Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

ОСАГО – новые правила


Марьяна Торочешникова: Расширенный европротокол и упрощенное обращение к страховщику. В России начала действовать новая редакция закона об ОСАГО.

В чем суть законодательных новелл? Что изменится для страхователей и страховщиков?

Надеюсь, на эти вопросы ответят гости. В студии Радио Свобода директор по методологии страхования Российского союза автостраховщиков Евгений Васильев, президент Ассоциации защиты страхователей Николай Тюрников и директор по страховым рейтингам агентства «Эксперт РА» Алексей Янин.

Новые правила ОСАГО — такова тема сегодняшней передачи. Итак, вступила в силу первая часть поправок в закон об Обязательном страховании и автогражданской ответственности. Важнейших изменений два. Во-первых, это увеличение лимита ущерба для оформления мелких аварий по европротоколу до 50 тысяч рублей и введение безальтернативного порядка прямого возмещения убытков. То есть теперь, если в аварии участвуют два автомобиля, получить выплату можно только в своей страховой компании. Между тем, сотрудники рейтингового агентства «Эксперт» заявляют, что в настоящее время ситуация с ОСАГО в России является критической, поскольку среднерыночное значение убыточности этого вида страхования с учетом судебных расходов приблизилось к 100%. что именно изменится для страхователей и страховщиков с началом реформы ОСАГО? Давайте поподробнее начнем с европротоколов, что это такое? Я так понимаю, что многие люди уже слышали это слово и понимали, что можно каким-то образом разойтись на дороге после мелкой аварии, не дожидаясь ни сотрудников полиции, ни предпринимая никаких дополнительных действий, однако не так часто этим пользовались. Во всяком случае, я видела одно из интервью президента российского союза страховщиков.

Николай Тюрников: 108%. В действительности, что такое европротокол, заложено в его названии — евро, некий цивилизованный способ урегулирования убытков. Что это означает для каждого автовладельца, что он может на место ДТП не вызывать сотрудника ГАИ. Когда это происходит? Если у сторон, участников ДТП нет спора относительно того, кто виноват. Если в ДТП участвовало не более двух транспортных средств. Если не причинен вред жизни и здоровью никого из участников. Соответственно, раньше действовал лимит 25 тысяч рублей. То есть проблема очень большая заключалась в том, что 25 тысяч рублей, даже если поцарапан бампер, крыло, то на месте зачастую, если это иномарка, участники не могут определить, уложатся они в европротокол или не уложатся. Если они не укладывались в европротокол, то страховая компания им отказывала в выплате вовсе, потому что они не вызвали сотрудников ГИБДД. Соответственно, это увеличение по европротоколу до 50 тысяч по всей России, безусловно, поднимает эту планку, соответственно, большее количество ДТП могут урегулировать по европротоколу.

Марьяна Торочешникова: Евгений, поясните, пожалуйста, с вашей точки зрения, почему так мало людей пытались им пользоваться и будут ли теперь люди прибегать к такой форме урегулирования споров на дороге?

Евгений Васильев: На самом деле я все-таки уточню: страховая компания не отказывала, а просто срезала выплату до 25 тысяч. Потому что действительно такой лимит был установлен по закону. На самом деле причин, почему это не получило столь широкого распространения, мне кажется, их достаточно много. Конечно, одна из наиболее популярных, которая лежит вроде бы на поверхности и кажется, что сейчас повысив до 50 тысяч рублей, все решится, не знаю, наверное, практика покажет. Почему вызывает сомнения? Потому что тоже не для кого не секрет, эти данные публикуются постоянно, средняя выплата по ОСАГО составляет около 25 тысяч рублей. И это сейчас. До последнего времени она составляла несколько меньше. Наш анализ показывал, что около 80% всех убытков, они как раз меньше 25 тысяч рублей. 80% - это то, что на самом деле относительно без риска люди могли оформлять самостоятельно.

Марьяна Торочешникова: Это те самые мелкие аварии, с которыми встречаешься ежедневно, из-за которых образуются дикие пробки.

Евгений Васильев: Соглашусь как раз с коллегой, ситуация в том, что мы, попав с вами в ДТП, не имея специального образования, мы не сможем с вами определить, какой размер мне будет причитаться. Конечно, будет гораздо проще, комфортнее для любого автовладельца вызвать сотрудников полиции и получить гарантированно полное возмещение по ОСАГО.

Марьяна Торочешникова: Правильно я понимаю, что с увеличением лимита ущерба по европротоколу ситуация особенно не изменится?

Евгений Васильев: Она должна измениться. Убирается, по крайней мере, частично снимается тот психологический барьер, который есть у участников. И конечно, если мы видим, что у нас незначительные повреждения — это небольшие царапины одного, может быть двух элементов транспортного средства, то мы можем с высочайшей долей уверенности полагать, что нам 50 тысяч хватит.

Марьяна Торочешникова: То есть здесь проблема заключается в том, как правильно оформить документы, необходимые для получения возмещения по европротоколу?

Евгений Васильев: Скажем, их нужно оформить, их нужно, безусловно, оформить правильно. Мы будем об этом говорить сегодня. Конечно, гораздо проще, когда выезжает сотрудник полиции, оформляет документы, по которым никто оспорить не может, они используются страховой компании для того, чтобы принимать решения, которые они принимают. Я не могу сказать, что он очень сложный документ, так называемое извещение о ДТП, но он содержит достаточное количество полей, которые действительно должны быть заполнены, заполнены грамотно, квалифицированно с тем, чтобы такой документ считался заполненным правильно, чтобы компания могла его принять.

Марьяна Торочешникова: Заполнять должны оба водителя.

Евгений Васильев: Заполнять должны оба водителя.

Марьяна Торочешникова: Я так понимаю, это должно происходить не на месте?

Евгений Васильев: Это должно происходить на месте.

Марьяна Торочешникова: То есть нужно возить с собой бланки, получается?

Евгений Васильев: Конечно. Вам выдается два бланка такого извещения при заключении каждого договора ОСАГО. То есть, как правило, такая некая распространенная практика, что в бардачке такие лежат, по крайней мере, у тех, кто не забывает туда положить. Действительно, каждая компания дает при заключении договора два экземпляра такиъ извещений.

Марьяна Торочешникова: Которые нужно возить с собой как раз для того, чтобы сэкономить свое время, время другого водителя, в случае, если произошло незначительное ДТП? Я так понимаю, что здесь еще проблема, мне не нравится слово «менталитет», но в принципе в недоверии граждан друг к другу. Именно поэтому, наверное, не пользуются в России европротоколом. Потому что известны случаи, когда водители уже и готовы разъехаться на месте, особенно человек, который не был виновником ДТП заведомо, у него нет времени, он хочет уехать, а другой думает: ну как же, сейчас уедет, проедет несколько метров, сообщит в полицию, что второй участник скрылся с места происшествия, тогда начнутся проблемы.

Евгений Васильев: Я могу вам сказать, такие случаи есть действительно. То есть даже сейчас извещение о ДТП, два участника, говорят — да, все хорошо. Отъезжает, и ему на следующий день разъясняет кто-то что-то, он звонит в полицию и говорит: знаете, действовал в состоянии аффекта, поэтому давайте теперь оспаривать это все. Конечно, свидетелей никто не записал. Ситуация резко усложняется. Получается такая ситуация, что незащищенным звеном является потерпевший. Потому что причинитель вреда понятно, что ничего не теряет, а потерпевшему проще вызвать полицию с тем, чтобы гарантировано не было таких ситуаций. Хотя на самом деле и справки оспариваются у нас в гораздо меньшем количестве случаев.

Марьяна Торочешникова: То есть правильно я понимаю, что это широкий простор для действия так называемых автоподставщиков с этим европротоколом? С одной стороны дело хорошее и полезное, все хотят экономить время, нервы, но этим не пользуются.

Николай Тюрников: Давайте сразу, мы сейчас затронули эту тему. Рекомендация какая автовладельцам для того, чтобы не столкнуться с тем, что потом виновник будет отказываться от своей обязанности, что его страховая компания не обязана будет платить за ДТП. Фактически столкнулись две машины. В этот момент автовладельцы достают эти извещения, заполняют и только когда заполнили и обе стороны подписали, только с того момента они съезжают с места ДТП. Чтобы не получилось так, что виновник говорит: давайте европротокол, не спорю, я виноват. Отъехали, и он тут же говорит: нет, я не виноват. Вариантов здесь нет других, чтобы потом не попасть в ситуацию, когда он будет отнекиваться от тех же слов, которые он сказал 15 минут назад. Поэтому это займет 5 минут, ожидание ГАИ, мы знаем, занимает значительно больше времени. Поэтому в данном случае рекомендация именно такая.

Марьяна Торочешникова: Правильно я понимаю, сейчас, вы говорите, средняя выплата по ОСАГО — это 25 тысяч рублей? С вашей точки зрения, когда вы проводили рейтинговые исследования рынка ОСАГО в России, с увеличением лимита по европротоколу, вырастет ли финансовое бремя, возложенное на страховые компании? Или все, что касается европротокола, еще не несет таких серьезных рисков для страховщиков, как другие выплаты, которые вступят в силу в октябре?

Алексей Янин: Все остальные изменения, которые произойдут в ОСАГО, они, безусловно, гораздо большим бременем финансовым лягут на страховые компании, но недооценивать еувропротокол тоже не стоит. Здесь не столько увеличится обращаемость к страховым компаниям, сколько есть опасения, что здесь есть простор для неких мошенников, имеется в виду не автопоставщиков, а тех, кто хочет получить какую-то незаконную выплату страховой компании.

Марьяна Торочешникова: Два водителя договорились. То есть вы презумпцию виновности вводите водителя?

Алексей Янин: Ни в коем случае. Действительно, по статистике подобное урегулирование всем удобнее, но понятно, что если отсутствует третья сторона, тем более представитель государства, правоохранительных органов при оформлении, всегда возрастает риск определенных мошеннических действий. То есть вырастет все-таки процент выплат, всегда часть выплат в любом автостраховании, причем довольно значительная, измеряется процентами, это не сотые доли, получается в результате либо сознательных, либо малосознательных мошеннических действий со стороны страхователей. Соответственно, не хочется объяснять, как это делать, чтобы не было соблазнов, понятно. Воспользоваться механизмом ОСАГО для бесплатного ремонта царапин, которые возникли не из-за аварии, этот соблазн возрастает. Но какого-то принципиально невероятного роста убыточности для страховой компании не будет, речь идет о небольшом изменении.

Марьяна Торочешникова: То есть все, о чем вы говорите, я имею в виду ваше рейтинговое агентство, которое заявляет о коллапсе на рынке страхования, обязательной автогражданской ответственности — это все касается других моментов. Давайте мы в том числе о других моментах поговорим. Второе, не менее важное изменение, которое уже случилось, насколько я понимаю, касается того, что называется страшной аббревиатурой ПВУ — это не паспортно-визовое управление, эта формулировка знакома больше, речь идет о прямой выплате ущерба, я так понимаю, прямой безальтернативной выплате ущерба. Поясните, пожалуйста, Евгений, что это такое?

Евгений Васильев: Прямое возмещение убытков — это право потерпевшего, а теперь со 2 августа это обязанность его, в определенных законом случаях — в ДТП участвовало два транспортных средства и нет вреда жизни и здоровью, обратиться для получения страхового возмещения в свою страховую компанию, то есть ту компанию, с которой заключен договор ОСАГО. В чем суть и зачем это сделано? Надо понимать прекрасно, что договор ОСАГО — это страхование своей гражданской ответственности. То есть каждый из нас, автовладелец, покупая этот полис, до последнего времени он никогда не получил бы выплату по этому полису. Это выплата как раз на тот случай, если он нанесет ущерб третьему лицу. Соответственно, не было никакого стимула качественно подходить к выбору страховой компании, все равно, где застраховаться, все равно получать выплату будет потерпевший. Соответственно в целях повышения качества услуг, а поскольку ОСАГО — это обязательный вид страхования, по которому установлены обязательные единые тарифы для всей страны, конкурировать было достаточно сложно. Плюс, когда потерпевший приходил в чужую страховую компанию, компания была не сильно заинтересована в том, чтобы оказывать услугу, в данном случае услугу по выплате страхового возмещения на качественном уровне. Поэтому, используя мировой опыт многих европейских стран, было введено пять лет назад прямое возмещение убытков. Соответственно, теперь потерпевший будет получать такое возмещение в той компании, с которой заключен договор страхования. Сразу возникает повышенная ответственность за выбор такой компании. Я теперь должен не а бы где застраховаться, потому что я не воспользуюсь этим полисом, а должен выбрать ту страховую компанию, которая более качественно будет осуществлять выплаты в случае, если я окажусь потерпевшим.

Марьяна Торочешникова: Не обанкротиться послезавтра, учитывая все эти страшные истории.

Евгений Васильев: Такие негативные вещи, чтобы на меня тоже не повлияли. Соответственно, у нас есть статистика прямого возмещения убытков, хоть и не в безальтернативном виде, уже 5 лет, до последнего времени цифра, которая обращалась через ПВУ не то, чтобы значительна, но побольше, чем европротокол, 25-30% всех убытков шло по ПВУ. Кроме всего прочего необходимо осуществлять рассмотрение всех жалоб, которые приходят на страховые компании. Мы проводили статистику, причем мы ведем ее в течение многих лет год от года. Статистика показывает, что на ПВУ жалоб сперва было в два раза меньше, сейчас из стало в три раза меньше, чем на традиционное урегулирование убытков. То есть все-таки, наверное, можно утверждать, что компания, когда она урегулирует убыток своего клиента, особенно если у этого клиента кроме ОСАГО есть другие виды страхования, она заинтересована в том, чтобы сделать это более качественно.

Марьяна Торочешникова: И чтобы человек приходил, страховался именно в этой компании.

Евгений Васильев: Конечно. Поэтому надеемся, что эффект это возымеет. С одной стороны страховые компании повысят качество услуг для своих клиентов именно в этом обязательном страховании, не только добровольном, с другой стороны страхователи будут более тщательно выбирать компании, смотреть, кто лучше, кто хуже, соответственно, осознанный выбор позволит им впоследствии уже не так переживать.

Марьяна Торочешникова: Николай, с вашей точки зрения, сможет ли серьезно изменить ситуацию с получением страховых возмещений людьми эта история с прямым урегулированием?

Николай Тюрников: Я немножко другую часть этой истории расскажу и во многом соглашусь. То есть фактически, что мы сейчас видим на рынке ОСАГО — это рынок, на котором существуют тотальные недоплаты потерпевшим. Причем тотальные недоплаты означает то, что каждый клиент, который обратился к нам, проведя действительно независимую экспертизу, каждая такая экспертиза показала, что ему недоплатили. В одном случае недоплатили 10%, но таких случаев почти нет, обычно колеблется от 30% до 70-80%, иногда не доплачивают 90%. То есть получается, клиент получает одну десятую часть от того, что ему страховая компания должна была заплатить.

Марьяна Торочешникова: Чем это вызвано?

Николай Тюрников: Это вызвано желанием сэкономить деньги. То есть сейчас ОСАГО построено таким образом, что у страховых компаний есть экономический мотив, заинтересованность недоплачивать своим клиентам. Потому что все, что они недоплатили своим клиентам, они положили себе в карман.

Марьяна Торочешникова: Может быть еще каким-то образом сохранили свою компанию от рисков, если возвращаться как раз к этому исследованию агентства?

Николай Тюрников: То, что показывает ПВУ, наши наблюдения тоже показывают, что по своим клиентам страховые компании платили лучше. То есть все равно есть недоплата, здесь не нужно обелять этот рынок, сейчас действительно большая проблема. Когда говорят, что там проблема в том, что недостаточно премий, там основная проблема, что очень низкие выплаты, всем недоплачивают. Автовладелец уходит, получив выплату, он не может на эти деньги не то, что отремонтировать свою машину, он вообще не понимает, что с этой смехотворной суммой ему делать. На половину запчастей не хватит, не то, что на ремонт. ПВУ платили лучше, потому что речь идет о своем клиенте. Если сейчас говорить о введении безальтернативного ПВУ, то есть в действительности мы знаем и мы защищаем всегда потерпевших страхователей. Отсутствие выбора — это всегда вроде бы как плохо. Потому что раньше потерпевший посмотрел две страховые компании, в любую может обратиться. Но самое главное, что это несло полную безответственность на момент заключения договора страхования. Потому что мне без разницы, говорил автовладелец, все равно меня это не коснется. А сейчас это его коснется. Поэтому, я думаю, что это принесет рынку действительно, несмотря на то, что отсутствие выбора у автовладельца в момент, когда произошло ДТП, это принесет рынку правильное очищение, и страховые компании смогут пересмотреть свои процессы и лучше урегулировать убытки своих клиентов.

Марьяна Торочешникова: Вы сказали, что это принесет рынку, а что это принесет конкретным людям, которые заключают договор ОСАГО?

Николай Тюрников: Я в чудеса не верю. Я думаю, что в той структуре, которая построена, се равно 100% автовладельцев будут получать недоплаты. Вопрос только в том, когда в чужой страховой компании они получали недоплаты в 95%, то есть, представляете, из 50 тысяч они получали 2 тысячи рублей, страховая компания себя вполне комфортно чувствовала.

Марьяна Торочешникова: Дальше либо судишься, либо смиряешься.

Николай Тюрников: Дальше суд. У нас в год рассматривается к страховым компаниям 380 тысяч исков — это больше, чем к любого другого типа компаниям.

Марьяна Торочешникова: Эти иски связаны не только с автострахованием?

Николай Тюрников: Процентов 95 этих исков связано с автострахованием, с ОСАГО. Естественно, мы понимаем, что охват ОСАГО — это 40 миллионов автовладельцев в нашей стране, которые обязаны ежегодно отдавать свои деньги за эту страховку. Поэтому основную часть можно смело относить на споры именно по ОСАГО. Поэтому, я думаю, что ПВУ эту ситуацию улучшит.

Марьяна Торочешникова: Соответственно, несколько разгрузят суды, я так понимаю?

Николай Тюрников: Если все равно человек получит недоплату не в 90%, а в 30%, он все равно пойдет в суд просто за меньшими деньгами.

Марьяна Торочешникова: Кстати, привели статистику судебную, сколько из этих дел, какой процент выигрывает в конечном счете?

Николай Тюрников: 98% выигрывают. В 98% случаев он доказывает, что страховая компания была неправа, что она ему недоплатила.

Марьяна Торочешникова: Что происходит, действительно ли тотальные повсеместные недоплаты по страховым выплатам по ОСАГО?

Евгений Васильев: На самом деле ситуацию нельзя так однобоко рассматривать. Да, действительно, глупо отрицать, тем более статистика по судам это доказывает, есть компании, которые что-то где-то недоплачивают.

Марьяна Торочешникова: В конце конов страхование — это тоже бизнес.

Евгений Васильев: Но, к сожалению, здесь хочется говорить много вещей, которые не совсем относятся в данном случае к страхованию. Да, в России появился бизнес, который связан именно с тем, чтобы оказывать юридические услуги на страховом рынке. Мы знаем до регионов, что есть регионы, где 95% всех выплат осуществляется по решению суда. Знаете, как это осуществляется? Потерпевший звонит в полицию, к нему раньше, чем приезжает полиция, приезжает юрист, который сразу говорит: зачем ты будешь ждать у страховой компании чего-то там, мы тебе здесь и сейчас заплатим такую-то сумму денег, ты нам подпишешь все бумаги, а дальше они идут в суд на страховую компанию. К чему это привело, на самом деле все знают, что есть регионы, где заключить договор ОСАГО проблематично, потому что рынок начал регулировать своей невидимой рукой эту ситуацию. Опять-таки, к чему это привело, если глобально и математически на это смотреть. Потерпевший получил такую же выплату, зачастую даже меньше, чем получил бы ее у страховой компании. Сколько бы заплатила в этой ситуации страховая компания? Страховая компания заплатила в 3-4 раза, я слышал до 10 раз, больше на самом деле. Как эта выплата получается, давайте цифры реальные смотреть. Предположим, полагается человеку 25 тысяч рублей средняя выплата, может быть ему даже ее и платят. Но в связи с тем, что в ОСАГО не существовало единой методики оценки ущерба, во многих развитых странах она давно есть, Минтранс за все эти годы ее так и не разработал, хотя был обязан. Получается, что оценщики, не нарушая особо сильно законодательство, рисуют экспертизу не на 25, а на 75 тысяч рублей.

Марьяна Торочешникова: Давайте не будем обижать оценщиков, не рисуют, а составляют, проводят экспертизу.

Евгений Васильев: Проводят экспертизу, получается ущерб уже 75 тысяч рублей. Дальше предусмотрены штрафы по закону о защите прав потребителей, которые тоже зачастую составляют до 50% от этой суммы, плюс сам автоюрист себе выписывает гонорар в размере от 20 до 50 тысяч рублей. Итого из 25 тысяч рублей настоящей честной выплаты убыток стал 150 тысяч рублей.

Марьяна Торочешникова: Может быть эта ситуация как раз должна была привести к тому, чтобы стимулировать с одной стороны страховщиков изначально правильно начислять выплаты.

Алексей Янин: У них нет такой возможности, потому что сразу обращаются в суд, минуя страховую компанию. Страховая компания узнает во многих случаях о том, что произошло из вызова в суд, а в некоторых самых вопиющих случаях они узнают об этом после списания средств по исполнительному листу со счета, потому что их даже не вызывают в суд.

Марьяна Торочешникова: С другой стороны здесь можно понять и граждан, и тех юристов, которые этим промышляют, потому что здесь тогда в суде будет слово против слова, бумага против бумаги, ваши экспертные заключения, наши экспертные заключения. И дальше все зависит от суда, который выносит решения, основываясь на законе и на принципах законности и справедливости.

Евгений Васильев: Страховая компания заведомо более сильный игрок, юридическое лицо с штатом юристов, а здесь бедный потерпевший. Может быть судьи в чем-то правильно себя так ведут. Здесь вопрос совершенно в другом. В последние два года стал происходить лавинообразный рост выплат, причем выплат, я не просто так приводил пример в деньгах, в деньгах сама выплата должна была быть нормальной и разумной, а появляются дополнительные издержки, которые не были изначально заложены. И в итоге к чему сейчас это все привело? РСА собирает статистику со всего рынка, мы знаем, сколько всего рынок сейчас страховых компаний платит по судебным делам. Уже цифры доходят до 25 миллиардов рублей. К чему это в итоге приведет? Это приведет к тому, что я как автовладелец, который ни разу не был в ДТП, мне повысят тариф, причем экономически обоснованно его повысят. Потому что их гонорары сидят в моем тарифе.

Марьяна Торочешникова: Во-первых, давайте не переходить на личности, о гонорарах если говорить. Во-вторых, в любом случае тарифы, я так понимаю, будут увеличены с неизбежностью уже осенью этого года.

Николай Тюрников: Я хочу сказать, что страховщики немного отстают, потому что им некие практики кажутся странными те, которые существуют давно во всем мире. В Соединенных Штатах совершенно очевидно, никто не идет ни судиться, зачастую взаимодействовать со страховой компанией не идет, не имея профессионального представителя. Вы все правильно сказали: у страховых компаний есть штат профессионалов. Почему я, автолюбитель, должен идти с этим штатом бороться, чтобы меня посылали принести еще одну справку, еще одну бумажку, еще один документ. То есть создана порочная система. Автовладельцы, давайте объективно посмотрим, какой уровень доверия к страхованию — не очень высокий. Поэтому естественно автоюристы, которые приезжают на место ДТП, говорят: тебе все равно страховая компания не заплатит. Он говорит: да, верю, потому что у меня есть 10 друзей, которые мне рассказывали на кухне, что действительно не платят. Поэтому он говорит: давай я у тебя выкуплю этот долг. Давай, выкупи. Сейчас деньги получишь наличные на месте ДТП и забудешь об этом ДТП. Во-первых, существует рынок, он широко развит в разных странах мира, в Соединенных Штатах ярко выражен. Потом не забывайте, что у нас если говорить о количестве юристов, людей с юридическим дипломом в Российской Федерации почти миллион, в Соединенных Штатах 700 тысяч. Если посмотреть на население Российской Федерации и Соединенных Штатов, то у нас получается раза в три — три с половиной больше.

Марьяна Торочешникова: Наличие диплома еще не говорит о квалификации.

Николай Тюрников: Я к тому, что российские граждане должны быть намного более юридически подготовленными к спору с любым оппонентом. То, что касается распределения денег, не раз слышал я от страховых компаний, что дескать сам потерпевший ничего не получает из этого, все это некие юридические фирмы забирают себе вознаграждения. Могу сказать лично по очень большому количеству клиентов, которых я видел, основную часть этих денег получили они. Здесь не надо огульно обвинять всех автоюристов, наверное, есть разные.

Марьяна Торочешникова: Здесь глупо даже обвинять автоюристов, потому что речь идет о законах рынка, кто оказался шустрее, кто сумел доказать свою позицию законно и обоснованно в суде, тому и больше повезло.

Николай Тюрников: Все-таки, как бы ни было заявлено это дело в суд, с юристами или без юристов, по всем этим спорам 98% суд принял позицию юриста и потерпевшего. То есть означает, что страховые компании сего в 2% споров смогли доказать, что они были правы.

Марьяна Торочешникова: Вы знаете, меня в это ситуации гораздо больше насторожило то, о чем сказал Евгений Васильев, что существуют такие регионы, в которых из-за так хорошо и слаженно поставленного бизнеса автоюристов страховые компании отказываются заключать договоры обязательной автогражданской ответственности. Насколько я понимаю, сейчас новеллы законодательные, которые потихонечку вступают, они предусматривают довольно крупный штраф за отказ по ОСАГО. Тем не менее, с вашей точки зрения, вот эта ситуация, которая складывается сейчас на российском рынке ОСАГО, история, связанная с прямой выплатой ущерба, как-то усугубит положение российских страховщиков, им этот бизнес станет совсем неинтересен и обременителен в случае, если тарифы не будут серьезно пересмотрены?

Алексей Янин: Сейчас в последние пару лет все, что происходит, все больше и больше усугубляет положение российских страховщиков. Соответственно, по нашим расчетам, оценкам, они, конечно, приблизительные, не точные, но получается, что тарифы нужно увеличиваться процентов на 45 минимум.

Марьяна Торочешникова: Позвольте понять, что происходит. Я так понимаю, что, во-первых, речь идет об инфляции, соответственно, возрастает стоимость запчастей автомобиля, которые подлежат замене.

Алексей Янин: Базовый тариф не менялся больше 10 лет, за эти 10 лет цены на все, что угодно, выросли в десять раз. Соответственно, растут цены на комплектующие, на ремонт и так далее, то есть растет сама по себе выплата, которая должна быть осуществлена. Затем включили закон о защите прав потребителей на полную мощность, то есть теперь идут все время штрафы.

Марьяна Торочешникова: Это хорошо. Меня как потребителя вполне устраивает, думаю, и вас тоже. Окажись, не дай бог, в ситуации какой-то, можно права покачать.

Алексей Янин: Я не говорю про хорошо или плохо, я объясняю, почему ухудшается положение страховых компаний. Затем резко ужесточилась позиция судов, судебной системы, 98% дел однозначно свидетельствуют о том, что 98% не в пользу страховых компаний. Раньше статистика была другой. Такая статистика неправильная, ненормальная, не должно быть при споре двух субъектов, что 98% в пользу одного, здесь какой-то судебный сбой. Следующий момент и самый главный момент — увеличивается с 1 октября лимит выплат по ущербу автомобилю.

Марьяна Торочешникова: Это очень важная информация, я бы хотела, чтобы вы озвучили эти цифры. Речь идет о повышении выплат до 400 тысяч за железо. И со следующего года до полумиллиона за здоровье.

Алексей Янин: Совершенно верно. 500 тысяч рублей — максимальная выплата за ущерб жизни и здоровью. То есть это очень значительное увеличение. Причем по ущербу жизни и здоровью можно обращаться очень долго, срок давности практически не ограничен. То есть будет нарастать шлейф обращений, когда люди будут осознавать, что можно получить крупную сумму. Сейчас большинство людей даже не знают, что они могут получить деньги за ущерб жизни и здоровью. Они думают, что выплачивается только за автомобиль.

Марьяна Торочешникова: Насколько я понимаю, там другая своя проблема возникает, когда сначала страховая компания выплачивает какие-то ущербы, а потом страховая компания пытается в порядке регресса с него эти деньги вернуть, было несколько скандалов по этому поводу. Союз пешеходов России по этому поводу звонил в колокола, приходил ко мне их председатель, говорил о том, какие страховщики кровожадные, пытаются с людей, попавших в аварию, еще какие-то деньги взять.

Алексей Янин: Если пешеход оказался виновником, у пешехода нет полиса ОСАГО, поэтому выплаты по ОСАГО здесь вообще не причем. Все это вместе взятое приводит к тому, что сейчас масса страховых компаний уходят с этого рынка.

Марьяна Торочешникова: А сколько сейчас на рынке?

Евгений Васильев: Чуть меньше ста компаний.

Марьяна Торочешникова: Которые занимаются ОСАГО. В случае, если ничего серьезно не изменится, сколько их может остаться?

Алексей Янин: В радикальном случае просто не останется вообще, такое тоже возможно. Оптимистичный прогноз — уход около 40 компаний в течение ближайшего года. Уже сейчас уходя крупные компании.

Марьяна Торочешникова: Я правильно понимаю, что с вашей точки зрения, для того, чтобы ситуация изменилась, чтобы не было кризиса и коллапса, то должны быть тарифы минимум увеличены на 45 процентов, а в идеале процентов на 60-70?

Алексей Янин: 60 процентов делают рынок привлекательным и выгодным.

Марьяна Торочешникова: Николай, с вашей точки зрения, люди, потребители, страхователи, они себе смогут позволить это бремя? Потому что это же все-таки речь идет об обязательном страховании и гражданской автоответственности. Если предположить, что есть люди, которых на сленге называют «подснежники», надеюсь, они не обидятся, я имею в виду каких-то пенсионеров, которые мало участвуют в дорожном движении, ездят исключительно пока дачный сезон. Понятно, что с увеличением тарифов возрастет и бремя, возложенное на автовладельцев, многие пенсионеры просто окажутся в ситуации, когда ты либо сидишь дома и забываешь о своей даче, либо кредиты берешь под страхование.

Николай Тюрников: Во-первых, те граждане, которые используют не полный год транспортное средство, они имеют понижающий коэффициент, они не платят полную премию. Законом это предусмотрено. Что касается прибыльности, неприбыльности этого рынка, понятно, что эксперты делали подсчеты, расчеты, наверное, не по заказу автовладельцев. Кто был заказчиком этого исследования?

Алексей Янин: У нас в агентстве разделены вопросы договорные, вопросы аналитические.

Николай Тюрников: То, что мы видим со стороны автовладельцев, рынок ОСАГО приносит страховым компаниям в год 135 миллиардов рублей. За год они заплатили 78 миллиардов в последний год, каждый год действия ОСАГО платили всего лишь половину от того, что они собирали. Например, в 2012 году собрали 120 миллиардов, заплатили 60 миллиардов. Хотя по закону черным по белому написано, что 80 процентов от того, что страховая компания собирает, должно направляться 77 процентов на выплаты потерпевшим, то есть автовладельцам, 3 процента уходят в компенсационный фонд РСА, из которого платят за компании-банкроты. 20 процентов они оставляют себе, тратят на агентов, на свой штат, аренду офисов, все остальное. Это, во-первых, нормально, разумно, во-вторых, это большая часть премии. То есть во всем мире страховые компании зарабатывают не на разнице между сборами и выплатами. Это как банк: ты принес деньги в депозит и пока деньги находятся в депозите, страховая компания работает на твои деньги, то есть деньги работают, зарабатывают новые деньги. Так же работают в цивилизованном мире стразовые компании. То есть там разница между сборами и выплатами микроскопическая, вплоть до того, что ее по многим видам просто нет. 100 процентов собрали, 100 процентов выплатили. Но выплатили не сегодня, не завтра, а выплатили через полгода, через год. То есть каждая конкретная сумма работала в течение этого времени на страховую компанию.

Марьяна Торочешникова: Вы же понимаете, что в России с ее стабильностью так совершенно невозможно, давным-давно все страховые компании разорились бы и никаких страховых выплат не платили. Вернемся к тарифам. Как вы считаете, нужно ли повышать эти тарифы и на кого ляжет в этом случае основная нагрузка?

Николай Тюрников: Та статистика, которая есть, она говорит о том, что тарифы нужно не повышать, а их нужно снижать. Потому что страховые компании, оказывается, забирают больше денег, чем обязаны по закону, часть прибыли, а в год это около 30 миллиардов рублей.

Марьяна Торочешникова: То, о чем только что говорил Алексей Янин, я задала этот вопрос, совершенно очевидно, что происходила инфляция, совершенно очевидно, что за 10 лет цены изменились, не только на автомобили и ремонт автомобилей, но и вообще.

Николай Тюрников: Сами страховые компании и РСА говорят, что инфляция составила 200 процентов на автозапчасти и на ремонт. Официальная инфляция за эти 10 лет меньше, около 70-80 процентов. Хорошо, берем рост инфляции 200 процентов. То есть это означает, что среднюю выплату должны были платить, но не платят, должны платить больше с учетом инфляции. Фактически выплата, которая была в 2005 году 22 тысячи рублей, она почему-то превратилась в 25 тысяч рублей. Согласитесь, это же не 200 процентов роста. Поэтому в этом и есть проблема. Тотальные недоплаты произошли именно от того. Сейчас средняя выплата на рынке ОСАГО должна была быть 50 тысяч рублей именно с учетом инфляции. И тогда бы большинство автовладельцев не хотели в суд, не судились, потому что это средний размер ущерба в этом ДТП.

Марьяна Торочешникова: Я понимаю, что вы здесь все заинтересованные люди, кроме, наверное, Алексея Янина. Вы представляете интересы вашего объединения, тем не менее, скажите, как вы считаете, нужно ли действительно повышать тарифы, сможет ли вырасти после этого повышения тарифов отрасль? Может быть что-то сможете возразить на доводы Николая о том, что страховые компании какие-то получают если не сверхприбыли, то чрезвычайные прибыли как раз от автострахования? Давайте в порядке повышения тарифов, потому что в любом случае, мы знаем, это произойдет в октябре.

Евгений Васильев: По тарифам на самом деле наша позиция достаточно простая: мы собрали со всего рынка, со всех ста компаний статистику за последние 3-4 года, причем в форме первичных данных, то есть по сути по каждому договору и по каждому убытку. Отдали это в актуальный центр, центр рассчитал нам, сказал: да, повышать тарифы надо. И сказал тот размер, на который надо повышать. Понятно, что будет сразу аргумент на тему того, что мы сделали заказ, который был и по нашему заказу рассчитали. Поэтому Центробанк нанял самостоятельно западную организацию английскую, которая проверяла этот расчет. Чуть-чуть скорректировали, но тем не менее, тоже есть утверждение, что в принципе статистика вся абсолютно верная, ей можно доверять на 100 процентов - это раз, то, что нас больше всего интересовало. И второе, что действительно тарифы повышать надо. Скорректировали, у нас было требование, нас расчет показывал, что нужно порядка 30 процентов, снизили до 25 процентов. Это, наверное, ответ на первый вопрос — надо или не надо. Люди, которые профессионально занимаются актуальными исследованиями, говорят — надо. И отсюда мы сразу возвращаемся к теме, что получается часто, к сожалению, в средствах массовой информации используют сравнение, сколько рынок собрал в этом году и сколько выплатил в этом году.

Марьяна Торочешникова: Это естественно. Все журналисты, во-первых, любят читать чужие деньги, во-вторых, они такие же потребители.

Евгений Васильев: Это проще всего. Но дальше есть куча профессиональных проблем, в которые нужно либо вникать, либо нельзя делать выводы на основе этой статистики. Потому что, к сожалению, она приводит к неверным результатам. Да, Николай правильно сказал: собрали столько-то, выплатили столько-то. Потом сам же говорит, что выплаты осуществляются через полгода. Это говорит о том, что сравнивать по-хорошему, по-честному надо — собрали в прошлом году, а выплатили в этом году. Потому что из того, что собирали в прошлом году, выплачивается в этом году. Это немножко утрированно, но тем не менее, это не учитывается. Дальше у нас в статистику совершенно не попадают такие вещи, как возвраты страховых премий. Вы знаете, они выплачиваются миллиардами. Когда машина продается, договор расторгается и деньги возвращаются. Кого-то выписали, улучшили договоры ОСАГО, тоже деньги возвращаются. Я не говорю о том, что это тоже исчисляется все миллиардами. Дальше тоже абсолютно правильно: в каждый момент времени у компании должны быть так называемые страховые резервы, которыми они должны осуществлять выплаты по сейчас заключенным договорам страхования в будущем. Эти деньги находятся, у компании лежат, надеемся, что они их инвестируют и получают какой-то дополнительный доход. Поэтому здесь, к сожалению, сравнивать сравнивают, но выводы делают неправильные. Когда люди, профессионально занимающиеся этим, делают такие же расчеты, используя непосредственно статистику, они делают совершенно другие выводы. В этом получается неудобство. Есть цифры, которые легко и просто объяснить населению, и есть вещи, которые на самом деле практически невозможно объяснить.

Марьяна Торочешникова: Тем не менее, вы сейчас говорите, что Центробанк согласился с необходимостью повышения тарифов по ОСАГО на 25 процентов.

Евгений Васильев: Я не знаю, на какую цифру окончательно, я вам говорил только про исследования.

Марьяна Торочешникова: Рейтинговое агентство «Эксперт» провело исследование, причем я видела, довольно подробное, толковое, с графиками. Вы говорите о том, что 25 — это минимум, который не спасет ситуацию, все равно этот рынок обвалится.

Алексей Янин: 25 — это то, что нужно было делать год назад, может быть и раньше. 40 процентов - это то, что позволит рынку более-менее работать дальше.

Марьяна Торочешникова: Правильно я понимаю, что даже в октябре, когда повысятся тарифы на ОСАГО, все равно ситуация на российском рынке страхования и автогражданской ответственности будет критической, фирмы все равно будут банкротиться, страдать будут в конечном счете сами же страхователи?

Алексей Янин: Не сколько банкротиться, сколько, мы так надеемся, цивилизованно уходить с рынка.

Марьяна Торочешникова: Банкротство все-таки тоже цивилизованный уход с рынка, чем просто исчезнуть.

Алексей Янин: Не очень цивилизованный в российских условиях.

Марьяна Торочешникова: В российских условиях известны случаи, когда просто скрываются куда-то.

Алексей Янин: Таких большинство было. Все-таки несколько компаний ушли цивилизованно, но из число единицами измеряется.

Марьяна Торочешникова: Соответственно возрастет, если сбудется ваш неблагоприятный прогноз, возрастет нагрузка на Российский союз автостраховщиков?

Николай Тюрников: Естественно, фонд исчерпается на компенсационные выплаты.

Марьяна Торочешникова: В конечном счете пострадают страхователи, которые не получат своих денег.

Николай Тюрников: Если вы поговорите со страхователями, просто спросите у них, какое их отношение к ОСАГО, очень большая доля страхователей, автовладельцев скажет, что ОСАГО — это еще один транспортный налог. От того, что уйдут страховые компании с этого рынка, нам ни тепло, ни холодно не будет. Большинство скажет, что все равно все убытки перед потерпевшим я закрываю сам своими деньгами. А то, о чем мы говорили, по поводу 25 процентов, 40, 50, 70 - это все очень хорошей пословицей описывается: аппетит растет во время еды. Нас будут просить ежедневно платить больше, больше, больше. При этом пока мы не поставим заслон, он уже есть в законе, там написано, что 70% не должно оказаться у страховых компаний, никакого другого подтекста, ничего там мелким шрифтом не написано, 80 процентов должны получить потерпевшие. Этого не происходит. И нам говорят: давайте еще повысим тарифы. Повысить тарифы, чтобы платить не 50 процентов а 30 процентов от того, что собираете? Тогда мы никогда не получим цивилизованный рынок, по-прежнему страховые компании не будут зарабатывать на инвестировании наших денег. Они будут просто пытаться найти, проллобировать для себя максимальную разницу между сборами и выплатами.

Марьяна Торочешникова: Это ваше мнение. С другой стороны, это нормальная ситуация, где есть две стороны — с одной стороны потребители, с другой стороны бизнесмены. Конечно, каждый хочет получить большую выгоду с наименьшими потерями для себя.

Хочу еще одну автоновость сообщить, она правда, не имеет отношения к ОСАГО, но представляется мне довольной интересной для автовладельцев. С сегодняшнего дня, 4 августа за кражу автономеров вводится уголовная ответственность: штраф до 200 тысяч рублей, либо обязательные работы до 360 часов, либо до года исправительных работ или лишения свободы на этот же срок. Я думаю, это очень важно знать автовладельцам, потому что в последние несколько лет набирала обороты история с вомогательством денег за свинченные автономера. Имейте в виду, что теперь законом вы защищены дополнтельно. Конечно, к страхованию это не имеет отношения, но имеет отношение к автовладельцам.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG