Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Я, слава Богу, не государственный деятель и не дипломат, а потому могу не особенно церемониться в выборе характеристик. Я могу и хочу напомнить, как наша сволочь оправдывала вторжение в Крым и на восток Украины: там соотечественники доведены до отчаяния, их надо избавить от гнета неправедной киевской власти. Избавители…

И теперь живешь сам не свой, и все валится из рук, и ночью нет сна из-за этой одной неприкаянной мысли… Даже не мысли, какая тут мысль – с этой зудящей язвой: как теперь жить? Как не прятать глаза от детей, внуков, близких и случайных прохожих? Тебя силком и обманом причислили к разряду убийц, фарисеев, хамов. Вовлекли в этот их русский мир, самый дух которого гибельно ядовит для всего живого, в том числе русского.

Нет слов, хочется славы и доблести. И чтоб за ценой особенно не стоять. Но чему-то учили в детстве и юности, что-то такое плели о чести и честности. И даже в одной старомодной книжке были слова: если правый твой глаз и рука твоя правая соблазняет тебя... Словом, не такая уж она правая. И дальше предписано, что с ней делать.

Я понимал, конечно, что их реванш, их возврат возможен, почти неизбежен (да и не уходили они никуда), но чтобы вот так – скопом и сразу? Прямо со старта – к последней черте? Как будто у них всевековой сговор: ни одному поколению не дать даже слабой надежды на добротную человечью жизнь… Станичники. Великой Кущёвки (от Питера до Камчатки) нам вечно мало. Крым подавай. Цапки. Наше дело цапнуть, пускай и они все расхлебывают наше. Штурмовики. Какие мы рыцари, ополченцы, сепаратисты? Штурмовики. Орда убийц, вдохновенных и вдохновленных геенной. Герои-лакеи (как сказано у Юлия Кима).

Кухарям приспичило поуправлять государством (нам ведь обещано, мы и поверили). Вот верховный кумир и отдал нам Украину, которая что-то там начала возникать. Только надо немного пострелять-повзрывать ее население, для его же блага. Что тут спорить, негодовать, опровергать? Показывайте покрупнее наши, с позволения сказать, лица, подольше держите в фокусе мутные наши зенки, не глушите наши гнойно-цветистые речи. Мы будем пенять на зеркало. В любительской съемке безвестный мальчик сопровождает падение "Боинга" таковыми словами: "Во, хунтовский самолет подбили!"

Нам сподручно жить и самоопределяться по лагерным вехам

Нас нельзя пускать никуда, ни к кому. Тем более – к детям. Нам себя не жаль, а уж других – чего ради жалеть? Я уловил недавно такие две шутки: "На Вове шапка горит" и "Лес рубят – шапки летят". Я так понимаю, что мы шапками закидаем любой пожар, а уж тем более тот, который устроили сами? Боюсь, у пожара своя стратегия. Нам сподручно жить и самоопределяться по лагерным вехам. Блатной словарь давно уже сделался для России незаменимым. Не обойдусь и я, потому что короче и проще не скажешь: наш т. н. президент – никакой он не президент. Беспредельщик. И все-таки есть надежда, что верховные блатари его призовут, привлекут, принудят к мирному сосуществованию, т. е. следованию хотя бы преступным понятиям.

Если не нам – пусть соседям станет полегче. Наше общество – никакое не общество. Есть для подобной субстанции слово у нас в языке. Или было. Чернь. И не красным надо закрашивать седьмую часть суши – черным. Или смесью красного с черным. Наша казна – общак. Его держателям и пополнителям полагаются "Челси", "Сбербанк", "Газпром" и РЖД. Собственность – она же священна! А святость – это для нас важнейшее из всех искусств. От слов "искус". Многим с бодуна показалось, что новая надежа и скрепа земли нашей – человек с ружьем. Как же! Кровопийца ближе, понятнее и много милей, чем ворюга. Но ничего! Жаль, нас, как всегда, не спросили, мы бы тогда с 85-процентным единодушием поддержали единство российских воров с душегубами, которое крепнет и процветает буквально на наших глазах. А также на наших костях.

