Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Российские вузы продолжают избавляться от преподавателей, коллективами и поодиночке

Российские вузы продолжают избавляться от преподавателей, коллективами и поодиночке. Процесс этот начался после изменения системы оплаты труда в 2008 году и достиг пика весной этого года, когда более 900 сотрудников Государственного университета управления получили уведомления о том, что "ваша должность сокращена" и "вы можете быть уволены", а из РНИМУ им. Пирогова по статье за прогулы была уволена активист профсоюзного движения Юлия Чебакова.

Ни для кого уже не секрет, что российская высшая школа переживает не лучшие свои времена. И дело не только в реформах и последствиях ревизии, которую предприняло Министерство образования и науки. Действительно, качество подготовки во многих вузах оставляет желать лучшего, но ведь и экономика страны новых перспектив не обещает. Что же касается самих работодателей, то они даже не могут толком сформулировать профессиональные стандарты. Кроме того, многообещающее вхождение в Болонский процесс, то есть в единое международное образовательное пространство в реальности обернулось переходом на бакалавриат-магистратуру, уменьшившим срок обучения.

Все эти факторы – рекомендованная ведомством оптимизация, сокращение общего числа абитуриентов и их концентрация в наиболее сильных вузах, которую спровоцировало введение ЕГЭ, неизбежно привели к сокращению так называемого ППС, профессорско-преподавательского состава. Правда, такого массового, как в Государственном университете управления в Москве, еще не случалось. О грядущих увольнениях рассказала доцент кафедры философии ГУУ Елена Шахматова:

– Более 900 сотрудников получили уведомления – одно о том, что "ваша должность 30 июня будет сокращена", второе – о том, что вакансий нет. Исполняющий обязанности ректора Владимир Годин пытался успокоить преподавательский состав, говорил, что, к сожалению, такова система, что если надо уволить одного человека, то необходимо всем выдать подобную форму.
Ситуация была очень странная, и мы создали первичную профсоюзную организацию "Университетская солидарность", потому что поодиночке нас бы просто выкинули на улицу, – считает доцент Елена Шахматова, теперь председатель профсоюзной организации ГУУ.

Сопредседатель профсоюза "Университетская солидарность" Павел Кудюкин отмечает, что, хотя реорганизация – один из самых распространенных способов увольнения вузовских преподавателей, случай в ГУУ превосходит все остальные по масштабу:

– Оказалось, что сокращаются практически все должности преподавательско-профессорского состава и кое-кто из административного персонала, более 900 человек. Но почти одновременно в издании Минобрнауки "Вузовский вестник"
Преподавателей увольняют и говорят, что вакансий нет, но одновременно объявляют конкурс
появилась публикация – объявление о конкурсах на чуть менее чем 400 ставок в том же самом Государственном университете управления. Сопоставление этих двух документов говорит о серьезном противоречии – преподавателей увольняют и говорят, что вакансий нет, и одновременно объявляют конкурс. А конкурсы можно объявлять только на существующие штатные должности, и вот тут концы с концами не сходятся. Кроме того, более 900 человек получили уведомления, на менее чем 400 ставок объявляются конкурсы, то есть 500 человек в начале лета окажутся не у дел, – заключает сопредседатель профсоюза "Университетская солидарность" Павел Кудюкин.

Но даже если судебным путем удастся оспорить законность приказа, ничто не мешает администрации вуза избавляться от преподавателей в индивидуальном порядке. В марте этого года по статье за прогулы с кафедры клинической психологии РНИМУ имени Пирогова была уволена Юлия Чебакова. Увольнение, по ее мнению, было спровоцировано деятельностью профсоюзной организации, сопредседателем которой она является:

– Мы в судебном заявлении от "Университетской солидности" указали на перечень документов, в том числе финансового характера, которые хотели бы
Несмотря на то, что я находилось на клинической базе, были зафиксированы прогулы
получить в связи с тем, что они являются обязательным приложением к коллективному договору, но при этом не опубликованы на сайте. Несмотря на то что нас, активных членов профсоюза, было мало, это испугало администрацию и она запустила механизмы преследования.

Так, несмотря на то, что я находилось на клинической базе, были зафиксированы прогулы. То есть, хотя я работала на кафедре психологии, которая является клинической, предполагалось, что я должна присутствовать на кафедре в университете. И потом еще задним числом составили акты, что я не была более четырех часов на работе, так что теперь в моей трудовой книжке написано: "Уволена за прогул".

Правда, чего-то похожего я ожидала – администрация отчетливо давала понять, что не будет мириться с активностью нашего профсоюза, но у меня была уверенность, что я смогу это решение оспорить в суде, что судебная система на уровне таких индивидуальных споров работает, – полагает Юлия Чебакова.

Надо заметить, что у нее есть все основания верить в свою победу, хотя, как сейчас Юлия понимает, преподавать в университет она вряд ли вернется – слишком велики эмоциональные потери. С другой стороны, как показывает практика, даже после формального восстановления в должности преподаватель рискует оказаться не у дел. Так, в Екатеринбурге Марина Лордкипанидзе без всякой поддержки профсоюза выиграла одиннадцать гражданских дел, однако полноценно работать в Российском государственном профессионально-педагогическом университете ей не дали:

– В РГППУ пришли судебные решения: у вас нет сокращения штатов, заявляет суд, восстановить заведующего кафедрой. Меня восстанавливают на бумаге, к работе фактически не допускают. Через несколько месяцев второе увольнение, опять по сокращению, – суды опять восстанавливают. На бумаге администрация вуза отчитывается, что меня восстановили, а в штатном расписании моей должности так и не было, хотя зарплату выплачивали. 400 тысяч рублей за
Администрация вуза отчитывается, что меня восстановили, а в штатном расписании моей должности нет
полтора года пребывания в судах они начислили самостоятельно, 615 тысяч – по решению суда, а общая сумма выплат за все время составила около 2,5 миллионов, хотя фактически я не работала. И это тоже финансовое нарушение своего рода, ведь расплачивался не ректор, а университет!

Кроме того, в РГППУ были подтверждены финансовые нарушения, и я подала заявление в Управление по борьбе с экономическими преступлениями при МВД Свердловской области. И УБЭП пришел к выводу, что есть признаки состава преступления по статье 285 УК РФ ("Злоупотребление служебными полномочиями"), однако в возбуждении уголовного дела отказывают. Не будет ответственности, не будет прецедента, когда реальное наказание понесет реальный ректор, – ничего не будет, – подвела итог многолетней борьбы Марина Лордкипанидзе.

Классный час Свободы "Дело преподавателей"

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG