Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Под Нижним Тагилом открывается подростковый палаточный лагерь «Город друзей»


Программу ведет Евгения Назарец. В программе принимает участие Валерий Басай, лидер добровольческого движения «Дорогами добра».



Евгения Назарец: Этим летом в лагерях Екатеринбурга отдохнут более 61 тысячи детей - это 64 процента от общего количества школьников. Для них летом работают 29 загородных и 328 городских лагерей. Об уральских тенденциях в сфере детского отдыха рассказывает екатеринбургский корреспондент Радио Свобода Ирина Мурашова.



Ирина Мурашова: К концу 90-х годов детских лагерей в Екатеринбурге стало меньше. Муниципалитет старался не снижать количество, но ведомствам они стали невыгодны. Уже несколько лет число лагерей постепенно снова растет, хотя в основном за счет тех, которые работают при школах и клубах. Общая черта городских и загородных лагерей – стремление к профильности.


На вершине моды детского отдыха сейчас специализация. Краеведческие, поисковые, спортивные, трудовые, художественные, патриотические, туристические, сказочные, казачьи, православные – разных лагерей хватает. Председатель Комитета по делам молодежи Чкаловского района Наталья Коморникова считает, что главное преимущество такого лагеря – его доступность для всех.



Наталья Коморникова: Путевки в оздоровительные лагеря обычного стационарного типа оплачиваются только детям в возрасте до 15 лет. То есть вот такая категория - 16-17 лет, ну и 15-18 лет, то есть подростковая и молодежная, она сегодня оказывается за бортом оздоровления.



Ирина Мурашова: Еще одно преимущество такого лагеря – мобильность. Его не так сложно открывать, принимать и согласовывать. Эта возможность мобильности радует р уководителя детского туристского клуба «Радиан» Леонида Басова. Ребят интересует новизна, поэтому каждый раз программа меняется, на месте не сидят. Вот расписание только одной смены.



Леонид Басов: Первая неделя – работа в Уктусском лесопарке и тренировки. Затем мы поехали на городской День туриста на Ревун, там же, на Ревуне, остались на областной фестиваль детских туристских клубов. Фестиваль закончился, переехали обратно в город, отдохнули, дома побывали. Снова сели в поезд, поехали на следующее мероприятие.



Ирина Мурашова: В национальном экологическом парке «Оленьи ручьи» тоже работает молодежный экологический лагерь. На берегу самой чистой в Свердловской области реки Серьга ребята работают, учатся и отдыхают. 80 процентов детей в каждой смене – те, кто уже были здесь в прошлые годы. О секретах популярности рассказывает председатель Комитета по делам молодежи администрации Верх-Исетского района Екатеринбурга Елена Хрусталькова.



Елена Хрусталькова: Это и песни у костра, конкурсы и фестивали, которые можно провести в рамках вот одного небольшого лагеря - там всего 35 человек, которые в одну смену находятся. Те же самые традиции, которые остались еще от пионерских лагерей, - это открытия, это заключительные костры, это удивительные «королевские ночи».



Ирина Мурашова: Родители охотно отдают детей в уральские лагеря – новости о том, как в одной смене дети под присмотром педагогов играют в пейнтбол, а в другой рисуют библейских животных, настраивают на ожидание лучшего.


Но по соседству есть и информация о том, что в одном из лагерей Свердловской области 70 ребят отравились – предположительно, борщом. А в городе Заречном на 11 лет осудили руководителя учреждения детского досуга – за педофилию. Не случайно различные инстанции – от санитарных врачей до милиции – постоянно говорят об усилении контроля над лагерями.



Евгения Назарец: Сегодня под Нижним Тагилом Свердловской области откроется подростковый палаточный лагерь «Город друзей». Уже пятый год подряд его организует добровольческое движение «Дорогами добра». Тема этого года – «Средневековая Франция» - стилизация «Notre Dame de Paris». Программа также предусматривает обучающие программы по основам менеджмента и пиара, тренинги «Команда» и «Лидер» и даже мастер-классы по актерскому мастерству. Загородные тематические лагеря в последние годы стали «модной» формой организации летнего отдыха подростков на Урале.


И сегодня в Екатеринбургской студии Радио Свобода – Валерий Басай, лидер добровольческого движения «Дорогами добра».


Доброе утро, Валерий.



Валерий Басай: Доброе утро.



Евгения Назарец: Вы сами были в детском лагере, когда были подростком?



Валерий Басай: Никогда не был. Возможно, поэтому и стал организатором этих лагерей.



Евгения Назарец: А если кто-то из ваших друзей в то время приезжал из такого лагеря, что они рассказывали в первую очередь, не помните?



Валерий Басай: Я не помню, потому что я сам приехал с Крайнего Севера, и мои друзья в основном проводили все время со мной, на Крайнем Севере. То есть мы были невыездные.



Евгения Назарец: Ну вот, отсутствие своего опыта, детского опыта, заставляет вас сегодня заниматься этими делами. Трудно или легко вам это дается, разберемся по ходу беседы.


А нашим слушателям мы предлагаем ответить на вопрос: чем лучше всего заняться подростку летом?


Итак, Валерий, в этом году, как я уже упомянула, пятый год организуется лагерь. И посвящен он « Notre Dame de Paris », стилизация. Но, вместе с тем, лагерь палаточный. Давайте попробуем, хоть мы и не телекамера, которая может все показать, но рассказать, что же это такое может быть. Комбинация довольно странная.



Валерий Басай: Да, я немножко поясню. Вообще у нас пятый год проводятся лагеря, и каждый год какая-то своя определенная тематика. Первый год у нас был экологический, потом у нас был год социальный, был туристический. То есть мы просто не ставим перед собой какую-то определенную задачу - и лагерь идет в одном ключе. Это происходит в совершенно разных ключах. Вот в этом году это такая стилизация.


И вот в чем особенность. Мы определенным образом оформляем территорию, появляются костюмы. И большая часть программы строится в тренинговой форме, творческой, посвященной элементам непосредственно этого произведения «Notre Dame de Paris». Вообще-то это всего лишь как бы ключ, то есть способ организации работы на месте, потому что для нас он более интересный, творческий.



Евгения Назарец: Это похоже на ролевые игры? Или все-таки до распределения ролей дело не доходит?



Валерий Басай: Частично, да, элементами что-то есть в ролевой форме, что-то проходит в лагере. Но вообще-то он не ролевой. Потому что темы внутри самого лагеря в этом году, я сейчас вам скажу, они весьма странные – это политика, вера, любовь. Почему мы выбрали такие три темы? То есть мы переносимся во времена средневековой Франции, обсуждаем на французских площадях вот эти три темы. Вообще, может ли политика быть с человеческим лицом – мы пытаемся об этом поговорить с молодежью. И вообще в лагерь у нас приезжают ребята от 15 до 25 лет, то есть примерно эта категория, которая на сегодняшний день государством не охвачена.


Допустим, вера – это то, что потрясло в последнее время мировоззрение многих молодых людей - это выход на экраны фильма «Код да Винчи». То есть мы хотим поговорить об этом произведении, и вообще о том, что связано с верой через восприятие этого фильма.


И любовь – то есть ее нравственные составляющие. То есть мы очень много видим того, что сейчас появляется в средствах массовой информации, и хотелось бы просто увидеть другую составляющую любви – ее нравственную, духовную составляющую.


И вот эти темы будут в основе этого лагеря. Поэтому в основе содержания наших лагерных программ – это диалог, это общение, это игра, это попытка разобраться в тех сложных вопросах, которые стоят перед ребятами.



Евгения Назарец: Валерий, послушав то, что будет обсуждаться, что будет являться мотивом или лейтмотивом всех происходящих в лагере вещей, бесед, мне кажется, даже уже вступительные экзамены пора сдавать для попадания в ваш лагерь.



Валерий Басай: Да-да. Я хочу сказать одну интереснейшую вещь. Может быть, я просто на самом деле не был в государственных лагерях... Кстати, наш лагерь поддерживает и создан при поддержке Министерства социальной защиты, непосредственно Управления социальной защиты Железнодорожного района города Екатеринбурга и администрации Железнодорожного района. То есть мы работаем при поддержке этих организаций, но программу мы создаем самостоятельно. И мы идем непосредственно от ребят. И вот что я понял: чем более серьезная тема для молодого человека, тем более гарантировано, что этого человек будет в этой теме жить, то есть ему это понравится, это станет хотя бы на какой-то момент путеводной звездой для того, чтобы разобраться в каких-то серьезных вопросах.


Меня, честно говоря, морально убивают лагеря, в которых дети встают, едят, бегают, прыгают через скакалки, рисуют. Может быть, и это, конечно, нужно. Но это все-таки немножко тупит ребенка.



Евгения Назарец: Но у вас же тоже бегают и прыгают.



Валерий Басай: Нет, у нас бегают и прыгают по серьезным темам. То есть если даже они бегут, то они понимают, куда бегут. Если они отвечают на вопросы, скажем, на дистанциях, то они понимают, о чем они говорят. Потому что темы на самом деле очень серьезные. И у нас не только загородный палаточный лагерь, но мы каждый год, вот уже третий раз в этом году мы проводим городской лагерь. В этом году мы девочек набирали. У нас была программа «Из Золушки – в принцессу». Там тоже обсуждали очень серьезные и очень сложные проблемы для девочек 14 лет, связанные с теми вопросами, которые они сейчас решают, на этом этапе. То есть такой момент: чем более сложные вопросы, тем более гарантировано, что то, что мы делаем, как педагоги-организаторы, пойдет на пользу ребенку.



Евгения Назарец: А у кого в голове в этом году родилась идея – вот именно средневековая Франция? Как появляются эти тематические идеи?



Валерий Басай: Вообще-то у нас все очень просто. У нас есть оргструктура, то есть это непосредственно «мозговой центр» движения, там у нас 5-7 человек, которые просто принимают решения, когда идет составление планов. Мы их обсуждаем. И мы начинаем как бы с планирования. И каждый предлагает свое видение, свою форму проведения тех или иных мероприятий. Мы это все обсуждаем, и, таким образом, приходим к единому мнению.



Евгения Назарец: А как вы находите участников, тех, кто будет в этих лагерях? И я имею в виду, что не работать с подростками, а самих отдыхающих, если вообще так можно выразиться.



Валерий Басай: Да, в таком лагере, честно говоря, очень трудно отдохнуть. Ну, находим... В принципе, это все те люди, которые участвовали в наших программах в течение года. Кстати, вот в этом году мы взяли не всех, а только 70 человек.



Евгения Назарец: А сколько бывает обычно?



Валерий Басай: То есть не обычно, а скажем, каждый год у нас... Вот в первом лагере вообще было 20 человек. На пятый год, вот сейчас заявки подали более 100 человек. Но в том году мы приняли решение, что мы не берем всех тех людей, которые не умеют работать руками, а особенно мужчины. То есть те люди, которые не работают, те люди, которые приезжают отдыхать, нам такие не нужны, и мы их сразу отсеяли.



Евгения Назарец: А как вы это выясняете?



Валерий Басай: А у нас есть анкета, мы задаем определенные вопросы. Допустим, готов ли человек пять часов в лесу трудиться, заготавливая дрова. Кстати, вы не представляете, насколько это... Вот если это государственные лагеря, у них там все регламентировано. Вода, отопление и так далее – у них все есть. А у нас человека очень трудно увидеть. Мы человека видим в течение четырех часов. Вот мы приехали в лес, палатки поставили, а все остальное – на тебе - заготовка дров, кипячение воды, оборудование столовой и так далее. И когда человек попадает в эту атмосферу, то очень тяжело скрыть свое истинное лицо. Вот в городе легко: «я вот такой крутой, у меня так все хорошо (или так все плохо)». А туда приходишь – и разу видишь, чего стоит человек.



Евгения Назарец: По ходу работы лагеря возможен отсев? Кого-то, например, попросили уехать, а может быть, кто-то сам попросился.



Валерий Басай: Да-да, у нас был такой момент. Ну, слишком жестко-то мы не просим. Ну, представьте себе, молодежь – ребята, девчонки. И проблемы обыкновенные – алкоголь, курево. Чего тут скрывать?.. В принципе, понятно, это же молодежь, подростки, причем там же есть и взрослые люди. Условия посещения, допустим, нашего лагеря – это трудолюбие, то есть готовность выполнять ту работу, которую тебе дадут, и неупотребление любых видов наркотиков, в том числе сигарет и алкоголя.



Евгения Назарец: А дурной характер, например, ссорится со всеми, задирает всех?



Валерий Басай: Это очень тяжело там проявить. Кто очень много ссорится, тот, допустим, берет пилу и очень много пилит. И после этого ссориться уже неохота. То есть каких-то форм насилия вообще нет, а все определяется трудом. Знаете, как у Макаренко. То есть можно сколько угодно говорить, какой ты крутой, спорить и так далее. Если ты такой хороший и умный, то вон там лежит гора дров и надо их распилить. Иди и покажи, какой ты умный. Поэтому с этим проблем нет никаких.



Евгения Назарец: А проблема с поиском кадров для того, чтобы работать в таких условиях с этими подростками?



Валерий Басай: В основном по системе все идет, по принципу: от человека к человеку. То есть кто прошел в том году или в те годы лагеря, в следующие лагеря выезжают и уже работают со следующим набором.



Евгения Назарец: Валерий, а сейчас давайте немножко поговорим о таких вещах, которые касаются чисто организаторов этих загородных лагерей и вот, в частности, вас и движения «Дорогами добра». Пятый год вы это организуете. Когда организовывали первый раз, как удалось доказать или заслужить доверие тех, кто все-таки дает разрешение на открытие подобных лагерей, на работу с подростками?



Валерий Басай: Я могу сказать только одно, что это полная глупость по поводу всяких разрешений. У нас вообще все в стране привыкли, что у нас на все должно быть какое-то разрешение. А еще, кстати, в связи с тем, что у нас постоянно какие-то скандалы сотрясают еще даже и эту сферу, то я думаю, что многие люди просто боятся что-то организовывать подобного рода.


Вообще-то мы существуем как слет – это слет единомышленников. То есть для того, чтобы собраться в 70-100 человек, я не должен брать разрешение нигде. Хотя нашу программу мы согласовываем и утверждаем непосредственно в органах соцзащиты. Эти программы проходят проверку, то есть мы сдаем их в администрацию, а там Комитет по делам молодежи тоже принимает в этом участие. Но организация, связанная с СЭС и так далее, проверку территории мы не проходим, потому что, я повторяю, это слет единомышленников.



Евгения Назарец: А программы – то, что в головы закладывается?



Валерий Басай: У нас несколько программ. У нас программы, вот те, которые мы ведем, они не являются педагогическими на сегодняшний день, а они являются всего лишь тренинговыми. То есть эти программы не навязывают человеку определенную модель поведения, а они позволяют человеку поставить только вопрос. То есть мы, как организаторы, только ставим вопросы. То есть если вы возьмете любую тему, о которых я сказал, - политика, вера, любовь... Допустим, политика. Мы все видим одну модель политики, а в лагере, предположим, будет обсуждаться модель политики, которая была представлена в Индии непосредственно Ганди, когда человек в набедренной повязке пришел к управлению государством, численность которого достигала почти 800 миллионов человек. И человек для этого не употребил ни одной рупии и не убил ни одного человека. Это нонсенс, это прецедент. Потому что людям вбивают в голову, что политика – это грязь, это насилие, это войны, это унижение, оскорбление и так далее. Мы хотим поговорить о другой политике.


Мы хотим поговорить о вере – «Код да Винчи». А что произошло, почему появилось это произведение? Какое влияние оно оказало непосредственно на тех людей, которые были в кинотеатрах? Что такое вера в их понимании? Что такое Христос? И так далее. То есть задача наших программ – не научить чему-либо человека, а пообщаться с ним, то есть привести его к диалогу.



Евгения Назарец: А вы ощущали интерес все-таки к тому, что происходит в ваших лагерях, хотя бы со стороны родителей вот этих самых детей?



Валерий Басай: Да, конечно. Когда родители приходят на встречу... Если честно сказать, то я пока тех родителей, которых мы видим в кино, а особенно в американском, так как эта модель сильно навязывается сейчас, которые заботятся, бутербродики складывают и так далее, я почему-то их очень мало встречаю. Вот мы каждый год ездим в Петербург. И два года назад, когда ехала группа в Петербург, вы не представляете, это единственный год, когда я попытался собрать всех родителей. Уезжали 14 ребят. И из 14 семей пришла только одна мама. То есть 13 семей нам просто доверили ребенка везти в чужой город, отдали деньги, причем никто из них не знал меня лично. Вот можете себе представить, вот вы, например, своего ребенка... он куда-то там ходит, отдали деньги - и он уехал с кем-то.



Евгения Назарец: Я бы все-таки проверила.



Валерий Басай: А тогда пришла только одна мама.


Поэтому вот в такие лагеря, ну, относительно большие (для нас это большой лагерь), на 70 человек, обычно приходят три-четыре пары родителей. И вот что еще очень интересно. В этом году мой заместитель Катя организовывает лагерь, а в том году мы вместе его еще делали. И пришла пара, и мы с папой начали говорить. Я говорю: «Вы приезжайте. Будет закрытие лагеря. Или когда сможете». Он говорит: «Ну, мы в выходные приедем. А что вам привезти? Мы возьмем для себя шампанское, шашлыки». Я говорю: «Да вы что?! А вы можете просто на природу приехать, чтобы ваш же ребенок увидел иную модель поведения на природе родителей? Почему обязательно надо что-то есть? Почему обязательно надо что-то пить?». И они просто не приехали.



Евгения Назарец: Конечно. А что там тогда делать-то?..



Валерий Басай: Поэтому в наши лагеря мы даже родителей приглашаем, но они, честно говоря, неохотно приезжают. Потому что, если честно сказать, мы родителей сразу же предупреждаем, что нам там не нужны родители. А вот участники нужны. То есть «вы будете, так же как и ваши дети, участвовать в наших программах».



Евгения Назарец: Валерий, вы сказали, что аж до 25 лет могут быть участниками лагеря, и они уже несколько лет, видимо, туда ездят, это постоянные участники. А вообще являются ли авторитетом для них те, кто с ними работает? Ведь там же, наверное, есть и состав тренеров, тех, кто следит за порядком, то есть организаторы. Они же уже сами взрослые люди. Не тяжело ли в этом случае?



Валерий Басай: Конечно, тяжело. Вот в своем репортаже Ирина Мурашова говорила о том, что, в принципе, путевки в городские лагеря оплачиваются детям до 14 лет. После 14 лет... в принципе, государство, местные органы власти, они не очень хотят заниматься этой категорией детей. И скажу почему. Потому что категория подростков и молодежи после 15 лет, или даже уже с 14 лет – этой категорией очень трудно управлять. То есть это должны быть определенные специализированные программы и хорошо подготовленные специалисты.


Вот наши программы, они, в принципы, территориально обкатаны непосредственно в нашем центре, и поэтому мы за них отвечаем. Мы знаем, что там ребятам будет интересно и их там можно удержать. Поэтому когда мы выезжаем в наши лагеря, мы выезжаем, конечно, с громадным опытом. Мы можем работать с любой категорией людей. Вот я сам веду тренинги, и я могу работать с категорией людей от 8 лет и до 70 лет. Мне совершенно все равно, какого возраста человек. И многие тренеры, которые там работают, а там несколько тренеров, они тоже работают с разными группами, и это очень важно. Если вы посмотрите на городские лагеря, то там в основном программа рассчитана на детишек, поэтому более старшим детям это не интересно. И те педагоги, которые приходят работать с более старшими детьми, не всегда могут добиться доверия.



Евгения Назарец: Вы сказали, что есть несколько опытных тренеров, то есть такое ядро, которое работает все эти годы в лагерях, которые вы организовываете. Что это за люди? Может быть, о них вы расскажете поподробнее? Вот вы сейчас сказали о себе. А остальные столь же широкого профиля специалисты? Как вы себе ищите коллег?



Валерий Басай: Коллег найти, конечно, честно говоря, очень и очень тяжело. Да их и невозможно найти. Мы их сами воспитываем. Это непосредственно мои сотрудники, мои коллеги, с которыми мы работаем, и они же являются штатными инструкторами, организаторами и так далее. И вообще заниматься такого рода деятельностью в России – это очень опасно и очень сложно с организационной точки зрения. Опасно – потому что ты не знаешь, как к этому отнесется государство, потому что ты всегда составляешь ему конкуренцию. Органы власти, я могу сказать, они нас любят, с одной стороны, но с другой стороны, иногда чувствуется...



Евгения Назарец: Любят до тех пор, пока ваши успехи записываются и на их счет тоже.



Валерий Басай: Скорее всего, да. Видите ли, власть привыкла командовать. А особенно тогда, когда они начинают понимать, то... Знаете, особенность таких лагерей в том, что мы пытаемся вернуть оттуда людей, которые могут сами принимать решения, то есть свободно принимать решения и делать свой выбор.


Посмотрите, что делается в стране. Вот сейчас у нас готовятся к выборам 8 октября. И вот почему у нас тема такая – политика. Это же полное оболванивание населения. Эта «Единая Россия», которая уже, извините меня, я не могу об этом не сказать, но даже на каких-то развалившихся коровниках вешает свои плакаты «Сделано «Единой Россией» и так далее. То есть у нас, по-моему, уже инструкции даже в деревни пришли «Копай во имя единой России». Ну, это же смешно. То есть людей превращают в какое-то стадо. И когда начинаешь с людьми общаться, начинаешь говорить с детьми, то есть с теми людьми, которые завтра придут на смену вот этой власти, то пытаешься добиться единственного – пытаешься добиться их свободного мнения, их волеизъявления.



Евгения Назарец: А с ними пока еще получается это?



Валерий Басай: Да с ними не то что пока получается, а с ними возможно это делать, потому что им это интересно.



Евгения Назарец: Валерий, вы сказали о том, что, в принципе, составлять альтернативу государству с его стремлением сейчас, например, по вашим словам, да и, в общем, наверное, с этим согласны многие, все делать под девизом «Единой России», достаточно сложно и временами опасно. И все-таки эта форма работы, которую вы проводите летом с подростками или с молодыми людьми, она же, в общем, популярна и у партийных органов. Что ни послушаешь – все съезд какой-нибудь партии на природе. У «Единой России» молодежный съезд на озере Селигер, тоже в красивых местах. То есть это как-то популярно – забрать подростков куда-нибудь в лес и там им что-нибудь полезное рассказать. Насколько тяжело в вашем случае противостоять такому влиянию или желанию властей что-нибудь свое добавить в вашу программу, чтобы это залегло в головы молодого поколения, подрастающего?



Валерий Басай: Я могу сказать, что особенно в этом году шел большой натиск по поводу того, чтобы нам поучаствовать в организации нескольких летних лагерей для так называемых партийных функционеров. Я бы не сказал, что это «Единая Россия», то есть было несколько таких предложений.



Евгения Назарец: Да, любые партии могут быть.



Валерий Басай: Да, на нас выходят. Потому что у нас сейчас очень хорошая организационная структура. И я хочу сказать, что, с одной стороны, они не являются... Кстати, государство в целом нам является конкурентом в виде своих чиновников. А партийные функционеры, которые организовывают такого рода политические течения в регионах, они не представляют для нас никакой конкуренции, никакой опасности. Потому что они моральные и психологические импотенты, то есть они ничего сделать не могут, они ничего придумать не могут, кроме того, что вывезти автобусами людей куда-нибудь на озеро и читать им там партийные спичи.


С другой стороны, оказывается давление, морально и психологически начинают давить. Но, в принципе, мы же люди-то свободные, и знаем, где суд находится. И поэтому мы жестко предупреждаем людей о том, что если они будут на нас давить, то у нас тоже есть какие-то законные права.



Евгения Назарец: Когда я сегодня анонсировала тему нашего разговора, я употребляла слово «модны» загородные тематические лагеря, и не только тематические, но и обучающие. Вы согласны с этой формулировкой - «модно»?



Валерий Басай: Я, честно говоря, не представляю, что такое «модно». Модно – это одежда, которую носят все.



Евгения Назарец: Раньше была одна схема – государственная: собрали детей, главное – хорошо кормить, чтобы физическая нагрузка была. Ну, аналог пионерского лагеря. А сейчас программы – менеджмент, пиар, тренинги «Команда» и «Лидер». Наш корреспондент Ирина Мурашова перечисляла еще несколько направлений, которые тоже применяются в детских загородных лагерях, где-то на турбазах. Я вот это имела в виду.



Валерий Басай: Я понял. У нас это вообще специализированное направление. Потому что вот все, что вы перечислили, это относится непосредственно к подготовке наших волонтеров. Потому что мы очень много работаем на улицах. У нас в год проходит около 100 городских акций.



Евгения Назарец: То есть вы для себя и волонтеров еще в этих лагерях готовите?



Валерий Басай: Конечно. Во-первых, мы обмениваемся опытом. Приезжают люди из других городов. В этом году к нам приезжают из Нижнего Тагила, из Челябинска. Заявки подали и из Сербии, но они просто не смогли найти деньги на билеты. Но мы уже договорились, что на следующий год прилетит делегация оттуда. То есть мы сделаем международный лагерь в полном смысле этого слова. И фактически у нас с этим нет никаких проблем.



Евгения Назарец: А чем был обусловлен набор именно таких программ, которые я перечислила, в вашем лагере? Ну, с «Командой» и «Лидером» примерно понятно. А в каком объеме менеджмент и пиар?



Валерий Басай: Сам менеджмент, пиар – это прикладные программы, которые мы в тренинговой форме даем ребятам для изучения основ работы с людьми, для организации проектов и так далее. То есть это специфика нашей деятельности. У нас, кстати, кроме этого там будут скалы – это то, что относится непосредственно к тренингу «Лидер», и нас будет дайвинг, погружение. То есть вообще программа широкая, разнообразная. С одной стороны, чему-то человека научить конкретному, передать личный опыт, это не просто обучающая программа, когда они чего-то пишут, а мы показываем, рассказываем, как все это сделать. С другой стороны, попробовать себя в экстремальных условиях.



Евгения Назарец: От лета до лета, от лагеря до лагеря многие ли действительно работают вашими волонтерами?



Валерий Басай: Да, очень много. У нас человека 30-40, которые сейчас выезжают, - это наши постоянные волонтеры.



Евгения Назарец: Насколько все-таки вас касается и тревожит вот этот самый что ли градус тревоги по поводу подростковых и детских лагерей, связанный, в том числе, начиная от физических отравлений – ну, съели что-то не то, и заканчивая подозрениями в том, что работать с интеллектом детей, а тем более решать с ними серьезные проблемы – это все очень ответственно и нужно бы за этим следить все жестче и жестче?



Валерий Басай: Я понял вопрос. Сейчас на самом деле очень много лагерей у нас появилось, очень большое количество сект... Кстати, вот та ниша, которую государство не прикрыло, куда буквально чуть постарше, старше 15 лет детей государство не взяло, их сразу же взяли секты. Секты, различные коммерческие структуры и так далее. Для нас это является своего рода проблемой, когда пристально за нами наблюдают, то есть проверяют, задают нам вопросы. Но честно говоря, у нас сейчас даже другая проблема – нам такие структуры начинают предлагать проведение совместных мероприятий. И мы, честно говоря, не совсем представляем, как действовать в таких случаях, когда надо не только отбиться от участия в такого рода мероприятиях, но еще и как-то пресечь эту деятельность. И это очень сложно.



Евгения Назарец: Валерий, спасибо вам за то, что приняли участие в нашей программе. И успехов вашему лагерю, который открывается сегодня под Нижним Тагилом в Свердловской области. Этот подростковый палаточный лагерь называется «Город друзей», и он организован общественной организацией, добровольческим движением «Дорогами добра». А вообще загородные тематические лагеря в последнее время стали популярной формой организации детского летнего отдыха на Урале. Но движение «Дорогами добра» началось пять лет назад, и они были одними из первых.


XS
SM
MD
LG