Правда, наших костей и жил мало для обустройства и латания благодатной империи. Требуются также окрестные люди и земли, доставшиеся им не по правде. Дзюдоист всегда удумает, как прирастить отчизну. А мы ему – громовое "ура"! При упоминании мутноглазого х..оругвеносца земляки мои дружно впадают в транс. Смею спросить, пока им еще понятна членораздельная речь: если с чужими такое позволительно и похвально, что ожидает вас, нас – внутри, в глубине этого отхожего места? Куда никакой Гааге, никакому "Гринпису", никаким "Международным амнистиям" входа нет и не было? Ничего, мы привычные. Мы не пикнем. Пусть чужие трепещут! Все наше славные Чуркины-Гиркины взахлеб разъяснят слабоверным, что если 300 взятых врасплох невоенных людей (из которых почти 100 – дети) в полном сознании падают с высоты и усеивают поля (которые мы мечтаем назвать своими) – это… это… Крым наш! Поняли? И еще с нами Бог! А за нами – и ХАМАС, Нигерия, шариатский Левант: вся цепная реакция зверства. Потому что можно! Фас!

Когда поведем на суд зачинщиков и вершителей этой войны, особо отметим российское мужество: упитых ВДВ-шников, пассионарных интернационалистов, рассольных славянофилов, чекистов-гэбистов-НКВДистов и спартакчемпионцев, всех православящих и народствующих. Мужчины – вот наше (и ваше!) проклятие; тут не буду про стыд и совесть, но самая обыкновенная жалость большинству незнакома. Женщины все-таки ближе к детям. Только что они могут одни? Или мы?

Есть шанс, что Земля еще поживет какое-то время. И надо ведь как-то устроить хотя бы подобие жизни для наших детей, родителей, женщин. Чтобы они могли просто пожить, а не укрываться от мин и снарядов. Я понимаю, что духовность и святость превыше всего. Когда трупы сыплются с неба. Но сии малые – чем виноваты?

Я надеюсь, в мире остались люди и силы, для которых мерило всего – не прибыль, не страх, не привычка и не уклад. Даже не бескорыстие – антикорыстие призываю на помощь

Мне приходит на память давний "Балтийский путь", когда мы взялись за руки и встали живой стеной от Таллина к Вильнюсу. И они не прошли. Может быть, тем, кому не слишком жалко себя, съехаться на Украину (да и не только), взяться за руки и шаг за шагом вытеснить полканов оттуда, куда их никто не звал. Как сказал их вожак? Пусть попробуют стрелять в безоружных! Я надеюсь, в мире остались люди и силы, для которых мерило всего – не прибыль, не страх, не привычка и не уклад. Даже не бескорыстие – антикорыстие призываю на помощь. Только способные позабыть о своем, о собственной выгоде устоят в этой схватке. И надо нам как-то собраться всей несчастной Россией – женской, земской, плакучей – против холуйской империи. Раз навсегда положить конец этой буйной державности, что век за веком выкашивает нас и все вокруг. Сколько уже поколений не видело белого света?

Вот опять – двадцать пять лет сами знаете кому под хвост. Пусть их кисельные соловьи заливаются на тему "как прекрасен этот наш человек с ружьем". Он и в безоружии – мерзок, этот лютый опричник, поборник всего исконного, бредящий о чужом добре. А уж с ружьем, с БТРом, с "Буком"… Крым зато наш! В головах и сердцах строить будущую Россию… Кто еще, кроме нас, в силах и вправе убить дракона? Если через два года на смену одному выродку придет другой такой же – кому, на кого станем жаловаться?

Заранее благодарен всем, кто откликнется и захочет погадать вместе со мной, как нам быть дальше. А я ни о чем таком больше писать не стану. Но скажу кое-что напоследок. Не вдаваясь в подробности, сообщу: я доведен до отчаяния московской властью. Избавиться от нее – моя главная цель и боль. И еще: великороссам, их коноводам, их песнопевцам, первосвященникам и громилам – я никакой не соотечественник.

Георгий Ефремов – поэт, публицист, переводчик на русский язык литовской поэзии, стихов Редьярда Киплинга, Чеслава Милоша, Боба Дилана. В конце 1980-х годов – член совета Сейма движения "Саюдис", издатель и редактор вильнюсских русскоязычных газет. Преподаватель московского Литературного института

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG