Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Музей кино подводит итоги нелегкого сезона


Наум Клейман: «Мы не хотим быть никому конкурентами, мы не стремимся работать локтями и мы считаем, что настоящий выход - это строительство настоящего Музея кино». [Фото — <a href="http://www.arthouse.ru" target="_blank">ARTHOUSE</a>]

Наум Клейман: «Мы не хотим быть никому конкурентами, мы не стремимся работать локтями и мы считаем, что настоящий выход - это строительство настоящего Музея кино». [Фото — <a href="http://www.arthouse.ru" target="_blank">ARTHOUSE</a>]

Нежно всеми любимый московский Музей кино завершает, возможно, самый непростой сезон за всю историю своего существования. Точно также, как это принято в театральном мире, Государственный центральный музей кино исчисляет свою жизнь не календарными годами, а сезонами. У музея живое дыхание. Он проводит регулярные тематические показы фильмов (старых и современных), не ограничиваясь одним лишь собиранием коллекции артефактов, связанных с историей киноискусства.

Нынешний сезон начался с крайне некрасивого события. Музей кино пострадал от, как это принято сейчас говорить, спора хозяйствующих субъектов, и лишился своих помещений в Киноцентре на Красной Пресне. Захватчиком оказалась весьма сомнительная структура под названием «Развлекательный комплекс Арлекино». Многие опасались, что Музей кино постепенно зачахнет. Но этого не произошло. Даром, что кинотеатр «Салют», предоставивший музею кров, находится отнюдь не в центре города, но программы показов по-прежнему востребованы. Свидетельствую: в минувшее воскресенье зрительный зал, как и некогда в Киноцентре, был забит до отказа, по большей части, студенческого вида молодежью. Те, кому не хватило кресел, непринужденно устраивались на ступеньках.


Ленту «Пасифик» Михаил Цехановский снял в 31 году. Шорохи и треск фонограммы, царапины и потертости на пленке впечатления не портят: фильм, в котором изображение движущихся деталей паровоза накладывается на столь же ритмичные взмахи смычков оркестра, и сегодня воспринимается как дерзкий эксперимент.


Директор Музея кино Наум Клейман тех, кто способен понимать такой образный строй, очень ценит: «Мы завершили переезд в феврале, закончив в Киноцентре показы в октябре предыдущего года, а уже в марте здесь начались сеансы. Это было сделано по двум обстоятельствам. Во-первых, публика требовала. Наша публика заявила, что им не хватает Музея кино, и мы поняли, что мы просто обязаны показывать. Во-вторых, у нас были международные договоренности, и мы не имели права подводить наших партнеров, которые все запланировали, потратили деньги, договорились с людьми, которые приедут. И в конце марта мы показали традиционный Итальянский фестиваль нового кино, приехали режиссеры, организаторы из Флоренции, наша публика пришла по новому адресу, и все возобновилось».


— Публика потребовала также и продления сезона. Ведь сегодняшним мероприятием он должен был завершиться. И когда же вы теперь закрываетесь?
— На самом деле, мы сегодня закрываемся, но очень много народу остается в Москве. Поэтому будем показывать пунктирно. Некоторые классические фильмы люди хотят пересмотреть. Есть такие люди, которые говорят, что они соскучились по некоторым фильмам. Но пришла новая публика. Вот что удивительно — в новом районе пришли люди, которые когда-то либо не знали о нас, либо считали, что далеко ехать. И эта новая публика с изумлением осваивает репертуар, которого они не знали. Они впервые увидели черно-белое кино, к примеру. Некоторые впервые увидели немые фильмы. Для них это все не только новинка, но и стало какой-то потребностью. Я знаю, что есть такая молодая пара, которая ходит уже четвертый месяц сюда. Я их встретил случайно в городе. Они говорят: "Мы так привыкли, мы перестали читать вечером". Я говорю: "Ради Бога, только не в ущерб литературе". Но, во всяком случае, в течение августа будут отдельные показы».


— Скажите, пожалуйста, когда откроется новый сезон?
— 12 сентября. У нас есть приглашение еще из одного места — из Центрального Дома Художника, и мы надеемся, что успеем там оборудовать показы той аппаратурой, которая необходима. Наши коллеги протянули нам руку, сами позвали, там хороший большой зал, и мы должны только привезти узкопленочную аппаратуру, потому что некоторые фильмы, которые к нам приходят, они на шестнадцати миллиметровой пленке. Так что нам надо еще дооборудовать зал и 28 сентября сезон откроется и там. У нас опять будет такой мультиплекс, развернутый по Москве.


— То есть, эти показы будут проходить одновременно?
— Да, мы уже составили такой скользящий график. Например, будет ретроспектива Масаки Кобаяси — великого японского режиссера, которому в эти октябрьские дни исполнится 90 лет со дня рождения и 20 лет со дня смерти. Мы там показываем с переводом, а здесь показываем без перевода для тех, кто изучает или знает японский язык, или знает английский. Потому что все фильмы с английскими субтитрами. И некоторые люди предпочитают слушать оригинальный звук, интонацию. У них есть шанс здесь это посмотреть.


— Центральный Дом Художника на Крымском валу — место, конечно, престижное, и зал там отличный, но не логичнее ли было бы, чтобы для Музея кино распахнул свои двери Дом кино?
— Это логично, но тогда бы это лишило кинематографистов их клуба. Мы сами от этого отказались. Мы не хотим быть никому конкурентами, мы не стремимся локтями работать и мы считаем, что настоящий выход это строительство настоящего Музея кино, где будут и кинозалы, и хранилища, и, главное, постоянная экспозиция, которой до сих пор нет. Но это дело далекого будущего, а, может, и не очень далекого. Сейчас строят быстро — была бы добрая воля, как говорят в таких случаях. Но наше правительство, видимо, считает, что есть более неотложные дела.


— А решение такое принято?
— Нет. Все только обещают. Михаил Ефимович Швыдкой обещает с 2002 года, но… все еще мы находимся в перспективном плане целевого строительства. Если бы было сказано: вы знаете, у нас мало финансов, но мы хотим, вот решение, мы можем дать 10%. Я думаю, что мы бы остальные 90% — у нас довольно много друзей в стране и в мире. Люди, понимающие, что любой год это упущенные души, и что можно целое поколение упустить. Но это решение не принимается, я уж не знаю, по каким причинам.


— Худо ли, бедно ли, но кинопоказы есть где проводить. А какова судьба экспонатов уникальной музейной коллекции?
— Тут, слава Богу, нам тоже пришли на помощь друзья. Директор Мосфильма Карен Шахназаров сказал, что готов нас приютить на Мосфильме. Там шла перепланировка, освобождался этаж. Они сделали за свой счет ремонт, они не получили никакой компенсации.


— Но могут ли обычные посетители приходить к вам? — Конечно, но нам приходится им заказывать пропуск. «Мосфильм» — режимное предприятие, что, отчасти, хорошо. Потому что нас оберегают гораздо лучше, чем в Киноцентре.


И, все-таки, лишь отчасти. Нормальный музей должен быть общедоступным: проходил мимо, увидел вывеску, купил билетик, и — никаких пропусков!


XS
SM
MD
LG