию всеми возможными военными средствами. Ясно, что этого сделано не будет. Украина будет на первом этапе предоставлена самой себе. Ей нужно будет отражать агрессию. 72 часа продержаться – вот что требуется от Украины. А на втором этапе, я надеюсь, понимание того, что следующей целью агрессии будут страны Балтии, подвигнет европейские страны и США на помощь Украине, – считает политик Константин Боровой.

Фрагмент итогового выпуска программы "Время Свободы"

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG