Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Эрмитаже обнаружена пропажа более чем двухсот экспонатов


Программу ведет Андрей Шароградский. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Александр Дядин.



Андрей Шароградский : Сегодня в Петербурге было официально объявлено о начале расследования по факту исчезновения из хранилищ Государственного Эрмитажа предметов искусства. По данным руководства этого музея, пропал 221 предмет русского ювелирного искусства. Рассказывает наш корреспондент в Петербурге Александр Дядин.



Александр Дядин : О пропаже из хранилищ Государственного Эрмитажа более двухсот произведений ювелирного искусства стало известно 31 июля. Пресс-служба Эрмитажа, не сообщая никаких конкретных сведений, проинформировала информационные агентства о том, что начато расследование, и распространение некоторых сведений может помешать ходу следствия. Более подробную информацию пообещали дать на пресс-конференции, которая и состоялась Первого августа. К журналистам вышли директор Государственного Эрмитажа Михаил Пиотровский и начальник службы музейной безопасности Эрмитажа Александр Хожаинов.


Михаил Пиотровский подтвердил, что пропал 221 предмет преимущественно русского эмальерного искусства XV - XIX веков, общая стоимость которых приблизительно оценивается в 130 миллионов рублей. Пропажа была выявлена в ходе внутренней плановой проверки в хранилищах Русского отдела Эрмитажа. И, как признался Михаил Пиотровский, сегодня трудно говорить, в течение какого времени могли произойти хищения. Вполне возможно, что это годы, а то и десятилетия.


Само это происшествие стало полной неожиданностью и для директора Государственного Эрмитажа, и для всего музейного сообщества.



Михаил Пиотровский : Я бы оценил всю эту ситуацию как, с одной стороны, некий удар в спину Эрмитажу, удар в спину музейному сообществу в то время, когда мы пытаемся отстоять свою автономию, а, во-вторых, как некий взрыв или вспышку эпидемии. Потому что, к сожалению, то, что мы имеем, это часть болезни общества. К сожалению, мы имеем за последний год большое количество аналогичных случаев. Они, конечно, не сравнимы по масштабам, но произошедшее в Эрмитаже, оно количественно отличается от того, что происходило в последнее время во многих музеях и хранилищах нашей страны.



Александр Дядин : По мнению Михаила Пиотровского, прежняя уверенность в том, что музейный работник никогда не сделает ничего во вред своему музею, сегодня уступает место горькому признанию. Мир изменился, в нем поменялись моральные приоритеты, и музейные работники тоже лишаются презумпции невиновности. То есть и они становятся подверженными порокам, проросшим в сегодняшнем обществе.



Михаил Пиотровский : Оценивая ситуацию, я думаю, что надо иметь два фактора. Один - это внутренний фактор. Потому что ясно, что без какого-то участия сотрудников музея это не могло состояться. Понятно, что моральное состояние, общая дисциплина, соблюдение правил, общая ответственность за хранение, деньги, как фактор, определяющий поступки человека, все это очень серьезно в нашем сегодняшнем обществе. С другой стороны, кроме внутренних факторов есть и факторы внешние. Мы живем сейчас в обществе, где прежние моральные устои ушли, и деньги играют роль, которую никогда раньше не играли.


Существует постоянная тенденция таких наветов и обвинений музеев в том, что они то-то и то-то делают. Причем, эти наветы отнимают очень много сил, потому что, как правило, это пустые наветы, но их нужно объяснять. У нас ушло на это в Эрмитаже несколько лет вместо того, чтобы заниматься нормальной работой, нормальной проверкой на ответы на все эти наветы.



Александр Дядин : Нередко различные чиновники, в том числе и самого высшего звена, в каких-то политических, приватизационных целях предъявляют музеям самые нелепые обвинения, претензии, и на разбирательство по этим письмам, результатам каких-то проверок, проводимых людьми, которые не понимают особенностей музейного дела, уходят месяцы, а то и годы, отрывающие музейщиков от выполнения ими своих непосредственных обязанностей.



Михаил Пиотровский : На 14 число я назначил экстренное заседание президиума Союза музеев России. Потому что мы твердо уверены, что музеи сами должны разобраться, анализировать эту всю ситуацию, и найти как причины и корни, так и способы противостояния внутренней болезни, и наружному давлению, которое существует. Мы полагаем, мы это будем обсуждать с комиссиями, что намечено несколько таких правильных путей, которыми Эрмитаж шел, но слишком медленно, потому что мы несколько расслабились.


С другой стороны, нужно правильное соотношение между хранением и доступностью. У нас и музейные коллекции, и информация о них очень доступна. Государство нам говорит, что оно будет платить нам деньги только за услуги населению, в то время как очень важно иметь хорошо организованное по современному хранение. Эрмитаж много сил тратит на фонды хранилища. Вот в фондах хранилищ система охраны такова, что доступ туда практически очень осложнен, выход от туда осложнен, контроль есть и за тем, кто входит и выходит. Там современная система. Вот это то направление, которое надо дальше развивать. Может быть, создавать новые фонды хранилищ. Это иногда сложнее, чем реставрировать красивые залы.



Александр Дядин : Возвращаясь к последнему случаю, напомню, что в хранилище, откуда исчезли предметы старины, имеют доступ всего несколько человек. В самом начале проверки одна из хранительниц скончалась прямо на рабочем месте. Михаил Пиотровский считает, что пока идет следствие, не следует связывать эти два события. Но менять отношение к организации контроля, охраны музейных ценностей надо прямо сейчас. И эту работу Михаил Пиотровский планирует строить с учетом мирового опыта и на самом современном уровне.



Михаил Пиотровский : Внутренняя проверка, идущая постоянно, сверяющая одни отделы с другими, позволяет, действительно, выявить исчезновение тех или иных материалов. Важнейшая часть - это существование электронного каталога. В Эрмитаже делается электронный каталог. Деньги на это находим. Но это тоже работа, которая должна вестись быстрее. Электронный каталог позволяет очень легко следить за расположением вещей, передвижением их внутри музея, внутри хранилища.



Александр Дядин : Что касается пропавших экспонатов, то речь идет о предметах русской старины с использованием перегородчатой и выемочной эмали. По мнению известного петербургского коллекционера Андрея Ананова, русская эмаль - явление уникальное. На Западе эмаль появилась не более двухсот лет назад. На Руси ее изготавливали с XV века. Поэтому у ценителей старины спрос на такие предметы есть и немалый.


Вместе с тем начальник службы музейной безопасности Эрмитажа Александр Хожаинов считает, что еще не все потеряно.



Александр Хожаинов : Сейчас работает оперативно-следственная группа, работают профессионалы. Мне кажется, что данное происшествие все-таки будет раскрыто. Не далее как последняя кража из Эрмитажа вазы, эта ваза скоро возвратиться в Эрмитаж. Она найдена, обнаружена, и преступники задержаны.



Александр Дядин : По мнению руководителей Государственного Эрмитажа, у преступников немного шансов сбыть украденные предметы. Сейчас составляется их каталог и их поиск начнется по всему миру. В том числе и на многочисленных антикварных аукционах, на которых уже не раз были обнаружены и возвращены в Россию украденные ранее предметы искусства.



XS
SM
MD
LG