Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

70 лет назад было совершено неудачное покушение на Гитлера. Какие моральные уроки извлекают из него в сегодняшней Германии?

"Кто найдет в себе мужество сделать это, войдет в историю как предатель, но если он откажется это сделать, то будет предателем перед своей совестью". Руководствуясь этим девизом, 70 лет назад, 20 июля 1944 года, германский полковник Клаус Шенк фон Штауффенберг оставил портфель со взрывным устройством под столом в помещении, где происходило совещание с участием Адольфа Гитлера. Успех покушения на фюрера был ключевым моментом операции "Валькирия", целью которой было избавление Германии от власти нацистов и скорейшее заключение мира.

Случайность спасла фюрера, а нерешительность заговорщиков в Берлине не позволила им занять ключевые правительственные здания и арестовать руководителей Рейха до того времени, как стало известно, что Гитлер жив. Штауффенберг был арестован и уже в ночь на 21 июля расстрелян. Расправы над заговорщиками, среди которых были и знаменитые военачальники, продолжались в течение последующих дней и месяцев. Жертвами нацистского террора стали тысячи людей, фельдмаршалы Эрвин Роммель и Ханс Гюнтер фон Клюге покончили с собой.

В современной Германии Штауффенберг и другие активные участники заговора против Гитлера считаются национальными героями – теми немногими, кто в самые темные для нации времена нашел в себе мужество противостоять злу решительными действиями. Имя Штауффенберга известно и за пределами Германии – во многом благодаря фильму "Операция "Валькирия", в котором лидера заговорщиков сыграл Том Круз. Однако 70 лет назад у графа Штауффенберга действительно были все основания считать, что его поступок будет воспринят как предательство.

Для германского офицера и аристократа необходимость нарушить присягу (начиная с 1934 года она давалась не только Рейху, но и лично фюреру) было поистине страшной моральной дилеммой. К тому же даже в 1944 году, когда Рейх уже стоял на пороге поражения, большинство немцев, по многочисленным свидетельствам, по-прежнему поддерживали Гитлера и нацистов и верили в победу. Даже возможный успех заговорщиков отнюдь не означал, что они были бы поддержаны собственным народом. Несмотря на все эти обстоятельства (не говоря уже о риске провала всей операции – ее успех предполагал сочетание множества факторов, главным из них была простая удача, которой заговорщикам и не хватило), Штауффенберг и его сторонники все же решили действовать.

Берлин, музей Сопротивления

Берлин, музей Сопротивления

Почему? Именно в ответе на этот вопрос – ключ к пониманию того, почему Штауффенберг и его товарищи считаются сейчас в Германии не предателями (как они, по опросам, воспринимались большинством еще в 1960-е годы), а героями, вокруг которых даже создан особый культ (его тоже порой критикуют, напоминая, что большинство участников заговора придерживались отнюдь не демократических взглядов, а часть из них даже была в прошлом убежденными нацистами).

Как отметил в день 70-й годовщины покушения на Гитлера комментатор Die Welt Торстен Крауэл, главной причиной покушения и всей попытки переворота было даже не стремление "спасти Отечество", сместить "потерявшего контакт с реальностью" Гитлера ради прагматичных целей, и тем более не жажда власти или иные корыстные побуждения: "Немного было в истории примеров, когда люди были готовы пожертвовать собой по соображениям морали, следуя за голосом своей совести, принося в себя в жертву нравственным соображениям, поскольку практический успех всей затеи был почти исключен". Тем самым он повторил мысль, высказанную еще в 1946 году Уинстоном Черчиллем: "Германские оппозиционеры боролись без помощи извне, ведомые только своей встревоженной совестью". Крауэл, в частности, отмечает, что большинство участников заговора (несмотря на участие в нем таких ветеранов, как генерал Бек и фельдмаршал Вицлебен) были молодыми людьми – самому Штауффенбергу было 36 лет. И большинство из них ранее верили Гитлеру. "Прозрение" наступило только в годы войны. Побуждением к действию для Штауффенберга было не только катастрофическое военно-политическое положение Германии, но и полная переоценка ценностей, произошедшая после того, как ему стало известно о массовом уничтожении евреев и военных преступлениях на Восточном фронте.

В конституции Германии есть особая статья 20-4, гласящая, что всякому, стремящемуся устранить демократический строй, все немцы имеют право оказывать сопротивление, если не могут быть использованы иные средства. Эта статья была включена в Основной закон не сразу после образования ФРГ, а в 1969 году – и, как отмечает комментатор Suddeutsche Zeitung Хериберт Прантл, ее появление во многом стало результатом переосмысления подвига Штауффенберга и его товарищей. Действия заговорщиков 20 июля стали наиболее ярким примером гражданского неповиновения, которым должны руководствоваться все те, кто считает, что государство попирает права людей. Даже если это демократическое государство. "Гражданское сопротивление в условиях демократии называется оппозицией, гражданской смелостью... Оно носит такие имена, как Эдвард Сноуден, Amnesty, Greenpeace или Occupy", – написал Прантл. Конечно, эти примеры нельзя назвать бесспорными, однако важно, что государство и его интересы не воспринимаются в современной Германии как истина в последней инстанции; и в том случае, когда эти "интересы" противоречат праву и свободе, долг гражданина – бороться за свободу и право.

Полковник Штауффенберг и его товарищи воспринимаются как одни из тех, чья жертва лежит в основе именно такого понимания германских ценностей. Именно поэтому на них призывают равняться нынешние лидеры Германии, которые отдали в эти дни дань памяти борцам Сопротивления. Канцлер Ангела Меркель 18 июля открыла в том самом комплексе зданий Бендерблок, где располагался штаб заговорщиков и во дворе которого был расстрелян граф Штауффенберг, расширенную экспозицию музея Сопротивления, а президент Германии Йоахим Гаук на традиционной церемонии присяги новых офицеров 20 июля отметил: "У нас есть выбор между действием и бездеятельностью, между словами и молчанием", назвав поступок офицеров из группы фон Штауффенберга "светом надежды и порядочности". А по словам бывшего президента Германии Рихарда фон Вайцзеккера, некогда сформулировавшего доктрину о том, что победа над нацизмом стала не поражением, а победой Германии, – главным наследием заговорщиков стала идея "готовности делать то, что приказывает совесть – и во время войны, и в мирные времена".

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG