Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Книжное обозрение Марины Ефимовой

Александр Генис: Сегодня Марина Ефимова представит нашим слушателям и читателям новую биографию самого, пожалуй, американского из всех героев Голливуда.

Марина Ефимова: Актер Джон Уэйн играл фольклорных героев. Его персонажи - не такие древние, как наши былинные богатыри, они даже ближе к современности, чем герои Фенимора Купера, но всё-таки и они живут в уютном отдалении от настоящего. Большинство фильмов с Джоном Уэйном сняты в середине 20-го века, а большинство его героев живет в середине (или в конце) 19-го.

Былинный кино-жанр «вестерн» издавна популярен в Америке, и его героев играли почти все знаменитые голливудские актеры. Но Джон Уэйн стоит особняком – может быть, потому, что другие актеры играли еще и другие роли, а Джон Уэйн играл одного героя (в разных ситуациях и в разном возрасте). Характерные черты этого героя описал известный журналист Гарри Уиллс в статье 1997 г. «Американский Адам»:

Диктор: «Судя по недавнему опросу, актер Джон Уэйн был самым популярным актёром чуть ли не до 1995 года. Почему? Потому что воплотил американский миф. Вот архетип американца: «перемещенное лицо», человек из отвергнутого прошлого на пути в славное будущее. Он прямодушен и честен. Он не знает страха, но наводит страх на других. Он убивает, но только тех, кого следует убить – очищая мир. Он знает любовь, но не даёт ей приземлить себя. У него нет корней, но в нем есть стержень, который даёт нравственные ориентиры. Он – странствующий эталон».

Марина Ефимова: Место, где может появиться такой герой, только одно – фронтир. Поэт и мыслитель Ралф Уолдо Эмерсон в 1844 г. в лекции «Молодой американец» сказал: «Чтобы стать самим собой, американцу необходим бескрайний Запад». А в 1997 г. Гарри Уиллс пишет, что у молодого американца из лекции Эмерсона – «та же стремительная походка враскачку, что у Джона Уэйна». Уэйн был человеком начитанным и вполне мог знать Эмерсона. Но он выбирал образ своего экранного героя сам и, по его собственному признанию, исходя из довольно простых рассуждений:

Диктор: «Я попытался сыграть человека, которым хотел бы быть каждый средний американец. Человека, которого этот простой американец хотел бы иметь отцом, сыном, братом, другом; которого простая американская жена хотела бы иметь мужем. Такой человек не живет с опущенной головой, смотрит людям прямо в глаза, никогда не предаёт друзей».

Марина Ефимова: Был ли сам Уэйн таким человеком? Нет, судя по всему, он был гораздо противоречивей и сложней (биографы считают, что герой Уэйна был для актёра тем же, чем бродяжка Чарли - для Чаплина). Но Уэйн оставался верен своему герою потому, что тот стал, в сущности, и его идеалом, и он не хотел предавать идеал. В новой биографии актёра, которая называется «Джон Уэйн. Жизнь и легенда», её автор Скотт Аймэн пишет об этой верности образу:

Диктор: «За свою карьеру Уэйн отверг немало ролей, не совпадавших с образом, который (как он верно чувствовал), стал родным для среднего американца. Например, он отказался от роли корумпированного политика Вилли Старка в фильме по роману Уоррена «Вся королевская рать». Он выбирал только персонажи, отражавшие его собственные убеждения и ценности».

Марина Ефимова: Если не считать четырех лет участия в массовках, Уэйн начал актерскую карьеру в 1930 г. в фильме «Большая тропа» - 23-летним молодым человеком, а кончил её стариком, легендой в фильме 1976 года «Самый меткий». И это был всё тот же герой – изменившийся лишь физически. Сильный, верный, прямодушный, упрямый, героический человек; мужчина до кончиков ногтей, способный на доброту и нежность, но так, чтобы никто не заметил. Как пишет биограф, Джон Уэйн прошел путь от образа «лучшего парня» к образу «лучшего отца» и даже «лучшего деда» – в фильме 1969-го года «Настоящее мужество» (за который он получил своего единственного Оскара).

Но всё же Джон Уэйн был не единственным автором своего хрестоматийного образа. В 1964 г. молоденький, но уже знаменитый бард Боб Дилан оказался вместе с Уэйном на съемочной площадке. Подойдя к легендарному актеру, дерзкий юноша спросил: «Мистер Уэйн, почему одни ваши фильмы очень плохие, а другие – очень хорошие?». И Уэйн спокойно ответил: «Потому что другие фильмы ставил Джон Форд». Рецензент новой биографии Уэйна – критик Клайв Сэнт-Клэр - назвал эту биографию «историей любви»:

Диктор: «Центром, стержнем книги «Джон Уэйн. Жизнь и легенда» стала история любви – не любви Уэйна к трём его жёнам, не любви к его секретарше и последней возлюбленной Пэт Стэси (утешению его старости), а любви между двумя Джонами – актёром Уэйном и режиссёром Фордом. Оба были крупными личностями, один - умный, другой - гениальный (не найти более точного слова). Гениальный Джон Форд был некрасив. Умный Джон Уэйн был неотразим. Когда их пути пересеклись, Форд был уже известным режиссером, поэтому в возникшем симбиозе мастером был он. Но ирландский характер и незабываемая внешность Уэйна сыграли главную роль в том эффекте, который произвел этот союз».

Марина Ефимова: Почти десять лет прошли с первых актерских попыток Джона Уэйна до его звёздной (и лучшей, я думаю) роли – ковбоя Ринго Кида - в замечательном фильме Джона Форда 1939 года «Дилижанс». В отличие от своего супер-натурального героя, у самого Джона Уэйна натуральность была благоприобретенной. Он всему учился – долго, с немалым трудом, под неусыпном, иногда унизительно менторским надзором режиссера-ветерана Джона Форда. Биограф Аймэн пишет:

Диктор: «Экранный персонаж собирался годами по чёрточкам: характерная речь типа старт-и-стоп, старт-и-стоп; низкий с хрипотцой голос; моментально узнаваемая, размашистая, с разворотом плеч, походка человека, готового к театральной драке со злом. Так происходила трансформация неуклюжего, неуверенного юноши в выразительный символ американской мужественности – в героя, настолько уверенного в себе, что ему не мешал обаятельный психологический штрих - глубинная меланхолия и чувствительность под панцирем неколебимой твёрдости».

Марина Ефимова: В истории творческой любви Уэйна и Форда, как и почти во всякой любви, был момент слома. Джон Уэйн пробовал себя как режиссер в фильме 1960 г. «Форт Аламо». К этому времени Форд поставил с ним 11 фильмов, получив за них четырех «Оскаров». Но стиль режиссера, чья карьера началась за десять лет до появления звукового кино, уже казался старомодным. И Голливуд дал ему это почувствовать. Ему стало трудно находить средства на новые картины. В 1960 гогду ситуация была словно из сюжета фильма «Рождение звезды», когда ученик и учитель меняются ролями.

Биограф Аймэн подробно описывает унизительную роль, которую отвел режиссеру его бывший протеже. Форд приходил в студию незваным, и Уэйн в конце концов дал ему фиктивную команду для съемки сцен, которые заведомо не войдут в фильм. Однако и для Уэйна этот эпизод кончился унижением – по мнению критиков, «Форт Аламо» продемонстрировал границы, дальше которых Джон Уэйн не мог пойти без Джона Форда. Всё-таки Форд снял с Уэйном ещё два фильма в 60-х, из которых один – «Человек, который застрелил Либерти Валанса» - считается последним великим фильмом режиссёра.

Они оба заболели раком в середине 60-х. Форд умер в 1973-м, Уэйн – в 1979. И опять личность актера разошлась с личностью героя. В 1976 году Уэйн сыграл в фильме «Самый меткий» старого, умирающего от рака стрелка, легенду Запада. Экранный Джон Уэйн принял смерть так же, как и жил - с редким достоинством и даже с героизмом. Реальный Джон Уэйн не избежал судьбы всех негероических больных, умиравших от рака желудка.

В наши дни Джон Уэйн не заслужил бы титула «самого популярного актера», но его ещё помнят все. Американцы смотрят его фильмы так, словно рассматривают старые фотографии, ненадолго возрождающие в них, по словам Гарри Уиллса, «тот фермент, который исчезает или уже исчез из американской жизни».

XS
SM
MD
LG