Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Жара. Загорелый мужичок подгребает к мосткам, вынимает из лодки большую щуку и плотвичек с ладонь, садится рядом и с явным облегчением опускает в воду ноги: "Лепота!" Крепко, но не протяжно налегает на "о", как это принято в диалектах Русского Севера. "Лепота", – откликаюсь эхом. Для меня это слово старинное, из книг вычитанное. Для него оно естественное, обиходное. Два года до пенсии, 37 лет топором отмахал, плотник. Уж явно не заглядывал в словарь, где "лепота" снабжено пометой "устарелое". На озеро Шидьеро порыбачить приехал на велосипеде из города Кириллова. Это близко, всего два километра.

Коренных жителей Кириллова и окрестных деревень от приезжих легко отличить по говору. Все звуки – и гласные, и согласные – здесь произносят так, да не так. Из-за этого поначалу речь местных кажется не очень понятной, какой-то невнятной скороговоркой. Порой приходится переспрашивать. Но проходит время, и вдруг начинаешь все понимать. Более того, испытывать острое наслаждение от этой фонетики, от особого интонационного строя, от фраз, в которых слова дробно перемежаются непременной частицей "то".

– Дома-то покупают. Эти-то ломают и новые строят. Земли-то много, много земли-то.

Это не неправильный русский язык и уж точно не примитивный. Малоизученный диалект Кирилловского района Вологодской области сохранил архаичные черты того языка, на котором говорили русские первопоселенцы. Давным-давно они пришли сюда из Новгородской и Ростово-Суздальской земель. Если уж заняться бессмысленным делом поиска настоящего русского языка, то вот он. Литературный по сравнению с ним кажется пресным, что, конечно, неправильно, но кажется. Лингвисты называют кирилловский диалект объектом

Диалект Кирилловского района Вологодской области сохранил архаичные черты того языка, на котором говорили русские первопоселенцы...

культурного наследия. Они же утверждают, что, употребим научный термин, в силу социокультурных причин местный говор активно вытесняется литературным языком. Что сохранился диалект только у стариков в отдаленных деревнях. В идеальном состоянии, наверное, да. Но до полного исчезновения далеко. Чтобы убедиться в этом, достаточно послушать детские разговоры – цепочка не прервана.

Как и повсюду, древние черты лучше всего сохранились в топонимах. Приезжие, а летом их особенно много, места туристические, упорно ставят на первый слог ударение в названиях Горицкий монастырь и село Горицы – Горицкий, Горицы. Это происходит машинально, так подсказывает языковое чутье пришлого человека. Монастырь (а село возникло при нем) построен на возвышенности, но средней величины. Да и окрест вся местность холмистая. Значит, не на горе, а на горке. Если на горке, стало быть, Горицкий. Местные приезжих никогда не

Действующий Горицкий Воскресенский монастырь пребывает в таком состоянии, что впору его название производить от слова "горе"

Действующий Горицкий Воскресенский монастырь пребывает в таком состоянии, что впору его название производить от слова "горе"

поправляют, народ здесь тактичный, но сами говорят Горицкий и Горицы. Потому что для них возвышенность, холм, горка – это горица. Подобно тому, как по церковному ложка – лжица. О влиянии на народный язык монастырской средневековой книжности тоже надо помнить. Кирилловский район – территория знаменитых монастырей. Впрочем, и у более привычных нам слов, оказавшихся в современном литературном языке, есть уменьшительные формы, образованные точно таким же способом. Коса – косица, вода – водица.

Наконец, в Кирилловском районе есть топонимы, которые относятся к совсем уж архаичным пластам лексики, времен лопарей. Самые известные из этих финно-угорских названий – это озеро Шидьеро с одноименной деревней и гора Маура. Это в самом деле гора, не горица. Ее макушку венчает большой валун с вмятинкой, похожей на человеческий след. По местному преданию след оставил преподобный Кирилл Белозерский. Камень замусорен мелкими монетами. Пошлая туристическая традиция докатилась до заповедного места. В остальном глаз и слух ничто не оскорбляет.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG